Открытие Гренландии, экспедиции и первые поселения

Открытие Гренландии

Атлантический океан, который в наши дни является большой дорогой судоходства, в давние времена представлял собой непреодолимую водную пустыню между Востоком и Западом. В трех местах, однако, географические условия благоприятствовали пересечению океана. По обе стороны экватора пассаты и вызываемые ими течения направлены от Старого Света к берегам Южной Америки и Вест-Индии. Благоприятные для судоходства водные пространства, лежащие южнее экватора, никогда не использовались сколько-нибудь существенно: народы Африки находились на слишком низкой ступени развития для того, чтобы освоить их. Использование для судоходства вод, лежащих севернее, связано с именем Колумба. Воды, расположенные по линии, проходящей через Фарерские острова, Исландию и Гренландию, были использованы для судоходства раньше всех других, Скандинавские страны взрастили поколение моряков, которое первым из народов Европы преодолело опасности открытого океана. Правда, это не привело к таким практическим результатам, как открытие Колумба, и именно потому, что европейская культура в те ранние времена еще недостаточно созрела, чтобы справиться с серьезной опасностью судоходства в северных морях.

Таким образом, географическое положение Гренландии является причиной того, что эта страна попала в поле зрения Европы более чем за пять столетий до того, как Колумб высадился в Америке. Открытие Гренландии является естественным звеном морских походов во времена викингов. Первый период этих походов относится ко времени около 800 г. За короткий отрезок времени это повело к созданию скандинавских владений от Ирландии и Нормандии вплоть до сердца России; викинги проникли до Белого моря и Константинополя. После объединения Норвегии осуществилось открытие Исландии. Вслед за этим почти одновременно появились первые, еще неточные сведения о Гренландии. Согласно старому исландскому письменному источнику «Ланднамабок», уже тогда (около 875 г.) Гренландию видел издали «Гунбьёрн, сын Ульфа Краке, когда он был заброшен бурей к северо-западу от Исландии и открыл острова Гунбьёрна». По-видимому, речь шла о группе мелких островов поблизости от современного торгового пункта Ангмагсалик.

Открытие Гренландии Эриком Торвальдсеном (Рыжым)

Вслед за относительно спокойным десятым столетием искра предприимчивости внезапно разгорелась вновь. На севере был найден путь к Гренландии и Винландии. Крестьянин Эрик Торвальдсен, по прозванию Рыжий, который в детстве вместе с отцом переселился со своей родины Норвегии в Исландию, где был в 982 г. осужден за убийство к изгнанию на три года, решил разыскать страну, которую Гунбьёрн увидел издали. От мыса Снефелснес он взял курс на запад и увидел восточное побережье Гренландии «у среднего глетчера в том месте, где он носит название Блосерк»; природные условия, по-видимому, воспрепятствовали высадке в этом месте, где побережье в течение большей части года совершенно блокировано плавучими льдами. Тогда он изменил курс к югу, для того чтобы выяснить, пригодна ли там земля для обитания, и, обогнув мыс Фарвель, высадился, по-видимому, в районе теперешнего поселения Юлианехоб, около южной оконечности острова. Это был первый белый человек, вступивший на землю Нового Света! Он дал стране название Гренландия, так как считал, что это привлечет людей, если страна будет иметь привлекательное название», — так сообщалось через полтораста лет в наиболее старом источнике об открытии Гренландии — в книге Аре Фроде «Ислендингабок». Эрик намеревался приобщить новое звено к цепи широко раскинутых поселений скандинавов и использовал свои три года изгнания для подробных исследований, распространившихся на более северную территорию, вплоть до теперешнего района Готхоб.

Первые поселения в Гренландии

В следующее лето после возвращения в Исландию он вновь направился в плавание, имея в кильватере не менее 25 судов, из которых, однако, только 14 достигли обетованной земли. Поселенцы обосновались в двух районах — Естербюгден (восточное поселение) и Вестербюгден (западное поселение); первое из них находилось в районе теперешнего Юлианехоба и южной части округа Фредериксхоб, второе — в теперешнем округе Готхоб.

Поселенцы вели суровую жизнь в этой стране, где не созревает даже неприхотливый ячмень. Борьба скандинавов за существование привела к тому, что они постепенно ознакомились с окрестностями поселений, причем эти познания впоследствии были забыты и восстановлены лишь в XVIII столетии.

Изучение скандинавами Гренландии в большей своей части является результатом летних поездок с целью сбора плавника (драгоценного в этой безлесной стране) и охоты за тюленями, моржами и китами. Места промысла простирались на север вплоть до залива Диско. Некоторые промышленники достигали еще более северных мест. На крайнем севере, в районе теперешней колонии Упернавик, близ каменных пирамид на острове Кингигторсуак, найден небольшой камень с руническими письменами. Судя по языковