Неокейнсиансткие концепции денег, анализ и критика

2.1.9. Неокейнсианская теория налогов

Неокейнсианство составляют ряд современных течений экономической мысли, модификация кейнсианства применительно к историческим условиям после второй мировой войны. Видные сторонники неокейнсианства – Р.

В новых исторических условиях, когда проблема темпов экономического роста стала рассматриваться как жизненная проблема стран Запада, неокейнсианство уже не могло, подобно теории Кейнса, ограничиваться рассмотрением преимущественно антикризисной экономической политики. Поэтому неокейнсианство акцентирует внимание на количественных зависимостях расширенного воспроизводства, или, по терминологии ее представителей, на проблемах экономической динамики и экономического роста, выступая в качестве важнейшей теоретической основы экономической политики государства.

Неокейнсианство исходит из главной посылки кейнсианства об утрате экономикой стихийного механизма восстановления экономического равновесия и необходимости по этой причине государственного регулирования. Особенность же неокейнсианства состоит в том, что оно, отражая более высокую ступень развития производства, выступает за систематическое и прямое, а не спорадическое и косвенное, как в теории Кейнса, воздействие государства на экономические процессы. По этой же причине изменилась основная проблематика концепции государственного регулирования экономики – произошел переход от теории занятости, ориентирующейся на антикризисное регулирование хозяйства, к теории экономического роста, ставящей своей целью изыскание путей обеспечения устойчивых темпов развития.

Отрицание у капитализма способности стихийно обеспечивать наиболее полное и рациональное использование экономических ресурсов – главный критерий, отделяющий экономистов кейнсианского образа мышления от всех современных защитников экономики свободного предпринимательства.

В неокейнсианстве наметились два основных подхода.

Методология неокейнсианства характеризуется макроэкономическим подходом к рассмотрению проблем воспроизводства, использованием так называемых агрегативных категорий (национальный доход, совокупный общественный продукт, совокупный спрос и предложение, совокупные инвестиции и т. п.), позволяющим уловить некоторые наиболее общие количественные зависимости процесса воспроизводства. Как и кейнсианство, неокейнсианство акцентирует внимание преимущественно на конкретно-экономических количественных зависимостях простого процесса труда в его макроэкономических аспектах. В новых условиях технического прогресса неокейнсианство вынуждено отказаться от изменения производительных сил современного общества и ввести в свой анализ показатели развития техники. Так, Харрод разработал понятие «коэффициента капитала», трактуемого им как отношение всей величины используемого капитала к национальному доходу за определенный период времени, то есть как своеобразный показатель «капиталоемкости» единицы национального дохода. Неокейнсианство выдвигает новую концепцию о типах технического прогресса. Дополняя теорию воспроизводства Кейнса, в том числе его теорию мультипликатора, неокейнсианцы выдвигают теорию акселератора. На основе соединения этих теорий неокейнсианцы трактуют расширение воспроизводства как технико-экономический процесс. Сторонниками неокейнсианства разработаны специфические формулы расширенного воспроизводства, так называемые модели роста, в которых, как правило, не представлено совокупное движение составных частей всего общественного продукта и капитала, рассматриваемых под углом зрения их натурально-вещественной и стоимостной структуры.

Важнейший недостаток кейнсианства – неразработанность его микроэкономических основ – до сих пор так и не был преодолен. Не- окейнсианские исследования так и не дали убедительного и логически непротиворечивого объяснения отсутствия у капиталистической экономики потенций к саморегулированию. Предлагавшиеся трактовки к тому же часто противоречили принципу рациональности поведения хозяйственных агентов. Последнее обстоятельство делало неокейнсиан- ские построения весьма уязвимыми для критики со стороны представителей монетаризма и новой классической макроэкономики, имевших куда более разработанный микроэкономический аналитический аппарат. В 1980-е годы в развитии неокейнсианства наметились новые тенденции, в результате которых оно пошло по пути создания более реалистичных основ микроэкономической теории.

После общей характеристики теорий неокейнсианства перейдем к его налоговой составляющей. Центральной идеей этого учения является разработка приемов снижения инфляции и предоставлении широкого набора налоговых льгот фирмам, а также определенным категориям населения, формирующим основной объем потребительского спроса на товары, работы и услуги.

Наряду с прочими проблемами неокейнсианство существенное значение придает и проблемам налогообложения. Например, видные представители неокейнсианства английские ученые М. Фишер и Н. Калдор в своих работах разделяли объекты обложения по их отношению к потреблению (облагая конечную стоимость потребляемого продукта) и сбережениям (ограничивая их лишь ставкой процента по вкладам). Они предлагали установить налог на потребление. Его установление достигало сразу двух целей: мотивировало сбережения и противодействовало инфляции.

Действительно, по их мнению, средства населения направляются при таком налогообложении не на покупку товаров, а сразу на инвестирование приоритетных проектов, либо на разные формы сбережений. Далее государство при проведении бюджетной политики трансформировало сбережения населения в капиталовложения. Долгосрочные сбережения справедливо рассматривались предпосылкой последующего экономического роста.

Здесь, впрочем, следует отметить одно важное обстоятельство: соотношение между динамикой расходов на потребление и доходов. При спаде производства оба этих показателя снижаются, но расходы сокращаются медленнее доходов. Результатом этого выступает чрезмерный ажиотажный спрос, а потому государство в создавшихся условиях строит налогообложение таким образом, что преимущество отдается обложению потребления, а не подоходному обложению.

В такой ситуации, а она довольно типична, налогообложение не может выполнять функции встроенного стабилизатора. В то же время Н. Калдор считал, что налог на потребление, если он взимался с использованием прогрессивным шкалы ставок, а также при установлении ряда льгот на отдельные группы товаров (прежде всего, широкого спроса), характеризовался большей справедливостью, чем фиксированный налог с продаж для малообеспеченных лиц. И еще одно преимущество, приводимое Калдором: в отличие от подоходного налога, налог на потребление не взимался со сбережений. Поэтому не подрывались источники инвестирования.

Исследование теории и практического использования рецептов как кейнсианства, так и неокейнсианства приводит к однозначному выводу, что нет единственно верной теории экономического регулирования. В настоящее время для теоретического обоснования государственного регулирования чаще используют неоклассические аргументы, но сохраняются и традиция. Удовлетворительный результат возможен лишь при применении сложной рецептуры, основанной на комплексе теоретических ингредиентов кейнсианства (с различными вариациями), а также экономики предложения и монетаризма.

Примером этого факта может быть позиция лауреата Нобелевской премии по экономике П. Самуэльсона, высказанная в работе «Экономикс». Он – сторонник прогрессивного обложения и объясняет это принципами «выгоды и пожертвования» в налогообложении. Порядок построения фиска должен быть таким, что налоговые доходы перераспределялись бюджетом в соответствии с общественными приоритетами. При этом сложно установить, какими методами пользуется Саму- эльсон: классическими или кейнсианскими. При том, что его позиция эклектична он в результате дает ценные рекомендации при разработке фискальной политики.

Подводя итог характеристике неокейнсианства, следует отметить, что представители этого учения преследуют конкретные, прикладные цели. Разрабатываемые ими теоретические положения зачастую лежат в основе практики проведения фискальной политики государств, равно как и совершенствования финансового законодательства. Неокейнсиансов мало интересуют вопросы о сущности налогов как экономической категории и другие подобные проблемы. Предметом их исследований прежде всего являются практические вопросы о роли налогов в экономике.

В неокейнсианстве наметились два основных подхода.

Экономические теории неокейнсианства. Неоклассический синтез

Основным направлением исследований неокейнсианцев стал динамический макроэкономический анализ. Главные достижения последователей Дж.М. Кейнса были связаны с созданием теорий экономического роста. В рамках этих теорий рассматриваются три момента: 1) условия динамического равновесия; 2) длительные отклонения от динамического равновесия; 3) кратковременные отклонения от динамического равновесия. Начало этих исследований было заложено английским экономистом Роем Форбсом Харродом (1900-1978) и американцем Элвином Хансеном (1887-1975). В 1936 г. выходит первая книга Харрода «Экономический цикл», а в 1941 г. работа Хансена «Налоговая политика и экономические циклы». В конце 1940-50-х гг. появляется целый ряд работ, посвященных этой проблематике. В 1948 г. выходит вторая книга Р. Харрода «К теории экономической динамики» и ряд статей американского экономиста Евсея Дэвида Домара (1914-1998). В 1951 г. издается новая книга Э. Хансена «Экономические циклы и национальный доход», а в 1957 г. Е. Домар представляет свою главную работу «Очерки по теории экономического роста».

Метод, на котором основаны теории неокейнсианцев, обладает характерными особенностями. С одной стороны, эти особенности определяются развитием кейнсианской традиции. Неокейнсианская школа также исходит из принципа неравновесия рыночной системы. В отличие от неоклассических теорий цикла, которые рассматривали циклические колебания как временные отклонения от состояния равновесия, неокейнсианцы акцентируют внимание на неравновесных тенденциях, приводящих экономику в состояние депрессии или бума. Причем механизм возврата к равновесию представляется весьма трудным, в отличие от механизма отклонения от него. В этой связи неокейнсианцы уделяют большое внимание вмешательству государства с целью предотвратить значительные отклонения конъюнктуры в сторону чрезмерного роста или спада.

С другой стороны, в отличие от теории Дж.М. Кейнса неокейнсианская теория представляет собой динамический анализ. В кейнсианской теории воспроизводство рассматривалось в статичном состоянии, в рамках краткосрочного периода. Теории егопоследователейпредставляли собой исследование долгосрочных динамических процессов.

Еще одним дополнением кейнсианской теории современными экономистами является замена метода перманентного регулирования и направления частных и государственных инвестиций на метод маневрирования государственными расходами в зависимости от экономической конъюнктуры. Так, в периоды подъема экономики инвестиции ограничиваются, а в периоды замедления или спада – увеличиваются (несмотря на возможный бюджетный дефицит).

Теории экономического роста. В 1950-е гг. некоторые сторонники основных идей экономической теории Кейнса и его последователи по вопросу обоснования необходимости, и возможности государственного регулирования экономики, восприняли кейнсианские идеи в качестве исходной позиции для разработки новых теорий, суть которых сводилась к выяснению и обоснованию механизма постоянных темпов экономического роста. В результате возникли так называемые неокейнсианские теории роста, основанные на учете системы «мультипликатор-акселератор» и моделировании экономической динамики с использованием взаимосвязи между накоплением и потреблением.

Главными представителями этих теорий экономического роста стали в США профессор Массачусетского технологического института Евсей Домар и в Англии профессор Оксфордского университета Рой Форбс Харрод. Их теории (модели) объединяет общий вывод о целесообразности постоянного (устойчивого) темпа экономического роста как решающего условия динамического равновесия (поступательного движения) экономики, при котором достижимы полное использование производственных мощностей и трудовых ресурсов. Другим положением модели Харрода-Домара является признание предпосылки о постоянстве в длительном периоде таких параметров, как доля сбережений в доходах и средняя эффективность капиталовложений. И третье сходство состоит в том, что оба автора достижение динамического равновесия и постоянного роста считали не автоматически возможным, а результатом соответствующей государственной политики, то есть активного государственного вмешательства в экономику.

Отличительные признаки в моделях Е. Домара и Р. Харрода обусловлены лишь некоторым различием в исходных позициях построения модели. Так, в основе модели Р. Харрода лежит идея о равенстве инвестиций и сбережений, а всякое отклонение вызывает кризисы (безработицу и инфляцию), а в модели Е. Домара исходным считается равенство денежного дохода (спроса) и производственных мощностей (предложения).

Вместе с тем и Е. Домар, и Р. Харрод едины в своих убеждениях об эффективной роли инвестиций в обеспечении роста дохода, увеличении производственных мощностей, полагая, что рост дохода способствует увеличению занятости, которая в свою очередь предотвращает возникновение недогрузки предприятий и безработицу. Это убеждение вытекает из безусловного признания этими авторами кейнсианской концепции о зависимости характера и динамики экономических процессов от пропорций между инвестициями и сбережениями, а именно: опережающий рост первых – причина повышения уровня цен, а вторых – причина недогрузки предприятий и неполной занятости.

Представители неокейнсианского направления указывали, что в концепции Кейнса не учитывается обратное влияние роста дохода на процесс воспроизводства. Эта зависимость объясняется ими на основе действия принципа акселерации. Если Кейнс в своей теории опирался на принцип мультипликатора, который означает, что увеличение инвестиций ведет к многократному увеличению дохода, занятости и потребления, то в США, в теории Элвина Хансена (1887-1975), был выдвинут дополнительный принцип – принцип акселератора, означающий, что рост дохода и потребительского спроса вызывает ускоряющийся рост инвестиций в производство (акселератор – это ускоритель). Смысл дополнения в следующем: оборудование используется в течение длительного периода и изнашивается постепенно и возмещается по частям. Поэтому процентное увеличение спроса на товары вызовет рост спроса на инвестиции в большем объеме для возобновления и для расширения производства. Этот эффект влияния дохода на инвестиции был впервые описан в 1909 г. французским экономистом Альбертом Афтальоном (1874-1956). Впоследствии этот принцип был более детально разработан Р. Харродом, английским экономистом Джоном Хиксом (1904-1989) и американским экономистом Полом Самуэльсоном (1915-2009). Коэффициент, который выражает зависимость прироста инвестиций от прироста дохода, получил название акселератора и имеет вид:

a = ∆It / (Yt-1 – Yt-2), где ∆It – стимулируемые инвестиции, вызванные ростом дохода; Y – доход; t – время.

Этот коэффициент служит количественным выражением «принципа акселерации», согласно которому, как отмечалось выше, каждый прирост или сокращение дохода, спроса или продукции вызывает (требует) большего в относительном (процентном) выражении прироста или сокращения «индуцированных» инвестиций.

Основу новейшей теории воспроизводства и экономических моделей цикла в западной науке составляет сочетание «принципа акселерации» и «принципа мультипликатора». Получается система взаимодействующих сил: «мультипликатор» вызывает рост дохода, занятости и потребления, а «акселератор» стимулирует новые инвестиции, которые заново приводят в действие весь процесс развертывания «мультипликатора». По мнению западных экономистов, этот «сверхкумулятивный процесс» способен обеспечить непрерывный, бескризисный рост капиталистической экономики, но при условии проведения соответствующей политики государственных расходов. Если же этот «сверхкумулятивный процесс» предоставить самому себе, то есть не регулировать, то он приведет к нарушению экономического равновесия.

«Акселератор», соединенный с «мультипликатором», представлен в виде уравнения дохода Дж. Хикса:

Yt = It + (I-S) Yt + a (Yt-1 – Yt-1), где It – автономные инвестиции; (I-S) – доля потребления в национальном доходе или его приросте.

В зависимости от соотношения мультипликатора (или коэффициента склонности к потреблению) и акселератора динамика национального дохода (Y) или его приростов может принять равномерный или циклический характер. Циклические колебания возникают при соотношении [(I-S) + a] 2

Теории экономического роста. В 1950-е гг. некоторые сторонники основных идей экономической теории Кейнса и его последователи по вопросу обоснования необходимости, и возможности государственного регулирования экономики, восприняли кейнсианские идеи в качестве исходной позиции для разработки новых теорий, суть которых сводилась к выяснению и обоснованию механизма постоянных темпов экономического роста. В результате возникли так называемые неокейнсианские теории роста, основанные на учете системы «мультипликатор-акселератор» и моделировании экономической динамики с использованием взаимосвязи между накоплением и потреблением.

7. Экономические теории неокейнсианства. Неоклассический синтез

Основным направлением исследований неокейнсианцев стал динамический макроэкономический анализ. Главные достижения последователей Дж.М. Кейнса были связаны с созданием теорий экономического роста. В рамках этих теорий рассматриваются три момента: 1) условия динамического равновесия; 2) длительные отклонения от динамического равновесия; 3) кратковременные отклонения от динамического равновесия. Начало этих исследований было заложено английским экономистом Роем Форбсом Харродом (1900-1978) и американцем Элвином Хансеном (1887-1975). В 1936 г. выходит первая книга Харрода «Экономический цикл», а в 1941 г. работа Хансена «Налоговая политика и экономические циклы». В конце 1940-50-х гг. появляется целый ряд работ, посвященных этой проблематике. В 1948 г. выходит вторая книга Р. Харрода «К теории экономической динамики» и ряд статей американского экономиста Евсея Дэвида Домара (1914-1998). В 1951 г. издается новая книга Э. Хансена «Экономические циклы и национальный доход», а в 1957 г. Е. Домар представляет свою главную работу «Очерки по теории экономического роста».

Метод, на котором основаны теории неокейнсианцев, обладает характерными особенностями. С одной стороны, эти особенности определяются развитием кейнсианской традиции. Неокейнсианская школа также исходит из принципа неравновесия рыночной системы. В отличие отнеоклассических теорий цикла, которые рассматривали циклические колебания как временные отклонения от состояния равновесия, неокейнсианцы акцентируют внимание нанеравновесныхтенденциях, приводящих экономику в состояние депрессии или бума. Причем механизм возврата к равновесию представляется весьма трудным, в отличие от механизма отклонения от него. В этой связи неокейнсианцы уделяют большое вниманиевмешательству государствас целью предотвратить значительные отклонения конъюнктуры в сторону чрезмерного роста или спада.

С другой стороны, в отличие от теории Дж.М. Кейнса неокейнсианская теория представляет собойдинамический анализ. В кейнсианской теории воспроизводство рассматривалось встатичном состоянии, в рамках краткосрочного периода. Теории его последователей представляли собойисследование долгосрочных динамических процессов.

Еще одним дополнением кейнсианской теории современными экономистами является замена метода перманентного регулирования и направления частных и государственных инвестиций на метод маневрированиягосударственными расходами взависимости от экономической конъюнктуры. Так, в периоды подъема экономики инвестиции ограничиваются, а в периоды замедления или спада – увеличиваются (несмотря на возможный бюджетный дефицит).

Теории экономического роста. В 1950-е гг. некоторые сторонники основных идей экономической теории Кейнса и его последователи по вопросу обоснования необходимости, и возможности государственного регулирования экономики, восприняли кейнсианские идеи в качестве исходной позиции для разработки новых теорий, суть которых сводилась к выяснению и обоснованиюмеханизма постоянных темпов экономического роста. В результате возникли так называемыенеокейнсианские теории роста, основанные на учете системы «мультипликатор-акселератор» и моделировании экономической динамики с использованием взаимосвязи между накоплением и потреблением.

Главными представителями этих теорий экономического роста стали в США профессор Массачусетского технологического института Евсей Домари в Англии профессор Оксфордского университетаРой Форбс Харрод. Их теории (модели) объединяет общий вывод оцелесообразности постоянного (устойчивого) темпа экономического роста как решающего условия динамического равновесия(поступательного движения) экономики, при котором достижимы полное использование производственных мощностей и трудовых ресурсов. Другим положением модели Харрода-Домара является признание предпосылки о постоянстве в длительном периоде таких параметров, как доля сбережений в доходах и средняя эффективность капиталовложений. И третье сходство состоит в том, что оба автора достижение динамического равновесия и постоянного роста считали не автоматически возможным, а результатом соответствующей государственной политики, то естьактивного государственного вмешательства в экономику.

Отличительные признаки в моделях Е. Домара и Р. Харрода обусловлены лишь некоторым различием в исходных позициях построения модели. Так, в основе модели Р. Харрода лежит идея о равенстве инвестиций и сбережений, а всякое отклонение вызывает кризисы (безработицу и инфляцию), а в модели Е. Домара исходным считается равенство денежного дохода (спроса) и производственных мощностей (предложения).

Вместе с тем и Е. Домар, и Р. Харрод едины в своих убеждениях об эффективной роли инвестицийв обеспечении роста дохода, увеличении производственных мощностей, полагая, что рост дохода способствует увеличению занятости, которая в свою очередь предотвращает возникновение недогрузки предприятий и безработицу. Это убеждение вытекает из безусловного признания этими авторами кейнсианской концепции о зависимостихарактера и динамики экономических процессовотпропорций между инвестициями и сбережениями, а именно: опережающий рост первых – причина повышения уровня цен, а вторых – причина недогрузки предприятий и неполной занятости.

Представители неокейнсианского направления указывали, что в концепции Кейнса не учитывается обратное влияние роста дохода на процесс воспроизводства. Эта зависимость объясняется ими на основе действия принципа акселерации. Если Кейнс в своей теории опирался на принцип мультипликатора, который означает, что увеличение инвестиций ведет к многократному увеличению дохода, занятости и потребления, то в США, в теорииЭлвина Хансена(1887-1975), был выдвинут дополнительный принцип –принцип акселератора, означающий, что рост дохода и потребительского спроса вызывает ускоряющийся рост инвестиций в производство (акселератор – это ускоритель). Смысл дополнения в следующем: оборудование используется в течение длительного периода и изнашивается постепенно и возмещается по частям. Поэтому процентное увеличение спроса на товары вызовет рост спроса на инвестиции в большем объеме для возобновления и для расширения производства. Этот эффект влияния дохода на инвестиции был впервые описан в 1909 г. французским экономистомАльбертом Афтальоном(1874-1956). Впоследствии этот принцип был более детально разработан Р. Харродом, английским экономистомДжоном Хиксом(1904-1989) и американским экономистомПолом Самуэльсоном(1915-2009). Коэффициент, который выражает зависимость прироста инвестиций от прироста дохода, получил названиеакселератораи имеет вид:

a= ∆It/ (Yt-1-Yt-2), где ∆It– стимулируемые инвестиции, вызванные ростом дохода;Y– доход;t– время.

Этот коэффициент служит количественным выражением «принципа акселерации», согласно которому, как отмечалось выше, каждый прирост или сокращение дохода, спроса или продукции вызывает (требует) большего в относительном (процентном) выражении прироста или сокращения «индуцированных» инвестиций.

Основу новейшей теории воспроизводства и экономических моделей цикла в западной науке составляет сочетание «принципа акселерации» и «принципа мультипликатора». Получается система взаимодействующих сил: «мультипликатор» вызывает рост дохода, занятости и потребления, а «акселератор» стимулирует новые инвестиции, которые заново приводят в действие весь процесс развертывания «мультипликатора». По мнению западных экономистов, этот «сверхкумулятивный процесс» способен обеспечить непрерывный, бескризисный рост капиталистической экономики, но при условии проведения соответствующей политики государственных расходов. Если же этот «сверхкумулятивный процесс» предоставить самому себе, то есть не регулировать, то он приведет к нарушению экономического равновесия.

«Акселератор», соединенный с «мультипликатором», представлен в виде уравнения дохода Дж. Хикса:

Yt=It+ (I-S)Yt+a(Yt-1-Yt-1), гдеIt– автономные инвестиции; (I-S) – доля потребления в национальном доходе или его приросте.

С другой стороны, в отличие от теории Дж.М. Кейнса неокейнсианская теория представляет собойдинамический анализ. В кейнсианской теории воспроизводство рассматривалось встатичном состоянии, в рамках краткосрочного периода. Теории его последователей представляли собойисследование долгосрочных динамических процессов.

Экономические теории неокейнсианства. Неоклассический синтез

Основным направлением исследований неокейнсианцев стал динамический макроэкономический анализ. Главные достижения последователей Дж.М. Кейнса были связаны с созданием теорий экономического роста. В рамках этих теорий рассматриваются три момента: 1) условия динамического равновесия; 2) длительные отклонения от динамического равновесия; 3) кратковременные отклонения от динамического равновесия. Начало этих исследований было заложено английским экономистом Роем Форбсом Харродом (1900-1978) и американцем Элвином Хансеном (1887-1975). В 1936 г. выходит первая книга Харрода «Экономический цикл», а в 1941 г. работа Хансена «Налоговая политика и экономические циклы». В конце 1940-50-х гг. появляется целый ряд работ, посвященных этой проблематике. В 1948 г. выходит вторая книга Р. Харрода «К теории экономической динамики» и ряд статей американского экономиста Евсея Дэвида Домара (1914-1998). В 1951 г. издается новая книга Э. Хансена «Экономические циклы и национальный доход», а в 1957 г. Е. Домар представляет свою главную работу «Очерки по теории экономического роста».

Метод, на котором основаны теории неокейнсианцев, обладает характерными особенностями. С одной стороны, эти особенности определяются развитием кейнсианской традиции. Неокейнсианская школа также исходит из принципа неравновесия рыночной системы. В отличие от неоклассических теорий цикла, которые рассматривали циклические колебания как временные отклонения от состояния равновесия, неокейнсианцы акцентируют внимание на неравновесных тенденциях, приводящих экономику в состояние депрессии или бума. Причем механизм возврата к равновесию представляется весьма трудным, в отличие от механизма отклонения от него. В этой связи неокейнсианцы уделяют большое внимание вмешательству государства с целью предотвратить значительные отклонения конъюнктуры в сторону чрезмерного роста или спада.

С другой стороны, в отличие от теории Дж.М. Кейнса неокейнсианская теория представляет собой динамический анализ. В кейнсианской теории воспроизводство рассматривалось в статичном состоянии, в рамках краткосрочного периода. Теории егопоследователейпредставляли собой исследование долгосрочных динамических процессов.

Еще одним дополнением кейнсианской теории современными экономистами является замена метода перманентного регулирования и направления частных и государственных инвестиций на метод маневрирования государственными расходами в зависимости от экономической конъюнктуры. Так, в периоды подъема экономики инвестиции ограничиваются, а в периоды замедления или спада – увеличиваются (несмотря на возможный бюджетный дефицит).

Теории экономического роста. В 1950-е гг. некоторые сторонники основных идей экономической теории Кейнса и его последователи по вопросу обоснования необходимости, и возможности государственного регулирования экономики, восприняли кейнсианские идеи в качестве исходной позиции для разработки новых теорий, суть которых сводилась к выяснению и обоснованию механизма постоянных темпов экономического роста. В результате возникли так называемые неокейнсианские теории роста, основанные на учете системы «мультипликатор-акселератор» и моделировании экономической динамики с использованием взаимосвязи между накоплением и потреблением.

Главными представителями этих теорий экономического роста стали в США профессор Массачусетского технологического института Евсей Домар и в Англии профессор Оксфордского университета Рой Форбс Харрод. Их теории (модели) объединяет общий вывод о целесообразности постоянного (устойчивого) темпа экономического роста как решающего условия динамического равновесия (поступательного движения) экономики, при котором достижимы полное использование производственных мощностей и трудовых ресурсов. Другим положением модели Харрода-Домара является признание предпосылки о постоянстве в длительном периоде таких параметров, как доля сбережений в доходах и средняя эффективность капиталовложений. И третье сходство состоит в том, что оба автора достижение динамического равновесия и постоянного роста считали не автоматически возможным, а результатом соответствующей государственной политики, то есть активного государственного вмешательства в экономику.

Отличительные признаки в моделях Е. Домара и Р. Харрода обусловлены лишь некоторым различием в исходных позициях построения модели. Так, в основе модели Р. Харрода лежит идея о равенстве инвестиций и сбережений, а всякое отклонение вызывает кризисы (безработицу и инфляцию), а в модели Е. Домара исходным считается равенство денежного дохода (спроса) и производственных мощностей (предложения).

Вместе с тем и Е. Домар, и Р. Харрод едины в своих убеждениях об эффективной роли инвестиций в обеспечении роста дохода, увеличении производственных мощностей, полагая, что рост дохода способствует увеличению занятости, которая в свою очередь предотвращает возникновение недогрузки предприятий и безработицу. Это убеждение вытекает из безусловного признания этими авторами кейнсианской концепции о зависимости характера и динамики экономических процессов от пропорций между инвестициями и сбережениями, а именно: опережающий рост первых – причина повышения уровня цен, а вторых – причина недогрузки предприятий и неполной занятости.

Представители неокейнсианского направления указывали, что в концепции Кейнса не учитывается обратное влияние роста дохода на процесс воспроизводства. Эта зависимость объясняется ими на основе действия принципа акселерации. Если Кейнс в своей теории опирался на принцип мультипликатора, который означает, что увеличение инвестиций ведет к многократному увеличению дохода, занятости и потребления, то в США, в теории Элвина Хансена (1887-1975), был выдвинут дополнительный принцип – принцип акселератора, означающий, что рост дохода и потребительского спроса вызывает ускоряющийся рост инвестиций в производство (акселератор – это ускоритель). Смысл дополнения в следующем: оборудование используется в течение длительного периода и изнашивается постепенно и возмещается по частям. Поэтому процентное увеличение спроса на товары вызовет рост спроса на инвестиции в большем объеме для возобновления и для расширения производства. Этот эффект влияния дохода на инвестиции был впервые описан в 1909 г. французским экономистом Альбертом Афтальоном (1874-1956). Впоследствии этот принцип был более детально разработан Р. Харродом, английским экономистом Джоном Хиксом (1904-1989) и американским экономистом Полом Самуэльсоном (1915-2009). Коэффициент, который выражает зависимость прироста инвестиций от прироста дохода, получил название акселератора и имеет вид:

a = ∆It / (Yt-1 – Yt-2), где ∆It – стимулируемые инвестиции, вызванные ростом дохода; Y – доход; t – время.

Этот коэффициент служит количественным выражением «принципа акселерации», согласно которому, как отмечалось выше, каждый прирост или сокращение дохода, спроса или продукции вызывает (требует) большего в относительном (процентном) выражении прироста или сокращения «индуцированных» инвестиций.

Основу новейшей теории воспроизводства и экономических моделей цикла в западной науке составляет сочетание «принципа акселерации» и «принципа мультипликатора». Получается система взаимодействующих сил: «мультипликатор» вызывает рост дохода, занятости и потребления, а «акселератор» стимулирует новые инвестиции, которые заново приводят в действие весь процесс развертывания «мультипликатора». По мнению западных экономистов, этот «сверхкумулятивный процесс» способен обеспечить непрерывный, бескризисный рост капиталистической экономики, но при условии проведения соответствующей политики государственных расходов. Если же этот «сверхкумулятивный процесс» предоставить самому себе, то есть не регулировать, то он приведет к нарушению экономического равновесия.

«Акселератор», соединенный с «мультипликатором», представлен в виде уравнения дохода Дж. Хикса:

Yt = It + (I-S) Yt + a (Yt-1 – Yt-1), где It – автономные инвестиции; (I-S) – доля потребления в национальном доходе или его приросте.

В зависимости от соотношения мультипликатора (или коэффициента склонности к потреблению) и акселератора динамика национального дохода (Y) или его приростов может принять равномерный или циклический характер. Циклические колебания возникают при соотношении [(I-S) + a] 2

С другой стороны, в отличие от теории Дж.М. Кейнса неокейнсианская теория представляет собой динамический анализ. В кейнсианской теории воспроизводство рассматривалось в статичном состоянии, в рамках краткосрочного периода. Теории егопоследователейпредставляли собой исследование долгосрочных динамических процессов.

Неокейнсианство, его характеристика и основные представители.

Неокейнсианство — школа макроэкономической мысли, сложившаяся в послевоенный период на основе трудов Дж. М. Кейнса. Группа экономистов (особенно большой вклад внесли Франко Модильяни, Джон Хикс и Пол Самуэльсон) сделала попытку интерпретировать и формализовать учение Кейнса и синтезировать его с неоклассическими моделями экономики. Их работа стала известна как «неоклассический синтез», на её основе были созданы модели, которые сформировали центральные идеи неокейнсианства. Расцвет неокейнсианства пришёлся на 1950-е, 60-е и 70-е годы.

Видные сторонники Н. — Р. Харрод, Н. Калдор, Дж. Робинсон, Е. Домар, А. Хансен сложили новую концепцию кейнсианства под влиянием углубления общего кризиса капитализма и связанного с ним процесса перехода от монополистическому к государственно-монополистическому капитализму, научно-технической революции, экономическому соревнования двух мировых систем и краха колониальной системы империализма. В новых исторических условиях, когда проблема темпов экономического роста стала рассматриваться как вопрос жизни и смерти капитализма, неокейнсианство уже не могло наподобие теории Дж. М. Кейнса ограничиться рассмотрением преимущественно так называемых проблем антикризисной экономической политики.

Поэтому неокейнсианство акцентирует внимание на проблемах экономической динамики и экономического роста, выступая в качестве важнейшей теоретической основы экономической политики государственно-монополистического капитализма. Неокейнсианство исходит из главной посылки кейнсианства об утрате капитализмом стихийного механизма восстановления экономического равновесия и необходимости по этой причине государственного регулирования капиталистической экономики. Особенность неокейнсианства в этом отношении состоит в том, что выступает за систематическое и прямое воздействие государства на капиталистическую экономику. По этой же причине изменилась основная проблематика концепции государственного регулирования экономики — был осуществлен переход от так называемой теории занятости, ставящим своей целью изыскание путей обеспечения устойчивых темпов экономического развития капиталистической системы.

Методология неокейнсианства характеризуется макроэкономическим, народно-хозяйственным подходом к рассмотрению проблем воспроизводства, использованием так называемых агрегативных категорий (национальный доход, совокупный общественный продукт, совокупные спрос и предложение, совокупные инвестиции и т.п.).

Читайте также:  Монетаризм и кредитно-денежная политика государства

В условиях научно-технической революции неокейнсианство вынуждено отказаться от характерного для кейнсианства абстрагирования от изменения производительных сил общества и ввести в свой анализ показатели развития техники. Так, Р. Харрод разработал понятие «коэффициента капитала», трактуемого им как отношение всей величины используемого капитала к национальному доходу за определённый период времени, т. е. как своеобразный показатель «капиталоемкости» единицы национального дохода. Вместе с тем неокейнсианство выдвигает вопрос о типах технического прогресса, выделяя, с одной стороны, технический прогресс, ведущий к экономии живого труда, а с другой — тот, который обеспечивает экономию овеществленного труда капитала. Между тем, анализ показывает, что при всем противоречивом характере факторов, воздействующих на динамику органического строения капитала, его основная тенденция в условиях современной научно-технической революции — это тенденция к росту.

Дополняя теорию воспроизводства Кейнса, в том числе его теорию мультипликатора, неокейнсианство выдвинуло теорию акселератора. На основе соединения этих теорий неокейнсианство трактует расширение капиталистического воспроизводства не как социально-экономический, а как технико-экономический процесс.

Неокейнсианская теория динамики не ограничивается одним лишь построением моделей экономического роста. Трактуемая в широком плане она обязательно включает в себя теоретическое объяснение циклических колебаний.

Дата добавления: 2019-09-08 ; просмотров: 970 ;

Методология неокейнсианства характеризуется макроэкономическим, народно-хозяйственным подходом к рассмотрению проблем воспроизводства, использованием так называемых агрегативных категорий (национальный доход, совокупный общественный продукт, совокупные спрос и предложение, совокупные инвестиции и т.п.).

Современные оценки идей неокейнсианства

Из числа неординарных, но во многом обоснованных выводов о современном кейнсианстве примечателен вывод К. Ховарда и Г. Журавлевой, которые пишут так: «Реализация общей теории Дж. Кейнса на практике привела страны Запада к социалистичес­кой ориентации. К сожалению, каждая страна сделала это за счет увеличения своего общегосударственного бюджетного дефицита. Дефициты западных стран сейчас огромны. Другой бедой этой политики стала нескончаемая инфляция. Центральная банковская система вынуждена была постоянно увеличивать денежную мас­су, чтобы удовлетворять ведущие к дефициту потребности пра­вительства, и в результате это вело к инфляции»[9]. Впрочем, по Блаугу, эти проблемы являются естественным последствием из того, что «целью кейнсианской экономической теории было уси­лить настроение в пользу общественных работ, оставив бремя те­оретических обоснований тем, кто пытался бы устранить безрабо­тицу путем снижения зарплаты»[10].

Поистине новыми качествами экономической теории Кейнса было стремление: во-первых, иметь дело с агрегированными величинами и на самом деле свести всю экономику к функционированию четырёх взаимосвязанных рынков (товаров, труда, денег и облигаций); во-вторых, сосредоточиться на краткосрочном периоде и свести анализ долгосрочных периодов, который был в центре внимания его предшественников, к проблеме вероятности вековой стагнации; в-третьих, возложить всю тяжесть приспособления к меняющимся экономическим условиям скорее на объём выпуска продукции, нежели на цены. Вклад «Общей теории» в экономическую теорию состоял не просто в том, что объект анализа был перенесён с деятельности фирм и домашних хозяйств на изменение агрегатных величин, и даже не в том, что Кейнс поставил в центр макроэкономической теории доход и занятость вместо денег и цен, а в том, чтобы сформулировать теорию в форме моделей, в которых ключевые переменные и взаимосвязи были выражены таким образом, что их можно было квантифицировать и проверять. Стимулы, которые дала «Общая теория» для создания проверяемых моделей экономического поведения, является одной из причин успеха кейнсианской революции.

К концу Второй мировой войны эконометрия стала наиболее динамичной отраслью экономической науки, а кейнсианские или неокейнсианские модели имеют очень важное, и при этом растущее, значение для работ эконометриков. Высочайшая дань уважения, которая может быть выражена экономисту, заключается в том, чтобы признать, что экономическую теорию невозможно представить без него.

Заключение

Итак, в данной контрольной работе были рассмотрены основные вопросы, связанные с кейнсианским экономическим учением. Две экономические теории, кейнсианская и неокейнсианская, во многом отражают действительность, и использование этих теорий совместно может помочь при разработке схем действия реальной экономики.

Дебаты о правильности теорий помогли экономистам всех направлений переосмыслить некоторые наиболее важные аспекты макроэкономической теории так же произошел значительный пересмотр позиций, и был достигнут важный компромисс, в результате которого кейнсианская теория претерпела значительные изменения и преобразилась в неокейнсианскую теорию, которая продолжает развиваться и укреплять свои позиции и сегодня.

Список использованной литературы

1. Макроэкономика. / М.К.Бункина, В.А.Семенов – М., 1996.

2. Агапова И.И. История экономической мысли. Курс лекций. – М.: Ассоциация авторов и издателей «ТАНДЕМ». – М. 2003.

3. Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. – М.: АНХ, 1994.

4. Городецкий В. История экономических учений: курс лекций. – М, 2000.

5. Гэлбрейт Дж. К. Экономические теории и цели обще­ства. М.: Прогресс, 1979.

6. Кейнс Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег. – М.: Прогресс, 1978.

7. Климко Г.Н., Нестеренко В.П. Основы экономической теории: Полит-экономический аспект – К.: Академия, 1998.

8. Ховард К., Журавлева Г. Принципы экономики свободной рыночной системы (экономике). М.: «Златоуст», 1995.

9. Ядгаров Я.С. История экономических учений: Учебник. – М.: Инфра-М, 2009.

[1] Макроэкономика. / М.К.Бункина, В.А.Семенов – М., 1996. – С. 55.

[2] Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. М.: АНХ, 1994. – С. 61.

[3] Гэлбрейт Дж. К. Экономические теории и цели обще­ства. М.: Прогресс, 1979. – С. 40, 43.

[4] Кейнс Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег / Пер. проф. Н. Н. Любимова. — М.: Гелиос АРВ, 1999. — С. 44.

[6] Городецкий В.К. История экономических учений. Курс лекций. – М., 2002. – С. 211.

[7] Мультипликатор характеризует связь между приростом инвестиций и последующим приростом национально­го дохода, а акселератор — связь между приростом национально­го дохода и последующим приростом инвестиций.

[8] Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. – М.: АНХ, 1994. – С. 153.

[9] Ховард К., Журавлева Г. Принципы экономики свободной рыночной системы (экономике). М.: «Златоуст», 1995. – С. 278.

5. Гэлбрейт Дж. К. Экономические теории и цели обще­ства. М.: Прогресс, 1979.

Неокейнсианство и его современная эволюция. Неоклассический синтез. Лектор: к.э.н., доцент Медведева Л.И. – презентация

Презентация была опубликована 5 лет назад пользователемАлександр Чеботарёв

16 В основе неокейнсианской теории лежит упрощенная модель, основные принципы которой были одновременно сформулированы Харродом и Домаром.

Учебные материалы.. первая помощь в учебе.

Содержание
Введение
1. Причины эволюции кейнсианства
2. Особенности методологии неокейнсианства
3. Теория «экономической динамики» и теория экономического роста
Заключение
Список литературы

Введение
Теория эффективного спроса Дж. Кейнса, изложенная в его книге «Общая теория занятости, процента и денег» (1936), явилась наиболее важным, революционным событием в истории экономической мысли Запада межвоенных лет. Концепции Дж.М. Кейнса рассматривались в рамках краткосрочного периода, основные категории (инвестиции, сбережения) не менялись во времени. Такой подход был во многом обусловлен особенностями экономической действительности 1930-х годов. Труд Дж.М. Кейнса оставлял возможности для расхождений в понимании его теории. Нельзя исключать и то, что многие идеи, высказанные Кейнсом, так или иначе уже зарождались в умах и других экономистов 20-30-х годов ХХ века. К этому побуждала экономическая реальность. Познакомившись с теорией Кейнса, некоторые учёные стали излагать ей по-своему, развивать её идеи.
Дж.М. Кейнс и его многочисленные сторонники образовали целое направление – кейнсианство, объединённое идеей относительной нестабильности рыночной экономики и необходимости её государственного регулирования. Однако следует учитывать, что кейнсианская теория государственного регулирования, прежде всего, связана с анализом соотношения инвестиций и сбережений, с исследованием такой макроэкономической категории, как эффективный спрос, – центральной категории кейнсианства.
Кейнсианская теория в развитых странах рыночного хозяйства стала основной формирования механизма регулирования экономических процессов, т.е. оптимального соотношения рыночной конкуренции, влияния крупных корпораций и централизованного государственного механизма воздействия на экономическую жизнь страны.
Теория Кейнса и его последователей занимала ведущее положение примерно до начала 70-х гг. Но кризис 1974-1975 гг. заставил пересмотреть кейнсианский подход, основанный на стимулировании спроса.

1. Причины эволюции кейнсианства
Ещё раньше, примерно с середины 50-х гг. среди экономистов возрос интерес к проблемам экономического роста. В этот период обострилось мировое соперничество; постепенно стал исчерпываться потенциал роста, возникший после окончания Второй мировой войны (недостаток товаров, нехватка жилищ, повышенный спрос на оборудование при наличии резервов валюты); повысилось внимание к проблемам развития стран третьего мира.
Фактическое состояние экономики капиталистических стран свидетельствует о провале кейнсианских рецептов лечения капитализма. В странах капитализма существуют постоянные массовые армии безработных и полубезработных. Теория Кейнса рекламировалась как средство предотвращения экономических кризисов. Но и в этом вопросе капиталистическая действительность свидетельствует против Кейнса. В главной стране капитализма – США, где наиболее широко применялись кейнсиансике методы, произошло учащение экономических кризисов. В ряде важнейших отраслей производства существует хроническая недогрузка производственных мощностей. Причём круг этих отраслей постепенно расширяется. Даже по официальным, заниженным данным, в годы подъёма недогрузка составляет 15-20%.
Практика регулирования ссудного процента в целях стимулирования частных капиталовложений показала несостоятельность теории Кейнса: попытки буржуазных правительств повышать процент во время промышленного подъёма не могли приостановить этот подъём, поскольку он стимулировался ростом прибыли. Повышение процента имело иной результат – приток в данную страну иностранного капитала. Во время спадов производства правительства США, Англии понижали ссудный процент, чтобы стимулировать рост производства. Однако на деле этого не получалось, так как капиталы шли не в производство, а за границу, где процентная ставка была более высокой. Рекомендовавшийся Кейнсом дополнительный выпуск бумажных денег в обращение привёл к инфляции, но не устранил безработицы.
В связи со всеми этими обстоятельствами буржуазные экономисты были вынуждены признать серьёзные недостатки теории Кейнса. Американский экономист Харрис после кризисного спада производства в США в 1953-1954 гг. писал, что Кейнс не предусмотрел многих административных трудностей, а именно: как не только достигнуть полной занятости, но и постоянно поддерживать её; как определить тот уровень, после которого вред инфляции превысит выгоды от неё; до какой степени можно увеличивать государственный долг, чтобы довести государственные финансы до полного банкротства.
Решение вопросов экономической динамики стало вызовом времени, и его приняло кейнсианское направление, претерпев существенные изменения. Оно превратилось в неокейнсианство.

2. Особенности методологии неокейнсианства
Как и кейнсианство, неокейнсианство исследовало функциональные, количественные зависимости народнохозяйственных величин в процессе капиталистического воспроизводства. Однако в новых исторических условиях, когда проблема темпов экономического развития стала рассматриваться как вопрос жизни и смерти капитализма, неокейнсианство уже не могло ограничиться рассмотрением преимущественно проблем «статического состояния экономики». Оно вынуждено было отказаться от тезиса о стагнации капиталистической экономики. Неокейнсианцы выступили с критикой тех положений теории Дж. М. Кейнса, которые придавали ей характер «статической» теории, т. е. ориентировали ее на рассмотрение количественных зависимостей линии простого воспроизводства. Последователи Дж. М. Кейнса, опираясь на основные понятия и методологию его теории, в центр внимания поставили проблемы государственно-монополистического регулирования расширенного капиталистического воспроизводства. Теоретики неокейнсианства Р. Харрод, П. Калдор, Е. Домар, Э. Хансен и другие акцентировали внимание на количественных зависимостях расширенного капиталистического воспроизводства, или, по терминологии неокейнсианства, проблемах экономической динамики и экономического роста.
Неокейнсианство, выступая в качестве важнейшей теоретической основы экономической политики государственно-монополистического капитализма, исходило из главной посылки кейнсианства об утрате стихийного механизма автоматического восстановления равновесия и необходимости государственного регулирования капиталистической экономики. Особенность неокейнсианства состояла в том, что оно, отражая более зрелую ступень развития государственно монополистического капитализма, отстаивало необходимость систематического, и притом в известной мере прямого, а не спорадического и косвенного как в теории
Дж. М. Кейнса, воздействия буржуазного государства на капиталистическую экономику.
Этой главной задаче и было подчинено дальнейшее развитие кейнсианства и в послевоенный период: разработка кейнсианской теории под углом зрения «экономической динамики», пристальное внимание к вопросам сбережения и реального накопления капитала, разработка теории кумулятивного процесса, основанной на соединении концепций мультипликатора и акселератора и призванной дать такое объяснение количественных взаимосвязей роста инвестиций и национального дохода, которое в известной мере приоткрыло бы конкретно-экономический аспект факторов, порождавших относительно высокие темпы расширенного капиталистического воспроизводства (в отдельные годы послевоенного периода), однако вуалировало бы его социально-экономические аспекты, расширенное воспроизводство капиталистических противоречий в ходе капиталистического накопления.
Методология неокейнсианства характеризуется макроэкономическим, народнохозяйственным подходом к рассмотрению проблем воспроизводства, использованием так называемых агрегативных категорий типа: совокупный спрос, совокупно предложение, совокупные инвестиции, совокупные сбережения, национальный доход, общественный продукт, и т. п., позволяющих, с одной стороны, уловить некоторые наиболее общие количественные зависимости процесса капиталистического воспроизводства, точнее, некоторые всеобщие воспроизводственные формы и зависимости, а с другой – затушевать их классовую сущность и антагонистический характер.
Как и кейнсианство, неокейнсианство акцентировало внимание преимущественно на конкретно-экономических функциональных зависимостях простого процесса труда в его народнохозяйственном аспекте, абстрагируясь, как правило, от капиталистических производственных отношений или трактуя их в вульгарно-апологетическом плане. В условиях научно-технической революции неокейнсианство вынуждено было отказаться от характерной для прежнего кейнсианства абстракции от изменения производительных сил буржуазного общества и ввести в свой анализ показатели изменений в экономике, происходящих в результате технического прогресса. Например, Р. Харрод разработал понятие «коэффициента капитала», которое трактуется им как отношение всей величины используемого капитала к национальному доходу за определенный период времени, т. е. как своеобразный показатель «капиталоемкости» единицы национального дохода. Вместе с тем неокейнсианство выдвинуло вопрос о типах технического прогресса, выделяя, с одной стороны, технический прогресс, который ведет к экономии живого труда, а с другой – технический прогресс, обеспечивающий экономию общественного труда в средствах производства (по терминологии неокейнсианства – капитала). «Нейтральным» именуется такой вид развития техники, при котором уравновешиваются эти тенденции, т. е. применяется органическое строение капитала. Анализ показывает, что это не типично для современного капитализма. При всем противоречивом характере факторов, воздействующих на динамику органического строения капитала, его основная тенденция в условиях современной научно-технической революции – это тенденция к росту.
Дополняя теорию воспроизводства Дж. М. Кейнса, в частности его концепцию «мультипликатора дохода» (в соответствии с которой национальный доход изменяется в зависимости от изменения объема совокупных капиталовложений всего общества), неокейнсианцы выдвинули теорию акселератора, которая рассматривает обратную зависимость совокупного объема капиталовложений от изменений величины национального дохода. На основе соединения теорий мультипликатора и акселератора теоретики неокейнсианства создали концепцию «кумулятивного процесса», трактуя механизм расширенного капиталистического воспроизводства не как социально-экономический, а как технико-экономический процесс.
Особенностью неокейнсианства является также разработка его представителями специфических формул расширенного капиталистического воспроизводства, моделей экономического роста. Их характерная черта состоит в том, что, как правило, в них не представлено совокупное движение составных частей всего общественного продукта и капитала, рассматриваемых под углом зрения натурально-вещественной и стоимостной структуры. Обычно модели экономического роста неокейнсианства улавливают лишь отдельные количественные взаимосвязи процесса воспроизводства, преимущественно в его конкретно-экономическом, а не социально-экономическом аспекте. Являясь важным средством теоретического обоснования экономической политики государственно-монополистического капитализма, неокейнсианство оказалось не в состоянии избавить капитализм от внутренне присущих ему противоречий и антагонизмов и даже в сколько-нибудь существенной мере ослабить их.

Введение
Теория эффективного спроса Дж. Кейнса, изложенная в его книге «Общая теория занятости, процента и денег» (1936), явилась наиболее важным, революционным событием в истории экономической мысли Запада межвоенных лет. Концепции Дж.М. Кейнса рассматривались в рамках краткосрочного периода, основные категории (инвестиции, сбережения) не менялись во времени. Такой подход был во многом обусловлен особенностями экономической действительности 1930-х годов. Труд Дж.М. Кейнса оставлял возможности для расхождений в понимании его теории. Нельзя исключать и то, что многие идеи, высказанные Кейнсом, так или иначе уже зарождались в умах и других экономистов 20-30-х годов ХХ века. К этому побуждала экономическая реальность. Познакомившись с теорией Кейнса, некоторые учёные стали излагать ей по-своему, развивать её идеи.
Дж.М. Кейнс и его многочисленные сторонники образовали целое направление – кейнсианство, объединённое идеей относительной нестабильности рыночной экономики и необходимости её государственного регулирования. Однако следует учитывать, что кейнсианская теория государственного регулирования, прежде всего, связана с анализом соотношения инвестиций и сбережений, с исследованием такой макроэкономической категории, как эффективный спрос, – центральной категории кейнсианства.
Кейнсианская теория в развитых странах рыночного хозяйства стала основной формирования механизма регулирования экономических процессов, т.е. оптимального соотношения рыночной конкуренции, влияния крупных корпораций и централизованного государственного механизма воздействия на экономическую жизнь страны.
Теория Кейнса и его последователей занимала ведущее положение примерно до начала 70-х гг. Но кризис 1974-1975 гг. заставил пересмотреть кейнсианский подход, основанный на стимулировании спроса.

Посткейнсианские и неокейнсианские теории: сравнительный анализ

Начало теории государственного регулирования экономики было заложено выдающимся экономистом XX столетия Джоном Мейнардом Кейнсом. Предпосылкой возникновения кейнсианской теории явился мировой экономический кризис и Великая депрессия 1929-33 годов. Макроэкономический подход к проблеме антикризисного регулирования был сформирован в работе Кейнса «Общая теория занятости, процента и денег». Основной проблемой кейнсианской теории является определение факторов, влияющих на уровень и динамику национального дохода и его распределение. Основное внимание было уделено изучению составляющих совокупного спроса – это потребление и накопление, также анализировались факторы, определяющие изменение совокупного спроса в целом. В послевоенные годы получила свое развитие макроэкономическая теория, созданная на основе трудов Кейнса и называемая неокейнсианство. Предпосылками ее создания явилось нарастание общего кризиса капиталистической системы, экономическое соревнование двух основных мировых систем, распад колониальной системы и развития научно-технической революции. Неокейнсианская теория базируется на предпосылке о том, что капитализм утратил возможности стихийного механизма восстановления равновесия, а поэтому государственное регулирование капиталистической экономики необходимо. Однако неокейнсианство является более зрелой концепцией развития и предполагает не косвенное, как у Кейнса, регулирование экономики, а прямое и систематическое. Экономический кризис, произошедший в 1973-75 годах привел к формированию посткейнсианской теории. Современное экономическое развитие характеризуется сложностью и противоречивостью происходящих в нем процессов. Подтверждается тезис о том, что рынок без вмешательства государства не способен справиться с возникающими проблемами, такими как инфляция, безработица, монополизация, циклические кризисы и многое другое. Этим определяется актуальность темы курсовой работы «Посткейнсианские и неокейнсианские теории: сравнительный анализ». Основная цель курсовой работы – провести сравнительный анализ и выявить возможности использования неокейнсианских и посткейнсианских теорий. Задачи, поставленные в курсовой работе: – рассмотреть основные положения кейнсианской, неокейнсианской и посткейнсианской теорий; – провести сравнительный анализ кейнсианской, посткейнсианской и неокейнсианской теорий. Объектом исследования выступают посткейнскианские и неокейнскианские теории. Предметом изучения стал анализ идей посткейнсианства и неокейнсианства. Теоретическую и методологическую основу исследования составляют фундаментальные труды по теоретической экономике в области истории экономической мысли Дж.Кейнса, Логиновой В.С., Лачинова Ю.Н., Оганесяна Л.О. и других, а также монографическая и учебная литература, в которых рассматриваются различные этапы эволюции кейнсианских теорий экономической динамики. В процессе выполнения курсовой работы применялись методы экономико-статистического анализа: использованы логический, системный и исторический подходы. Курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованной литературы.

Сегодня, через 70 лет после кончины Дж.Кейнса, интеллектуальное влияние его не менее значимо. Современный период развития мировой экономики, изобилующий потрясениями и новыми факторами нестабильности, все чаще обращает исследователей к историческому опыту осмысления кризисных явлений в экономической науке, и в немалой степени к интеллектуальному наследию Кейнса. Это наследие логично рассматривать в триединстве: личностного капитала Кейнса как нестандартного мыслителя, факторов экономического развития в период деятельности ученого, и академического вклада его работ в развитие экономической теории – ведущего направления в течение почти столетия. Можно без особого преувеличения сказать, что кейнсианство и есть действительный мейнстрим (really mainstream, the actual validly mainstream) современной экономики. Еще в 1930е гг. появляются работы продолжателей и исследователей определенной Кейнсом экономической проблематики: Дж. Робинсон, Р. Харрода, Дж. Хикса, Э. Хансена; в послевоенный период: П. Самуэльсона, Дж. Тобина и др. Таким образом, шло бурное развитие уже неокейнсианства, где основой стали модели ДомараХаррода, Хансена, Хикса и др. На процесс формирования посткейнсианской теории огромное влияние оказывали монетаризм, институционализм и марксизм. Теория разрабатывалась учёными США и Англии, которые придерживались разных методологических и идеологических подходов. Именно поэтому, посткейнсианство представляет собой как английское левое кейнсианство (его представители: Дж.Робинсон, П.Сраффа, Н.Калдор), так и американское посткейнсианство, которое представлено Р. Клауэр, А. Лейонхуфвуд и др. Главным фактором расширения эффективного спроса по посткейнсианской теории являлся рост заработной платы. Сторонники посткейнсианства отстаивали идеи ограничения власти монополии и проведение социальных реформ. Нынешнее посткейнсианство всё также занимается решением задач по осуществлению эффективной стабилизационной политики, при этом их деятельность направлена на решение следующих проблем: ценообразование, денежный спрос и предложение, финансовые рынки и их воздействие на экономическую нестабильность и инфляцию. Стратегия регулирования государством экономического роста в развитых странах на разных этапах имела свои специфические черты и опиралась на различные концепции. Система государственного регулирования экономики, которая сложилась в США после Великой депрессии 1929-1933 годов, ориентировалась преимущественно на кейнсианскую теорию управления совокупным спросом. Капиталовложения и их рост стимулировались низкими процентными ставками, ограничение инвестиционных расходов – их повышением. Посредством развития общественных работ происходило регулирование занятости населения. Получив широкое распространение в 50-х – 60-х годах XX века, кейнсианская доктрина государственного регулирования экономики действовала достаточно долгое время. Однако экономическая практика показывала определенные несоответствия между реальной действительностью и первоначальной теорией. Например, кейнсианская теория рассматривает экономику в краткосрочном периоде при жестко фиксированных цена, номинальных процентных ставках и заработных плат. Она не показывает, как экономические явления изменяются в динамике, т. е. не проводит анализ экономического роста и не содержит теоретического исследования экономического цикла. Все это привело к переработке и переосмыслению положений кейнсианской теории и возникновению неокейнсианства и посткейнсианства.

1. Артамонова, Л.Н. Методические рекомендации и дополнения к программе курса по истории экономических учений / Л.Н. Артамонова, С.В.Ермилова, Н.В.Комаровская // Вестник МГИМО Университета. – 2011. – № 6. – С. 223-233. 2. Ашмаров, И.А. Человек в истории экономических учений / И.А. Ашмаров // Вестник Воронежского государственного технического университета. 2015. Т. 5. – № 1. – С. 26-29. 3. Баранник, Н.А. История экономических учений: российская экономическая мысль / Н.А. Баранник // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. – 2012. – № 6. – С. 83-84. 4. Бойко, А.П. Концепции проблемы продовольственной безопасности в различных экономических школах / А.П.Бойко // Экономика и менеджмент инновационных технологий. – 2017. – № 1 (64). – С. 98-101. 5. Боровикова, Т.В. Предмет истории экономических учений и особенность отечественной экономической мысли: методологический подход / Т.В. Боровикова // Творческое наследие А.С. Посникова и современность. – 2016. – № 9. – С. 6-11. 6. Бучинская, О.Н. История экономических учений – неотъемлемый компонент экономического образования/ О.Н.Бучинская, Э.Р.Шаесламов // Известия Уральского государственного экономического университета. – 2015. – № 4 (60). – С. 106-111. 7. Гульбина, Н.И. История экономических учений в России во второй половине XIX – в начале XX в / Н.И. Гульбина // Вестник Томского государственного университета. Экономика. 2016. – № 1. – С. 93-100. 8. Гурова, И.П. Особенности методологии истории экономических учений / И.П. Гурова // Экономический журнал. 2011. – № 3. – С. 130-140. 9. Досмагамбетов, В.К. История экономических учений в трудах С.Н. Булгакова/ В.К.Досмагамбетов // Вестник Дальрыбвтуза. – 2014. – № 3. – С. 82-85. 10. Ефимов, В.М. В ловушке неоклассики и марксизма / В.М.Ефимов // Journal of Institutional Studies. – 2017. Т. 9. – № 1. – С. 150-169. 11. Каверина, А.Е. Кейнсианские методы преодоления кризиса / А.Е. Каверина // Новая наука: Теоретический и практический взгляд. – 2017. Т. 1. – № 4. – С. 135-140. 12. Капогузов, Е.А. Роль кейнсианских идей в эволюции парадигм государственного управления / Е.А. Капогузов // Историко-экономические исследования. – 2017. Т. 18. – № 2. – С. 244-256. 13. Ковнир, В.Н. Концепция хозяйственных укладов и теория крестьянского хозяйства А.В.Чаянова в истории экономических учений / В.Н. Ковнир // Никоновские чтения. 2015. – № 11. – С. 500-505. 14. Кузнецова, М.В. История экономических учений как отражение эволюции общества / М.В.Кузнецова // Вестник Оренбургского государственного университета. 2016. – № 4 (68). – С. 28-35. 15. Курц Х.Д. Курц, Х.Д. Куда идет история экономических учений: медленно двигается в никуда? / Х.Д. Курц // Вестник Санкт-Петербургского университета. Экономика. 2016. – № 3. – С. 3-25. 16. Куськова, Ю.А. Эволюция представлений Дж. М. Кейнса о влиянии денег на экономику: от количественной теории к теории предпочтения ликвидности / Ю.А. Куськова// Евразийское Научное Объединение. – 2016. Т. 2. – № 5 (17). – С. 101-102. 17. Латов, Ю.В. Парадоксы истории экономических учений и их объяснение при помощи концепции мир-системного анализа/ Ю.В.Латов // Историко-экономические исследования. 2016. Т. 8. – № 3. – С. 24-48. 18. Латов, Ю.В.История экономических учений как отражение конкуренциинациональных экономических систем в «ядре» мир-экономики / Ю.В. Латов // Terra Economicus. 2016. Т. 5. – № 3. – С. 43-57. 19. Лачинов, Ю.Н. Новая экономическая классика – вхождение в историю экономических учений / Ю.Н. Лачинов // Новое слово в науке: перспективы развития. – 2016. – № 2 (8). – С. 232-233. 20. Логинова, В.С. Эволюция представлений Дж. М. Кейнса о влиянии денег на экономику: от количественной теории к теории предпочтения ликвидности / В.С. Логинова // Евразийское Научное Объединение. – 2016. Т. 2. – № 10 (22). – С. 112-113. 21. Мальцев, А.А.Методологический ландшафт истории экономических учений: новые историографические альтернативы и возможности/ А.А.Мальцев // Вестник Московского университета. Серия 6: Экономика. – 2016. – № 1. – С. 44-63. 22. Нуреев, Р.М. “Общая теория занятости, процента и денег” Дж. М. Кейнса: предпосылки возникновения, методология и особенности интерпретации / Р.М. Нуреев // Journal of Institutional Studies. – 2016. Т. 8. – № 1. – С. 6-35. 23. Оганесян, Л.О. Электронное учебное пособие «история экономических учений» / Л.О.Оганесян, Н.В Кучковская., И.А.Гущина //Хроники объединенного фонда электронных ресурсов Наука и образование. – 2014. – № 10 (65). – С. 70. 24. Остроумов, В.В. Проблемы совершенствования преподавания истории экономических учений на основе целостного отражения научных оснований закона СЭЯ/ В.В.Остроумов // Вестник Самарского государственного экономического университета. – 2013. – № 7 (105). – С. 73-78. 25. Остроумов, В.В. Теоретико-методологические и компетентностные основания истории экономических учений / В.В.Остроумов, И.Н.Шапкин, Я.С. Ядгаров // Финансы: теория и практика. – 2013. – № 4 (76). – С. 108-119. 26. Платонова, Е.В. Кейнс – экономист в котором нуждается мир / Е.В. Платонова // Электронный мультидисциплинарный научный журнал с порталом международных научно-практических конференций Интернетнаука. – 2016. – № 5. – С. 256-268. 27. Покидченко, М.Г. Экономическая политика России: историко-институциональные доминанты /М.Г.Покидченко // Вестник Института экономики Российской академии наук. – 2017. – № 3. – С. 7-17. 28. Поляков А.В. История развития экономических учений / А.В.Поляков // Проблемы развития современной экономики. – 2014. – № 5. – С. 3-13. 29. Радионова, Е.А. Направления обеспечения безопасного экономического развития современной России / Е.А. Радионова // Вестник Томского государственного университета. Экономика. – 2017. – № 37. – С. 17-25. 30. Романенко И.В. История экономических учений / И.В.Романенко // Экономика. Бизнес. Право. – 2014. – № 2. – С. 56-94. 31. Рудяков, В.А. Влияние фактора неопределенности на развитие экономического кризиса в России /В.А.Рудяков // Наука и техника. – 2016. Т. 15. – № 2. – С. 164-170. 32. Сафрончук, М.В. Поведенческая экономика в макроэкономическом анализе /М.В.Сафрончук // Вестник Академии. – 2017. – № 1. – С. 45-48. 33. Сироткин, В.Б./ Взаимообусловленность экономической и политической власти: принуждение к неолиберальному порядку / В.Б. Сироткин // Экономическое возрождение России. – 2016. – № 1 (47). – С. 82-100. 34. Смоленская, С.В. История экономических учений / С.В Смоленская., Е.С.Сорокина // Современные тенденции в экономике и управлении: новый взгляд. – 2015. – № 35. – С. 27-31. 35. Стрижакова, Е.Н.Экономическая теория развития промышленных систем: от прошлого к настоящему / Е.Н. Стрижакова // Журнал экономической теории. – 2016. – № 2. – С. 145-157. 36. Таалаев, Д. Макроэкономическая стабильность, развитие инвестиций и приоритетных направлений в Кыргызстане в условиях ЕАЭС / Д. Таалаев// Реформа. – 2016. Т. 2. – № 70. – С. 11-14. 37. Татаркин, А.И. История экономических учений: оценка прошлого и перспективы будущего/ А.И Татаркин., А.А.Мальцев // Журнал экономической теории. – 2015. – № 2. – С. 93-106. 38. Троицкая, И.А. Человек в системе рыночных отношений / И.А. Троицкая // Политехнический молодежный журнал. – 2017. – № 7 (12). – С. 6. 39. Худокормов, А.Г. Кафедра истории народного хозяйства и экономических учений / А.Г. Худокормов, М.Г.Покидченко // Вестник Московского университета. Серия 6: Экономика. – 2011. – № 4. – С. 90-97. 40. Царьков, И.И.Экономическая функция государства традиционных обществ (из истории политических и правовых учений) / И.И.Царьков // Вестник Волжского университета им. В.Н. Татищева. – 2012. – № 4 (77). – С. 88-104.

Начало теории государственного регулирования экономики было заложено выдающимся экономистом XX столетия Джоном Мейнардом Кейнсом. Предпосылкой возникновения кейнсианской теории явился мировой экономический кризис и Великая депрессия 1929-33 годов. Макроэкономический подход к проблеме антикризисного регулирования был сформирован в работе Кейнса «Общая теория занятости, процента и денег». Основной проблемой кейнсианской теории является определение факторов, влияющих на уровень и динамику национального дохода и его распределение. Основное внимание было уделено изучению составляющих совокупного спроса – это потребление и накопление, также анализировались факторы, определяющие изменение совокупного спроса в целом. В послевоенные годы получила свое развитие макроэкономическая теория, созданная на основе трудов Кейнса и называемая неокейнсианство. Предпосылками ее создания явилось нарастание общего кризиса капиталистической системы, экономическое соревнование двух основных мировых систем, распад колониальной системы и развития научно-технической революции. Неокейнсианская теория базируется на предпосылке о том, что капитализм утратил возможности стихийного механизма восстановления равновесия, а поэтому государственное регулирование капиталистической экономики необходимо. Однако неокейнсианство является более зрелой концепцией развития и предполагает не косвенное, как у Кейнса, регулирование экономики, а прямое и систематическое. Экономический кризис, произошедший в 1973-75 годах привел к формированию посткейнсианской теории. Современное экономическое развитие характеризуется сложностью и противоречивостью происходящих в нем процессов. Подтверждается тезис о том, что рынок без вмешательства государства не способен справиться с возникающими проблемами, такими как инфляция, безработица, монополизация, циклические кризисы и многое другое. Этим определяется актуальность темы курсовой работы «Посткейнсианские и неокейнсианские теории: сравнительный анализ». Основная цель курсовой работы – провести сравнительный анализ и выявить возможности использования неокейнсианских и посткейнсианских теорий. Задачи, поставленные в курсовой работе: – рассмотреть основные положения кейнсианской, неокейнсианской и посткейнсианской теорий; – провести сравнительный анализ кейнсианской, посткейнсианской и неокейнсианской теорий. Объектом исследования выступают посткейнскианские и неокейнскианские теории. Предметом изучения стал анализ идей посткейнсианства и неокейнсианства. Теоретическую и методологическую основу исследования составляют фундаментальные труды по теоретической экономике в области истории экономической мысли Дж.Кейнса, Логиновой В.С., Лачинова Ю.Н., Оганесяна Л.О. и других, а также монографическая и учебная литература, в которых рассматриваются различные этапы эволюции кейнсианских теорий экономической динамики. В процессе выполнения курсовой работы применялись методы экономико-статистического анализа: использованы логический, системный и исторический подходы. Курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованной литературы.

Читайте также:  Маржинализм, теория предельной полезности и неценовой стоимости

2. Двойственный характер заключающегося в товарах труда

Первоначально товар предстал перед нами как нечто двойственное: как потребительная стоимость и меновая стоимость. Впоследствии обнаружилось, что и труд, поскольку он выражен в стоимости, уже не имеет тех признаков, которые принадлежат ему как созидателю потребительных стоимостей. Эта двойственная природа содержащегося в товаре труда впервые критически доказана мною 12). Так как этот пункт является отправным пунктом, от которого зависит понимание политической, то его следует осветить здесь более обстоятельно.

Возьмем два товара, например один сюртук и 10 аршин холста. Пусть стоимость первого вдвое больше стоимости последних, так что если 10 аршин холста = w , то сюртук = 2 w .

Сюртук есть потребительная стоимость, удовлетворяющая определенную потребность. Для того чтобы создать его, был необходим определенный род производительной деятельности. Последний определяется своей целью, характером операций, предметом, средствами и результатом. Труд, полезность которого выражается таким образом в потребительной стоимости его продукта, или в том, что продукт его является потребительной стоимостью, мы просто назовем полезным трудом. С этой точки зрения труд всегда рассматривается в связи с его полезным эффектом.

Как сюртук и холст – качественно различные потребительные стоимости, точно так же качественно различны между собой и обусловливающие их бытие работы: портняжничество и ткачество. Если бы эти вещи не были качественно различными потребительными стоимостями и, следовательно, продуктами качественно различных видов полезного труда, то они вообще не могли бы противостоять друг другу как товары. Сюртук не обменивают на сюртук, данную потребительную стоимость на ту же самую потребительную стоимость.

В совокупности разнородных потребительных стоимостей, или товарных тел, проявляется совокупность полезных работ, столь же многообразных, разделяющихся на столько же различных родов, видов, семейств, подвидов и разновидностей, одним словом – проявляется общественное разделение труда. Оно составляет условие существования товарного производства, хотя товарное производство, наоборот, не является условием существования общественного разделения труда. В древне‑идийской общине труд общественно разделен, но продукты его не становятся товарами. Или возьмем более близкий пример: на каждой фабрике труд систематически разделен, по это разделение осуществляется не таким способом, что рабочие обмениваются продуктами своего индивидуального труда. Только продукты самостоятельных, друг от друга не зависимых частных работ противостоят один другому как товары.

Итак, в потребительной стоимости каждого товара содержится определенная целесообразная производительная деятельность, или полезный труд. Потребительные стоимости не могут противостоять друг другу как товары, если в них не содержатся качественно различные виды полезного труда. В обществе, продукты которого, как общее правило, принимают форму товаров, т. е. в обществе товаропроизводителей, это качественное различие видов полезного труда, которые здесь выполняются независимо друг от друга, как частное дело самостоятельных производителей, развивается в многочленную систему, в общественное разделение труда.

Для сюртука, впрочем, безразлично, кто его носит, сам ли портной или заказчик портного. В обоих случаях он функционирует как потребительная стоимость. Столь же мало меняет отношение между сюртуком и производящим его трудом тот факт, что портняжный труд становится особой профессией, самостоятельным звеном общественного разделения труда. Там, где это вынуждалось потребностью в одежде, человек портняжил целые тысячелетия, прежде чем из человека сделался портной. Но сюртук, холст и вообще всякий элемент вещественного богатства, который мы не находим в природе в готовом виде, всегда должен создаваться при посредстве специальной, целесообразной производительной деятельности, приспособляющей различные вещества природы к определенным человеческим потребностям. Следовательно, труд как созидатель потребительных стоимостей, как полезный труд, есть не зависимое от всяких общественных форм условие существования людей, вечная естественная необходимость: без него не был бы возможен обмен веществ между человеком и природой, т. е. не была бы возможна сама человеческая жизнь.

Потребительные стоимости: сюртук, холст и т. д., одним словом товарные тела, представляют собой соединение двух элементов – вещества природы и труда. За вычетом суммы всех различных полезных видов труда, заключающихся в сюртуке, холсте и т. д., всегда остается известный материальный субстрат, который существует от природы, без всякого содействия человека. Человек в процессе производства может действовать лишь так, как действует сама природа, т. е. может изменять лишь формы веществ 13) . Более того. В самом этом труде формирования он постоянно опирается на содействие сил природы. Следовательно, труд не единственный источник производимых им потребительных стоимостей, вещественного богатства. Труд есть отец богатства, как говорит Уильям Петти, земля – его мать.

Перейдем теперь от товара как предмета потребления к товарной стоимости.

Согласно нашему предположению, сюртук имеет вдвое большую стоимость, чем холст. Но это только количественная разница, которая нас пока не интересует. Мы напомним поэтому, что если стоимость одного сюртука равна двойной стоимости 10 аршин холста, то 20 аршин холста имеют ту же самую величину стоимости, что один сюртук. Как стоимости, сюртук и холст суть вещи, имеющие одну и ту же субстанцию, суть объективные выражения однородного труда. Но портняжничество и ткачество – качественно различные виды труда. Бывают, однако, такие общественные условия, при которых один и тот же человек попеременно шьет и ткет и где, следовательно, оба эти различные виды труда являются лишь модификациями труда одного и того же индивидуума, а не прочно обособившимися функциями различных индивидуумов, – совершенно так же, как сюртук, который портной шьет сегодня, и брюки, которые он делает завтра, представляют собой лишь вариации одного и того же индивидуального труда. Далее, ежедневный опыт показывает, что в капиталистическом обществе, в зависимости от изменяющегося направления спроса на труд, известная доля общественного труда предлагается попеременно, то в форме портняжества, то в форме ткачества. Это изменение формы труда не совершается, конечно, без известного трения, но оно должно совершаться. Если отвлечься от определенного характера производительной деятельности и, следовательно, от полезного характера труда, то в нем остается лишь одно, – что он есть расходование человеческой рабочей силы. Как портняжество, так и ткачество, несмотря на качественное различие этих видов производительной деятельности, представляют собой производительное расходование человеческого мозга, мускулов, нервов рук и т. д. и в этом смысле – один и тот же человеческий труд. Это лишь две различные формы расходования человеческой рабочей силы. Конечно, сама человеческая рабочая сила должна быть более или менее развита, чтобы затрачиваться в той или другой форме. Но в стоимости товара представлен просто человеческий труд, затрата человеческого труда вообще. Подобно тому как в буржуазном обществе генерал или банкир играют большую роль, а просто человек – очень жалкую,
точно так же обстоит здесь дело и с человеческим трудом. Он есть расходование простой рабочей силы, которой в среднем обладает телесный организм каждого обыкновенного человека, не отличающегося особым развитием. Простой средний труд, хотя и носит различный характер в различных странах и в различные культурные эпохи, тем не менее для каждого определенного общества есть нечто данное. Сравнительно сложный труд означает только возведенный в степень или, скорее, помноженный простой труд, так что меньшее количество сложного труда равняется большему количеству простого. Опыт показывает, что такое сведение сложного труда к простому совершается постоянно. Товар может быть продуктом самого сложного труда, но его
стоимость делает его равным продукту простого труда, и, следовательно, сама представляет лишь определенное количество простого труда . Различные пропорции, в которых различные виды труда сводятся к простому труду как к единице их измерения, устанавливаются общественным процессом за спиной производителей и потому кажутся последним установленным обычаем. Ради простоты в дальнейшем изложении мы будем рассматривать всякий вид рабочей силы непосредственно как простую рабочую силу, – это избавит нас от необходимости сведения в каждом частном случае сложного труда к простому.

Стало быть, как в стоимостях сюртука и холста исчезают различия их потребительных стоимостей, так и в труде, представленном в этих стоимостях, исчезают различия его полезных форм – портняжества и ткачества. Если потребительные стоимости сюртук и холст представляют собой лишь соединения целесообразной производительной деятельности с сукном и пряжей, то в качестве стоимостей сюртук и холст суть не более, как однородные сгустки труда; равным образом и в затратах труда, содержащихся в этих стоимостях, имеет значение непроизводительное их отношение к сукну и пряже, а лишь расходование человеческой рабочей силы. Элементами, созидающими потребительные стоимости сюртук и холст, портняжество и ткачество являются именно в силу своих качественно различных особенностей; субстанцией стоимости сюртука и холста они оказываются лишь постольку, поскольку происходит отвлечение от их особых качеств, поскольку они обладают одним и тем же качеством, качеством человеческого труда.

Но сюртук и холст – не только стоимости вообще, но и стоимости определенной величины: но нашему предположению, сюртук имеет вдвое большую стоимость, чем 10 аршин холста. Откуда эта разница в величине их стоимости? Причина состоит в том, что холст содержит в себе лишь половину того труда, который заключается в сюртуке, так что для производства последнего надо затрачивать рабочую силу в течение вдвое более продолжительного времени, чем для производства первого.

Поэтому, если по отношению к потребительной стоимости товара имеет значение лишь качество содержащегося в нем труда, то по отношению к величине стоимости имеет значение лишь количество труда, уже сведенного к человеческому труду без всякого дальнейшего качества. В первом случае дело идет о том, как совершается труд и что он производит, во втором случае – о том, сколько труда затрачивается и сколько времени он продолжается. Так как величина стоимости товара выражает лишь количество заключающегося в нем труда, то взятые в известной пропорции товары всегда должны быть равновеликими стоимостями.

Если производительная сила всех полезных видов труда, необходимых для производства одного сюртука, остается неизменной, то величина стоимости сюртуков растет пропорционально их количеству. Если один сюртук представляет х рабочих дней, то 2 сюртука представляют 2 х рабочих дней и т. д. Но допустим, что труд, необходимый для производства одного сюртука, возрастает вдвое или падает наполовину. В первом случае один сюртук стоит столько, сколько раньше стоили два сюртука, во втором случае два сюртука стоят столько, сколько раньше стоил один, хотя в обоих случаях услуги, оказываемые сюртуком, остаются неизменными, равно как остается неизменным и качество содержащегося в нем полезного труда. Но количество труда, затраченного на его производство, изменилось.

Большое количество потребительной стоимости составляет само по себе большее вещественное богатство: два сюртука больше, чем один. Двумя сюртуками можно одеть двух человек, одним – только одного и т. д. Тем не менее возрастающей массе вещественного богатства может соответствовать одновременное понижение величины его стоимости. Это противоположное движение возникает из двойственного характера труда. Производительная сила, конечно, всегда есть производительная сила полезного, конкретного труда и фактически определяет собой только степень эффективности целесообразной производительной деятельности в течение данного промежутка времени. Следовательно, полезный труд оказывается то более богатым, то более скудным источником продуктов прямо пропорционально повышению или падению его производительной силы. Напротив, изменение производительной силы само по себе нисколько не затрагивает труда, представленного в стоимости товара. Так как производительная сила принадлежит конкретной полезной форме труда, то она, конечно, не может затрагивать труда, поскольку происходит отвлечение от его конкретной полезной формы. Следовательно, один и тот же труд в равные промежутки времени создает равные по величине стоимости, как бы ни изменялась его производительная сила. Но он доставляет при этих условиях в равные промежутки времени различные количества потребительных стоимостей: больше, когда производительная сила растет, меньше, когда она падает. То самое изменение производительной силы, которое увеличивает плодотворность труда, а потому и массу доставляемых им потребительных стоимостей, уменьшает, следовательно, величину стоимости этой возросшей массы, раз оно сокращает количество рабочего времени, необходимого для ее производства. И наоборот.

Всякий труд есть, с одной стороны, расходование человеческой рабочей силы в физиологическом смысле, – и в этом своем качестве одинакового, или абстрактно человеческого, труд образует стоимость товаров. Всякий труд есть, с другой стороны, расходование человеческой рабочей силы в особой целесообразной форме, и в этом своем качестве конкретного полезного труда он создает потребительные стоимости .

Стало быть, как в стоимостях сюртука и холста исчезают различия их потребительных стоимостей, так и в труде, представленном в этих стоимостях, исчезают различия его полезных форм – портняжества и ткачества. Если потребительные стоимости сюртук и холст представляют собой лишь соединения целесообразной производительной деятельности с сукном и пряжей, то в качестве стоимостей сюртук и холст суть не более, как однородные сгустки труда; равным образом и в затратах труда, содержащихся в этих стоимостях, имеет значение непроизводительное их отношение к сукну и пряже, а лишь расходование человеческой рабочей силы. Элементами, созидающими потребительные стоимости сюртук и холст, портняжество и ткачество являются именно в силу своих качественно различных особенностей; субстанцией стоимости сюртука и холста они оказываются лишь постольку, поскольку происходит отвлечение от их особых качеств, поскольку они обладают одним и тем же качеством, качеством человеческого труда.

Определение и анализ двойной специфики труда по Карлу Марксу


2. ДВОЙСТВЕННЫЙ ХАРАКТЕР ЗАКЛЮЧАЮЩЕГОСЯ В ТОВАРАХ ТРУДА

Первоначально товар предстал перед нами как нечто двойственное: как потребительная стоимость и меновая стоимость. Впоследствии обнаружилось, что и труд, поскольку он выражен в стоимости, уже не имеет тех признаков, которые принадлежат ему как созидателю потребительных стоимостей. Эта двойственная природа содержащегося в товаре труда впервые критически доказана мною 12) Так как этот пункт является отправным пунктом, от которого зависит понимание политической, то его следует осветить здесь более обстоятельно.

Возьмем два товара, например один сюртук и 10 аршин холста. Пусть стоимость первого вдвое больше стоимости последних, так что если 10 аршин холста = w, то сюртук = 2 w.

Сюртук есть потребительная стоимость, удовлетворяющая определенную потребность. Для того чтобы создать его, был необходим определенный род производительной деятельности. Последний определяется своей целью, характером операций, предметом, средствами и результатом. Труд, полезность которого выражается таким образом в потребительной стоимости его продукта, или в том, что продукт его является потребительной стоимостью, мы просто назовем полезным трудом. С этой точки зрения труд всегда рассматривается в связи с его полезным эффектом.

Как сюртук и холст – качественно различные потребительные стоимости, точно так же качественно различны между собой и обусловливающие их бытие работы: портняжничество и ткачество. Если бы эти вещи не были качественно различными потребительными стоимостями и, следовательно, продуктами качественно различных видов полезного труда, то они вообще не могли бы противостоять друг другу как товары. Сюртук не обменивают на сюртук, данную потребительную стоимость на ту же самую потребительную стоимость.

В совокупности разнородных потребительных стоимостей, или товарных тел, проявляется совокупность полезных работ, столь же многообразных, разделяющихся на столько же различных родов, видов, семейств, подвидов и разновидностей, одним словом – проявляется общественное разделение труда. Оно составляет условие существования товарного производства, хотя товарное производство, наоборот, не является условием существования общественного разделения труда. В древнеин-

12) Карл Маркс. “К критике политической экономии”. Берлин, 1859, стр. 12, 13 и др. [см. настоящее издание, том 13, стр. 21, 22 и др.].

дийской общине труд общественно разделен, но продукты его не становятся товарами. Или возьмем более близкий пример: на каждой фабрике труд систематически разделен, по это разделение осуществляется не таким способом, что рабочие обмениваются продуктами своего индивидуального труда. Только продукты самостоятельных, друг от друга не зависимых частных работ противостоят один другому как товары.

Итак, в потребительной стоимости каждого товара содержится определенная целесообразная производительная деятельность, или полезный труд. Потребительные стоимости не могут противостоять друг другу как товары, если в них не содержатся качественно различные виды полезного труда. В обществе, продукты которого, как общее правило, принимают форму товаров, т. е. в обществе товаропроизводителей, это качественное различие видов полезного труда, которые здесь выполняются независимо друг от друга, как частное дело самостоятельных производителей, развивается в многочленную систему, в общественное разделение труда.

Для сюртука, впрочем, безразлично, кто его носит, сам ли портной или заказчик портного. В обоих случаях он функционирует как потребительная стоимость. Столь же мало меняет отношение между сюртуком и производящим его трудом тот факт, что портняжный труд становится особой профессией, самостоятельным звеном общественного разделения труда. Там, где это вынуждалось потребностью в одежде, человек портняжил целые тысячелетия, прежде чем из человека сделался портной. Но сюртук, холст и вообще всякий элемент вещественного богатства, который мы не находим в природе в готовом виде, всегда должен создаваться при посредстве специальной, целесообразной производительной деятельности, приспособляющей различные вещества природы к определенным человеческим потребностям. Следовательно, труд как созидатель потребительных стоимостей, как полезный труд, есть не зависимое от всяких общественных форм условие существования людей, вечная естественная необходимость: без него не был бы возможен обмен веществ между человеком и природой, т. е. не была бы возможна сама человеческая жизнь.

Потребительные стоимости: сюртук, холст и т. д., одним словом товарные тела, представляют собой соединение двух элементов – вещества природы и труда. За вычетом суммы всех различных полезных видов труда, заключающихся в сюртуке, холсте и т. д., всегда остается известный материальный субстрат, который существует от природы, без всякого содействия человека. Человек в процессе производства может действовать лишь

так, как действует сама природа, т. е. может изменять лишь формы веществ 13) . Более того. В самом этом труде формирования он постоянно опирается на содействие сил природы. Следовательно, труд не единственный источник производимых им потребительных стоимостей, вещественного богатства. Труд есть отец богатства, как говорит Уильям Петти, земля – его мать 26 .

Перейдем теперь от товара как предмета потребления к товарной стоимости.

Согласно нашему предположению, сюртук имеет вдвое большую стоимость, чем холст. Но это только количественная разница, которая нас пока не интересует. Мы напомним поэтому, что если стоимость одного сюртука равна двойной стоимости 10 аршин холста, то 20 аршин холста имеют ту же самую величину стоимости, что один сюртук. Как стоимости, сюртук и холст суть вещи, имеющие одну и ту же субстанцию, суть объективные выражения однородного труда. Но портняжничество и ткачество – качественно различные виды труда. Бывают, однако, такие общественные условия, при которых один и тот же человек попеременно шьет и ткет и где, следовательно, оба эти различные виды труда являются лишь модификациями труда одного и того же индивидуума, а не прочно обособившимися функциями различных индивидуумов, – совершенно так же, как сюртук, который портной шьет сегодня, и брюки, которые он делает завтра, представляют собой лишь вариации одного и того же индивидуального труда. Далее, ежедневный опыт показывает, что в капиталистическом обществе, в зависимости от изменяющегося направления спроса на труд, известная доля общественного труда предлагается попеременно, то в форме портняжества, то в форме ткачества. Это изменение формы труда не совершается, конечно, без известного трения, но оно должно совершаться. Если отвлечься от определенного характера производительной деятельности и, следовательно, от полезного характера труда, то в нем остается лишь одно, – что он есть расходование человеческой рабочей силы. Как портняжество,

13) “Все явления вселенной, созданы ли они рукой человека или же всеобщими законами природы, не дают нам идеи о действительном сотворении материи, а дают лишь идею о ее видоизменении. Соединение и разделение – вот единственные элементы, которые обнаруживает человеческий разум, анализируя идею производства. Производство стоимости” (потребительной стоимости, хотя, полемизируя здесь с физиократами, Верри сам не знает толком, о какого рода стоимости он говорит) “и богатства в одинаковой степени имеет место как в том случае, когда земля, воздух и вода превращаются на полях в пшеницу, так и в том случае, когда под рукой человека клейкие выделения насекомых превращаются в шелковую ткань или когда отдельные кусочки металла соединяются вместе и образуют часовой механизм” (Рietrо Vеrri. “Меdditazoni sulla Есоnоmia Роlitiса” (впервые напечатано в 1771 г.) и издании Кустоди сочинений итальянских экономистов, Рагtе Моdеrnа, t. XV, р. 21, 22).

так и ткачество, несмотря на качественное различие этих видов производительной деятельности, представляют собой производительное расходование человеческого мозга, мускулов, нервов рук и т. д. и в этом смысле – один и тот же человеческий труд. Это лишь две различные формы расходования человеческой рабочей силы. Конечно, сама человеческая рабочая сила должна быть более или менее развита, чтобы затрачиваться в той или другой форме. Но в стоимости товара представлен просто человеческий труд, затрата человеческого труда вообще. Подобно тому как в буржуазном обществе генерал или банкир играют большую роль, а просто человек – очень жалкую 14) , точно так же обстоит здесь дело и с человеческим трудом. Он есть расходование простой рабочей силы, которой в среднем обладает телесный организм каждого обыкновенного человека, не отличающегося особым развитием. Простой средний труд, хотя и носит различный характер в различных странах и в различные культурные эпохи, тем не менее для каждого определенного общества есть нечто данное. Сравнительно сложный труд означает только возведенный в степень или, скорее, помноженный простой труд, так что меньшее количество сложного труда равняется большему количеству простого. Опыт показывает, что такое сведение сложного труда к простому совершается постоянно. Товар может быть продуктом самого сложного труда, но его стоимость делает его равным продукту простого труда, и, следовательно, сама представляет лишь определенное количество простого труда 15) . Различные пропорции, в которых различные виды труда сводятся к простому труду как к единице их измерения, устанавливаются общественным процессом за спиной производителей и потому кажутся последним установленным обычаем. Ради простоты в дальнейшем изложении мы будем рассматривать всякий вид рабочей силы непосредственно как простую рабочую силу, – это избавит нас от необходимости сведения в каждом частном случае сложного труда к простому.

Стало быть, как в стоимостях сюртука и холста исчезают различия их потребительных стоимостей, так и в труде, представленном в этих стоимостях, исчезают различия его полезных форм – портняжества и ткачества. Если потребительные стоимости сюртук и холст представляют собой лишь соединения целесообразной производительной деятельности с сукном

14) Ср. Неgе1. “Рhilosophie des Rechts”. Вегlin, 1840, S. 250, § 190.

15) Читатель должен иметь в виду, что здесь речь идет не о заработной плате, или стоимости, которую рабочий получает, например, за один рабочий день а о стоимости товаров, в которой овеществляется его рабочий день. Категория заработной платы вообще еще не существует для нас на данной ступени нашего изложения.

и пряжей, то в качестве стоимостей сюртук и холст суть не более, как однородные сгустки труда; равным образом и в затратах труда, содержащихся в этих стоимостях, имеет значение непроизводительное их отношение к сукну и пряже, а лишь расходование человеческой рабочей силы. Элементами, созидающими потребительные стоимости сюртук и холст, портняжество и ткачество являются именно в силу своих качественно различных особенностей; субстанцией стоимости сюртука и холста они оказываются лишь постольку, поскольку происходит отвлечение от их особых качеств, поскольку они обладают одним и тем же качеством, качеством человеческого труда.

Но сюртук и холст – не только стоимости вообще, но и стоимости определенной величины: но нашему предположению, сюртук имеет вдвое большую стоимость, чем 10 аршин холста. Откуда эта разница в величине их стоимости? Причина состоит в том, что холст содержит в себе лишь половину того труда, который заключается в сюртуке, так что для производства последнего надо затрачивать рабочую силу в течение вдвое более продолжительного времени, чем для производства первого.

Поэтому, если по отношению к потребительной стоимости товара имеет значение лишь качество содержащегося в нем труда, то по отношению к величине стоимости имеет значение лишь количество труда, уже сведенного к человеческому труду без всякого дальнейшего качества. В первом случае дело идет о том, как совершается труд и что он производит, во втором случае – о том, сколько труда затрачивается и сколько времени он продолжается. Так как величина стоимости товара выражает лишь количество заключающегося в нем труда, то взятые в известной пропорции товары всегда должны быть равновеликими стоимостями.

Если производительная сила всех полезных видов труда, необходимых для производства одного сюртука, остается неизменной, то величина стоимости сюртуков растет пропорционально их количеству. Если один сюртук представляет х рабочих дней, то 2 сюртука представляют 2 х рабочих дней и т. д. Но допустим, что труд, необходимый для производства одного сюртука, возрастает вдвое или падает наполовину. В первом случае один сюртук стоит столько, сколько раньше стоили два сюртука, во втором случае два сюртука стоят столько, сколько раньше стоил один, хотя в обоих случаях услуги, оказываемые сюртуком, остаются неизменными, равно как остается неизменным и качество содержащегося в нем полезного труда. Но количество труда, затраченного на его производство, изменилось.

Большое количество потребительной стоимости составляет само по себе большее вещественное богатство: два сюртука больше, чем один. Двумя сюртуками можно одеть двух человек, одним – только одного и т. д. Тем не менее возрастающей массе вещественного богатства может соответствовать одновременное понижение величины его стоимости. Это противоположное движение возникает из двойственного характера труда. Производительная сила, конечно, всегда есть производительная сила полезного, конкретного труда и фактически определяет собой только степень эффективности целесообразной производительной деятельности в течение данного промежутка времени. Следовательно, полезный труд оказывается то более богатым, то более скудным источником продуктов прямо пропорционально повышению или падению его производительной силы. Напротив, изменение производительной силы само по себе нисколько не затрагивает труда, представленного в стоимости товара. Так как производительная сила принадлежит конкретной полезной форме труда, то она, конечно, не может затрагивать труда, поскольку происходит отвлечение от его конкретной полезной формы. Следовательно, один и тот же труд в равные промежутки времени создает равные по величине стоимости, как бы ни изменялась его производительная сила. Но он доставляет при этих условиях в равные промежутки времени различные количества потребительных стоимостей: больше, когда производительная сила растет, меньше, когда она падает. То самое изменение производительной силы, которое увеличивает плодотворность труда, а потому и массу доставляемых им потребительных стоимостей, уменьшает, следовательно, величину стоимости этой возросшей массы, раз оно сокращает количество рабочего времени, необходимого для ее производства. И наоборот.

Всякий труд есть, с одной стороны, расходование человеческой рабочей силы в физиологическом смысле, – и в этом своем качестве одинакового, или абстрактно человеческого, труд образует стоимость товаров. Всякий труд есть, с другой стороны, расходование человеческой рабочей силы в особой целесообразной форме, и в этом своем качестве конкретного полезного труда он создает потребительные стоимости 16)

16) Примечание к 2 изданию.Чтобы доказать, “что один лишь труд является окончательной и реальной мерой, посредством которой мы можем оценивать и сравнивать между собой стоимости всех товаров во все времена”, А. Смит пишет – “Одинаковые количества труда должны иметь во все времена и во всех местах одинаковую стоимость для рабочего. При нормальном состоянии здоровья, cилы, деятельности и при средней степени умения, которым он обладает, он должен всегда отдавать одну и ту же долю своего покоя, свободы и своего счастья” (“Wealth of Nations” v. I, сh. V). С од-

ной стороны, А. Смит смешивает здесь (но не везде) определение стоимости количеством труда, затраченного на производство товара, с определением товарных стоимостей стоимостью самого труда и поэтому старается доказать, что равные количества труда всегда имеют одну и ту же стоимость. С другой стороны, он чувствует, что труд, поскольку он выражается в стоимости товаров, означает лишь затрату рабочей силы, но эту затрату он изображает опять-таки лишь как пожертвование покоем, свободой и счастьем, не видя в этой затрате также и нормальной жизнедеятельности. Правда, перед его глазами был современный наемный рабочий. – Гораздо удачнее рассуждает в данном вопросе цитированный в примечании 9 анонимный предшественник А. Смита: “Некто потратил неделю на приготовление данного предмета потребления. и тот, кто предлагает ему в обмен какой-либо другой предмет, лучше всего оценит, что является надлежащим эквивалентом первому предмету, если высчитает, какое количество его предмета стоило ему того же труда [lаbоuг] и времени. Дело сводится здесь к тому, что труд, затрачивавшийся одним человеком на производство данной вещи в течение известного времени, обменивается на труд другого человека, затрачивавшийся в течение того же времени на производство другой вещи” (“Sоmе Тhoughts оn the Interest of Мопеу in gеnеral еtс. ”, р. 39).

Читайте также:  Движение за возврат к золотому стандарту в США

Первоначально товар предстал перед нами как нечто двойственное: как потребительная стоимость и меновая стоимость. Впоследствии обнаружилось, что и труд, поскольку он выражен в стоимости, уже не имеет тех признаков, которые принадлежат ему как созидателю потребительных стоимостей. Эта двойственная природа содержащегося в товаре труда впервые критически доказана мною 12) Так как этот пункт является отправным пунктом, от которого зависит понимание политической, то его следует осветить здесь более обстоятельно.

Похожие темы научных работ по экономике и бизнесу , автор научной работы — Матвеев Юрий Васильевич, Палиенко Мария Андреевна

The main theoretical aspects of the categories “labour productivity”, “relations of production”, “cost” presented in Karl Marx”s works are considered and values of these categories are opened.

1. Afanasyev V. S. Great opening of Karl Marx: A methodological role of the doctrine about dual nature of work. – M.: Thought, 1980. – page 15

Понятие «труд» и «капитал» в экономическом учении Маркса

– обоснование исторического значения роли пролетариата в создании общественного богатства, источником которого является материальное производство и прогресс в развитии производительных сил.

Создатель этого учения Карл Маркс (1818-83), немецкий ученый, экономист, историк, социолог, философ, еще при жизни приобрел мировую славу и известность. Большой вклад в создание экономического учение Маркса внес Фридрих Энгельс (1820-95).

Экономическое учение Маркса знаменовало открытие нового объяснения природы общества и явилось теоретической программой пролетариата по защите своих прав. Согласно экономического учение Маркса развитие производства обуславливает изменение формы производственных отношений. Устаревшие производственные отношения тормозят развитие производительных сил. С изменением экономической основы в результате развития производит, сил старые производственные отношения должны быть заменены новыми. В этом революционная суть учения. Единство производительных сил и производственных отношений создает исторически определенный способ добывания материальных благ, необходимых для личного и производственного потребления.

В истории было, согласно экономическому учению Маркса, пять способов производства, сменявших друг друга: первобытнообщинный, рабовладельческий, феодальный, капиталистический и коммунистический.

Начало формирования экономического учение Маркса относится к 40-м гг. XIX в. В «Рейнской газете» (1842), «Немецко-французском ежегоднике» (1844), «Манифесте Коммунистической партии» (1848), «Экономико-философских рукописях» (1844), «Немецкой идеологии» (1846) и «Святом семействе» (1845) Маркс и Энгельс создали основы теории трудовой стоимости, рассмотрели вопросы собственности, разделения труда, первоначального накопления капитала, проблемы монополий и конкуренции, перерастания экономической борьбы в политическую. В 50-60 гг. XIX в. создание экономического учение Маркса вступило в новый период. В книге «К критике политической экономии» (1859) и в первоначальном варианте «Капитала» – «Черновая рукопись» (1857-58) дано развернутое изложение проблем товара и денег, раскрыто содержание понятий постоянный и переменный капитал, открыта тайна создания прибавочной стоимости. Каждый из 4-х томов «Капитала» имеет название. В 1-м томе «Капитала» – «Процесс производства капитала», вышедшем в свет 14 сент. 1867, исследуется процесс производства, взятый сам по себе. Исследование экономических отношений начинается с категории товар – элементарной клеточки капиталистического производства, в которой заложены все противоречия системы.

Основу экономического учение Маркса составляет учение о прибавочной стоимости и стоимости рабочей силы. Прибавочная стоимость выступает как определяющая цель, как движущий мотив и конечный результат производства. Теория прибавочной стоимости во всех цивилизованных странах произвела впечатление удара грома среди ясного неба.

Экономическое учение Маркса доказывает, что продукт труда не принадлежит рабочему, и поэтому никакой доли в продукте рабочий не получает. Заработная плата является частью авансированного капитала предпринимателя, которая обладает способностью увеличивать капитал и называется, поэтому переменным капиталом. Средства производства, включая машины и сырье, новой стоимости не создают, а лишь переносят свою стоимость на товар, это – постоянный капитал. Всякий капитал, согласно экономическому учению Маркса, является капитализированной прибавочной стоимостью и создается самими рабочими.

Важной частью экономического учения Маркса является всеобщий закон капиталистического накопления, согласно которому в обществе, основанном на частной собственности, неизбежен рост богатства на одном полюсе и рост нищеты на другом. Показано влияние возрастания и концентрации капитала на положение и судьбу рабочего класса.

Итогом исследования в 1-м томе «Капитала» является определение исторической тенденции капиталистического накопления. Монополия капитала и централизация средств производства становятся оковами для существующего способа производства, тогда капиталистическая оболочка взрывается. Бьет час капиталистической собственности, экспроприаторов экспроприируют. 2-й том называется «Процесс обращения капитала». В нем изложено экономическое учение Маркса о движении капитала, его обороте и кругообороте на микроуровне, а затем и на макроуровне. В схеме простого и расширенного воспроизводства дан анализ условий и пропорций обмена общественным продуктом между двумя подразделениями: производством средств производства и производством предметов потребления.

Теория делового цикла, созданная в экономическом учение Маркса, легла в основу дальнейших исследований этого вопроса в XX в. В 3-м томе «Капитала» рассмотрена проблема распределения прибавочной стоимости, которая в сфере распределения выступает в виде прибыли, процента и ренты. Маркс выступил против отождествления прибыли со средней прибылью.

В экономическом учении Маркса доказано, что единственным источником прибыли является неоплаченный прибавочный труд рабочих, а отнюдь не весь авансированный капитал. Том посвящен анализу процесса производства, взятого в целом. Первый отдел этого тома называемой «Превращение прибавочной стоимости в прибыль и нормы прибавочной стоимости в норму прибыли». Второй отдел – «Превращение прибыли в среднюю прибыль». В нем показано, как происходит отклонение стоимости от цены производства.

Маркса обвиняли в существовании противоречия между 1-м и 3-м томами «Капитала», поскольку в 1-м томе утверждалось, что товары продаются по стоимости, а в 3-м томе – что товары не могут продаваться по стоимости. Согласно экономическому учению Маркса, часть товарной цены выступает как средняя прибыль. Цены регулируются ценой производства, т.е. издержками производства плюс средняя прибыль. Все владельцы капиталов выступают при этом как члены единого товарищества, в котором каждый участник получает прибыль в соответствии с внесенным капиталом. Владельцы капиталов выступают как пайщики, владеющие отдельными долями совокупного капитала. Конкуренция между капиталистами приводит к тому, что норма прибыли в разных отраслях производства выравнивается путем перелива капитала из одной отрасли в другую. В 3-м томе анализируется тенденция нормы прибыли к понижению. Прибыль понижается в результате роста органического строения капитала. Увеличение числа машин и нового оборудования приводит к тому, что масса прибыли растет, а норма прибыли падает. Это повышает интенсификацию труда рабочих. В этом томе также исследуется торговый капитал и его особенности, дается анализ распадения прибыли на процент и предпринимательский доход. Рассматривается сущность ссуды, процента, кредита и его форм.

Важнейшим в экономическом учении Маркса является теория земельной ренты. К. Маркс подверг критике Д. Рикардо и Т. Мальтуса, утверждавших, что дифференциальная рента предполагала переход к худшим земельным участкам, показал относительный характер закона убывающего плодородия почв. Кроме дифференциальной ренты было введено понятие абсолютной земельной ренты. Научным достижением экономического учения Маркса было обоснование того, что эксплуатация возникает не случайно из индивидуальных ситуаций, а является результатом самой логики капиталистической системы.

Введенный экономическим учением Маркса термин «эксплуатация» был признан мировой наукой и включен в число научных аргументов против неравенства в положении участников производства и распределении доходов в обществе.

Предложенное экономического учения Маркса положение о главенствующей роли отношения людей к средствам производства сохраняет свое значение в современной экономической науке (политической экономии), но, справедливости ради, его не следует считать всеобъемлющей и исчерпывающей концепцией. Большое влияние оказало экономическое учение Маркса на развитие экономической мысли в России. Его изучали все крупные представители русской общественной мысли. Н.В. Шелгунов (1824-91), русский демократ и публицист, в статье «Рабочий пролетариат в Англии и во Франции» дал высокую оценку книге Энгельса «Положение рабочего класса в Англии» (1844-45), назвав ее лучшим сочинением об экономическом быте английского рабочего в европейской экономической литературе. Не меньшее распространение в России получила работа К. Маркса «К критике политической экономии» (1859), анализ которой был сделан в 60-х годах XIX в. идеологом революционного народничества П.Н. Ткачевым (1844-85/86).

Широко был известен в России «Манифест Коммунистической партии», 1-й перевод которого на русский язык был выполнен М.А. Бакуниным (1814-76), 2-й перевод и издание «Манифеста» на русском языке с предисловием К. Маркса и Ф. Энгельса был предпринят Г.В. Плехановым (1856-1918). Отклики на «Манифест» появились и в русской легальной печати. После выхода в свет 1-го тома «Капитала» и его издания на русском языке в марте 1872 имя Маркса становится широко известным и популярным в России.

Первым переводчиком «Капитала» был русский революционер Г.А.Лопатин (1845-1918). Он перевел 1-5 главы 1-го тома «Капитала». Его заслуга в том, что он ввел в русскую экономическую литературу ряд новых терминов, например, «прибавочная стоимость», присущих марксистскому учению. Лопатин не довел до конца работу над переводом «Капитала», то как в ноябре 1870 покинул Великобританию, чтобы организовать побег из тюрьмы Н.Г. Чернышевского. Завершил перевод «Капитала» на русский язык Н.Ф. Даниельсон (1844-1918). Даниельсон работал в Обществе взаимного кредита в Петербурге. Он закончил перевод 1-го, перевел 2-й и 3-й тома «Капитала». В марте 1872 русский перевод 1-го тома «Капитала» вышел в свет. Если на Западе выход «Капитала» пресса старалась замолчать, то в России целый ряд журналов и газет поместили по этому поводу рецензии и статьи («С.-Петербургские ведомости», «Новое время», «Современные известия» и др.). Перевод 2-го тома «Капитала» вышел в России в 1885, т.е. в том же году, что и оригинал. Издание 3-го тома «Капитала», переведенного на русский язык в 1896, сначала было запрещено царской цензурой, но год спустя, в 1897 он вышел в свет. Важную роль в распространении идей марксизма в русской литературе сыграли работы Н.И. Зибера (1844-88), особенно его перевод сочинений Д. Рикардо на русский язык (1873). В начале 70-х годов XIX в. он выступил с рядом статей, посвященных Э.у. М. В 1885 вышел главный труд Зибера «Давид Рикардо и Карл Маркс в их общественно-экономических исследованиях». Работы Зибера способствовали популяризации экономического учения Маркса в России и Болгарии. Большое значение для распространения марксизма в России имела деятельность Русской секции 1-го Интернационала. Программа и Устав Русской секции содержали призывы к борьбе против самодержавия и эксплуататорских классов. Деятельность Русской секции 1-го Интернационала способствовала распространению марксистской политической экономии в России XIX в.

Предложенное экономического учения Маркса положение о главенствующей роли отношения людей к средствам производства сохраняет свое значение в современной экономической науке (политической экономии), но, справедливости ради, его не следует считать всеобъемлющей и исчерпывающей концепцией. Большое влияние оказало экономическое учение Маркса на развитие экономической мысли в России. Его изучали все крупные представители русской общественной мысли. Н.В. Шелгунов (1824-91), русский демократ и публицист, в статье «Рабочий пролетариат в Англии и во Франции» дал высокую оценку книге Энгельса «Положение рабочего класса в Англии» (1844-45), назвав ее лучшим сочинением об экономическом быте английского рабочего в европейской экономической литературе. Не меньшее распространение в России получила работа К. Маркса «К критике политической экономии» (1859), анализ которой был сделан в 60-х годах XIX в. идеологом революционного народничества П.Н. Ткачевым (1844-85/86).

К. Маркс О труде. Часть 3

Третья часть публикуемого нами фрагмента рукописи Маркса “Теории прибавочной стоимости” или четвертого тома “Капитала” несет важную и актуальную информацию. Здесь Маркс анализирует труд мелкого буржуа, труд инженера, учителя, чернорабочего, приказчика, врача, писателя, ученого и даже работников транспорта. Все эти профессии, кроме “профессии” мелкого буржуа, Маркс называет производительными, ведь труд работников обменивается на капитал.

Здесь же Маркс разделяет капиталистическое производство на материальное и нематериальное, но несмотря на это, работники, задействованные в материальной и нематериальной сферах, остаются производительными работниками. Т.о. труд каждого наемного работника противостоит капиталу и каждый наемный работник, включенный в капиталистическое производство, в большей или меньшей степени этим капиталом эксплуатируется.

Различия в профессиях, преобладание умственного или физического труда, материальное или нематериальное производство не играют для Маркса существенной роли. Красной линией он подчеркивает лишь одно – производят ли работники (по одиночке или совместно) прибавочную стоимость для капиталиста или нет.

Хочется обратить внимание, что относительно нематериального производства Маркс бросает такую фразу, что “все эти проявления капиталистического производства в данной области так незначительны в сравнении со всем производством в целом, что могут быть оставлены совершенно без внимания”. Вот на эти области капиталистического производства, разросшиеся сегодня, необходимо обратить внимание коммунистам, проанализировать их работу с помощью диалектико-материалистического метода и сделать научные выводы. Такие попытки уже проводятся.

К дальнейшему исследованию поднятого нами вопроса наталкивают заключительные слова Маркса в первой книги четвертого тома “Капитала”:

“Здесь мы имеем дело пока только с производительным капиталом, т. е. с капиталом, занятым в непосредственном процессе производства. В дальнейшем мы перейдем к капиталу в процессе обращения, и только потом, при рассмотрении той особой формы, которую капитал принимает в качестве торгового капитала, можно будет ответить на вопрос, в какой мере занятые им рабочие являются производительными или непроизводительными”.
К.Маркс, Капитал, Том 4, книга 1

Ответ на вопрос необходимо искать во втором томе “Капитала”, который освещает процесс обращения. Вот, так невольно “гоняет” Маркс своих последователей по собственным работам. Думаю, если читателям будет интересно увидеть продолжение, то наши изыскания тоже будут продолжены.

е) ТРУД РЕМЕСЛЕННИКОВ И КРЕСТЬЯН В КАПИТАЛИСТИЧЕСКОМ ОБЩЕСТВЕ

Как же обстоит дело с теми самостоятельными ремесленниками или крестьянами, которые не имеют наемных рабочих и производят, стало быть, не как капиталисты? Они, — что является типичным для крестьянина <но не относится, скажем, к садовнику, которого я нанимаю лично для себя>, — могут быть товаропроизводителями, и я покупаю тогда у них товар, причем дело нисколько не меняется, например, от того, что ремесленник изготовляет свой товар по заказу, а крестьянин поставляет свой товар в меру имеющихся у него средств. В данном случае они вступают в определенное отношение ко мне в качестве продавцов товаров, а не в качестве продавцов труда, и, стало быть, это отношение не имеет ровно ничего общего с обменом капитала на труд, а следовательно сюда неприменимо различение между производительным трудом и непроизводительным, — различение, которое основано на том, обменивается ли труд на деньги как на таковые или же он обменивается на деньги как на капитал. Поэтому крестьяне и ремесленники не принадлежат ни к категории производительных рабочих, ни к категории непроизводительных работников, хотя и являются товаропроизводителями. Но это такие товаропроизводители, производство которых не подчинено капиталистическому способу производства.

Возможно, что эти производители, работающие с помощью собственных средств производства, не только воспроизводят свою рабочую силу, но и создают прибавочную стоимость, причем их положение позволяет им присваивать себе свой собственный прибавочный труд или же часть его (так как остальная часть отнимается у них в форме налогов и т. д.). Здесь перед нами выступает одна особенность, характерная для такого общества, в котором определенный способ производства является преобладающим, хотя еще не все производственные отношения данного общества подчинены этому способу производства. Так, в феодальном обществе приобрели феодальный облик даже и такие отношения, которые весьма далеки от существа феодализма (лучше всего можно изучать это на примере Англии, потому что феодальная система была перенесена туда из Нормандии в готовом виде и ее формы наложили свою печать на существовавший там общественный уклад, отличавшийся от нее во многих отношениях). Например, феодальный облик приобрели чисто-денежные отношения, где дело идет вовсе не о взаимных личных услугах сюзерена и вассала. Иллюстрацией может служить также фикция, состоящая в том, что мелкий крестьянин владеет своим участком земли на правах лена.

Точно так же обстоит дело при капиталистическом способе производства. Независимый крестьянин или ремесленник подвергается раздваиванию («В мелких предприятиях. предприниматель часто является своим собственным рабочим» (Шторх [«Cours d’economie politique»], том I, стр. 242. Петербургское издание)). В качестве владельца средств производства он является капиталистом, в качестве работника — своим собственным наемным рабочим. Он, таким образом, как капиталист, уплачивает самому себе заработную плату и извлекает прибыль из своего капитала, т. е. эксплуатирует себя самого как наемного рабочего и, в виде прибавочной стоимости, платит себе самому ту дань, которую труд вынужден отдавать капиталу. Равным образом может случиться, что он, в качестве землевладельца, уплачивает себе еще и некоторую третью часть (ренту), подобно тому, — мы в дальнейшем увидим это , — как промышленный капиталист, применяющий в своем предприятии свой собственный капитал, уплачивает себе самому процент и притом считает, что это причитается ему не как промышленному капиталисту, а как капиталисту просто.

Тот определенный общественный характер, который средства производства, выражая определенное производственное отношение, приобретают при капиталистическом производстве, в такой мере сросся с материальным бытием этих средств производства как таковых, а в представлении буржуазного общества в такой степени неотделим от этого материального бытия, что указанный общественный характер (выражаемый как определенная категория) приписывается даже таким отношениям, которые прямо противоречат ему. Средства производства становятся капиталом лишь постольку, поскольку они, обособившись, выступают против труда как самостоятельная сила. В рассматриваемом же случае производитель — работник — является владельцем своих средств производства, их собственником. Стало быть, они — не капитал, и работник ни в какой мере не противостоит им как наемный рабочий. Тем не менее они рассматриваются как капитал, а сам работник раздваивается, — выходит, что он в качестве капиталиста нанимает самого себя как рабочего.

Такой способ представления, каким бы иррациональным он ни казался на первый взгляд, выражает все же на деле нечто правильное в следующем смысле. В рассматриваемом случае производитель создает, правда, свою собственную прибавочную стоимость <предполагается, что производитель продает свой товар по его стоимости>, иными словами: во всем его продукте овеществлен только его собственный труд. Но тот факт, что он может присваивать самому себе весь продукт своего собственного труда, что третьим лицом, хозяином, не присваивается избыток стоимости его продукта над средней ценой его труда в течение, скажем, одного дня, — этот факт должен быть отнесен не за счет его труда (в данном отношении он ничем не отличается от других рабочих), а только за счет того обстоятельства, что он владеет средствами производства. Значит, только благодаря тому, что он является собственником средств производства, ему достается его собственный прибавочный труд, и в этом смысле он относится как свой собственный капиталист к самому себе как к наемному рабочему. Разъединение выступает в нынешнем обществе как нормальное отношение. Поэтому там, где это разъединение не имеет места в действительности, оно предполагается, и, как только что было показано, это в известном смысле правильно; ибо (в отличие, например, от общественных отношений Древнего Рима, Норвегии, а также Америки — на северо-западе Соединенных Штатов) соединение фигурирует здесь как нечто случайное, а разъединение — как нечто нормальное, и потому разъединение кладется в основу как определенное отношение даже и там, где в одном лице соединяются различные функции. Здесь совершенно разительно обнаруживается тот факт, что капиталист как таковой есть лишь функция капитала, а рабочий — функция рабочей силы. К тому же законом является то, что в процессе экономического развития эти функции разделяются между различными лицами и что ремесленник — или крестьянин, — производящий при помощи своих собственных средств производства, либо мало-помалу превращается в мелкого капиталиста, уже эксплуатирующего чужой труд, либо лишается своих средств производства <чаще всего бывает последнее, хотя бы он даже и оставался номинальным собственником средств производства, как, например, крестьянин при ипотечной задолженности>и превращается в наемного рабочего. Такова тенденция развития в той общественной формации, в которой преобладает капиталистический способ производства.

ж) ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОГО ТРУДА КАК ТРУДА, ОВЕЩЕСТВЛЯЮЩЕГОСЯ В МАТЕРИАЛЬНОМ БОГАТСТВЕ

При изучении существенных отношений капиталистического производства можно, таким образом, допустить <так как капиталистическое производство к этому все более и более приближается; так как это — основное направление процесса и так как только при этом условии развитие производительных сил труда достигает наиболее высокой точки>, что весь мир товаров, все сферы материального производства — производства материального богатства — подчинены (формально или реально) капиталистическому способу производства. При этом предположении, которое выражает предел указанного процесса и которое, следовательно, все больше приближается к тому, чтобы стать точным изображением действительности, все рабочие, занятые в производстве товаров, являются наемными рабочими, а средства производства противостоят им во всех сферах материального производства как капитал. Согласно этому, можно признать характерным для производительных рабочих, т. е. для рабочих, производящих капитал, то обстоятельство, что их труд овеществляется в товарах, в материальном богатстве. И таким образом производительный труд, — кроме своей, имеющей решающее значение, характерной черты, которая относится совершенно безразлично к содержанию труда и которая от этого содержания не зависит, — кроме этой черты, производительный труд приобретает отличающуюся от нее вторую, дополнительную характеристику.

з) ПРОЯВЛЕНИЯ КАПИТАЛИЗМА В ОБЛАСТИ НЕМАТЕРИАЛЬНОГО ПРОИЗВОДСТВА

В нематериальном производстве, — даже если оно ведется исключительно для обмена и, следовательно, производит товары, — возможны два случая:

1) Оно имеет своим результатом такие товары, такие потребительные стоимости, которые обладают самостоятельной формой, обособленной как по отношению к производителю, так и по отношению к потребителю, — которые, следовательно, способны сохранять свое существование в промежутке времени между производством и потреблением и, стало быть, могут обращаться в течение этого времени как пригодные для продажи товары; таковы, например, книги, картины и вообще все произведения искусства, существующие отдельно от художественной деятельности создающего их художника. Здесь капиталистическое производство применимо только в очень ограниченном масштабе, — например, в том случае, когда какой-нибудь литератор эксплуатирует для какого-нибудь коллективного произведения, скажем для энциклопедии, многих других авторов в качестве подручных работников. В большинстве случаев здесь дело ограничивается переходной к капиталистическому производству формой, заключающейся в том, что люди, занятые различными видами научного и художественного производства, ремесленники или же мастера своего дела, работают на совокупный торговый капитал книготорговцев, — отношение, не имеющее ничего общего с капиталистическим способом производства в собственном смысле слова и еще не подчиненное ему даже формально. То обстоятельство, что именно в этих переходных формах эксплуатация труда достигает наивысшей степени, нисколько не меняет существа дела.

2) Производимый продукт неотделим от того акта, в котором он производится, как это имеет место у всех художников-исполнителей, ораторов, актеров, учителей, врачей, попов и т. д. Капиталистический способ производства также и здесь находит себе применение только в небольшом объеме и по самой природе вещей может здесь применяться только в некоторых сферах. Например, учителя могут быть в учебных заведениях простыми наемными работниками для предпринимателя, владельца учебного заведения; подобного рода фабрики для обучения весьма многочисленны в Англии. Хотя по отношению к своим ученикам эти учителя вовсе не являются производительными рабочими, но они являются таковыми по отношению к нанявшему их предпринимателю. Последний обменивает свой капитал на их рабочую силу и обогащается путем этого процесса. Таким же путем обогащаются также и антрепренеры театров, увеселительных заведений и т. д. По отношению к публике актер выступает здесь как художник, но для своего предпринимателя он — производительный рабочий. Все эти проявления капиталистического производства в данной области так незначительны в сравнении со всем производством в целом, что могут быть оставлены совершенно без внимания.

и) ПРОБЛЕМА ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОГО ТРУДА ПОД УГЛОМ ЗРЕНИЯ ПРОЦЕССА МАТЕРИАЛЬНОГО ПРОИЗВОДСТВА В ЦЕЛОМ

С развитием специфически капиталистического способа производства, при котором значительное число рабочих сообща производит один и тот же товар, неизбежно становится весьма различным, конечно, то отношение, которое непосредственно существует между трудом тех или иных рабочих и предметом производства. Например, упомянутые выше чернорабочие на фабрике совсем не имеют прямого отношения к обработке сырья. Рабочие, состоящие надсмотрщиками над теми рабочими, которые непосредственно имеют дело с этой обработкой, стоят еще несколько дальше. Отношение инженера опять-таки другое, и работает он преимущественно только головой — и т. д. Но совокупность всех этих работников, обладающих рабочими силами различной стоимости (хотя вся масса применяемого труда находится примерно на одном и том же уровне), производит такой результат, который, — если рассматривать результат процесса труда, взятого просто как процесс труда, — получает свое выражение в товаре, в каком-нибудь материальном продукте. Все эти работники вместе, в качестве одного производственного коллектива, представляют собой живую машину для производства этих продуктов, — подобно тому как они, если рассматривать весь процесс производства в целом, обменивают свой труд на капитал и воспроизводят деньги капиталиста как капитал, т. е. в качестве самовозрастающей, увеличивающейся стоимости. Характерную черту капиталистического способа производства составляет как раз то, что он отрывает друг от друга различные виды труда, а стало быть разъединяет также умственный и физический труд — или те виды труда, в которых преобладает та или другая сторона, — и распределяет их между различными людьми. Это, однако, не мешает материальному продукту быть продуктом совместного труда всех этих людей, или — что то же — не мешает продукту их совместного труда овеществляться в материальном богатстве; с другой стороны, это разъединение нисколько не мешает также и тому, что отношение каждого из этих людей в отдельности к капиталу неизменно остается отношением наемного работника, отношением производительного рабочего в этом специфическом смысле. Все эти люди не только непосредственно участвуют в производстве материального богатства, но и обменивают свой труд непосредственно на деньги как на капитал и поэтому не только воспроизводят свою заработную плату, но непосредственно создают еще прибавочную стоимость для капиталиста. Их труд состоит из оплаченного труда плюс неоплаченный, прибавочный труд.

к) ТРАНСПОРТНАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ КАК ОДНА ИЗ СФЕР МАТЕРИАЛЬНОГО ПРОИЗВОДСТВА. ПРОИЗВОДИТЕЛЬНЫЙ ТРУД В ТРАНСПОРТНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ

Кроме добывающей промышленности, земледелия и обрабатывающей промышленности существует еще четвертая сфера материального производства, которая в своем развитии тоже проходит различные ступени производства: ремесленную, мануфактурную и машинную. Это — транспортная промышленность, все равно, перевозит ли она людей или товары. Отношение производительного труда, т. е. наемного рабочего, к капиталисту здесь совершенно такое же, как и в других сферах материального производства. Далее, здесь предмет труда подвергается известному материальному изменению — в смысле пространственной перемены, перемены места. Когда речь идет о перевозке людей, эта перемена места является только услугой, выполняемой для них предпринимателем. Но отношение между покупателями этой услуги и ее продавцами имеет так же мало общего с отношением производительных рабочих к капиталу, как и отношение между продавцами пряжи и ее покупателями. Если же рассматривать этот процесс по отношению к товарам, то здесь в процессе труда предмет труда, товар, действительно претерпевает известное изменение. Изменяется его пространственное бытие и тем самым подвергается изменению его потребительная стоимость, так как изменяется пространственное бытие этой последней. Меновая стоимость товара возрастает при этом в размере того количества труда, которое требуется для того, чтобы произвести данное изменение потребительной стоимости товара, — в размере той суммы труда, которая определяется, с одной стороны, потреблением постоянного капитала, т. е. суммой овеществленного труда, входящего в товар, а с другой стороны, суммой живого труда, — как это имеет место в процессе увеличения стоимости всех других товаров. Как только товар дошел до места назначения, перемена, которую претерпевала его потребительная стоимость, исчезла, и выражается эта перемена еще только в повысившейся меновой стоимости товара, в его вздорожании. И хотя реальный труд не оставил при этом никакого следа в потребительной стоимости, тем не менее этот труд реализовался в меновой стоимости данного материального продукта. Для транспортной промышленности, стало быть, имеет силу то же, что и для всех других сфер материального производства: труд также и в этой сфере воплощается в товаре, хотя он и не оставляет на потребительной стоимости товара никакого заметного следа.

Здесь мы имеем дело пока только с производительным капиталом, т. е. с капиталом, занятым в непосредственном процессе производства. В дальнейшем мы перейдем к капиталу в процессе обращения, и только потом, при рассмотрении той особой формы, которую капитал принимает в качестве торгового капитала, можно будет ответить на вопрос, в какой мере занятые им рабочие являются производительными или непроизводительными.

К. Маркс, ПСС, Изд.2, Том 26, Часть 1, стр.398-423

Ответ на вопрос необходимо искать во втором томе “Капитала”, который освещает процесс обращения. Вот, так невольно “гоняет” Маркс своих последователей по собственным работам. Думаю, если читателям будет интересно увидеть продолжение, то наши изыскания тоже будут продолжены.

Понятие природы

Маркс определил, что природное сообщество отличается от общества людей качествами, но эти единицы связаны друг с другом обменом веществ.
Обществом называются совместные отношения людей и природы. Взаимодействие по необходимости на основе экономических отношений называется социумом.

Маркс, изучая общество, опирался на 4 составные части. Это экономическая, политическая и духовная сферы.

Ссылка на основную публикацию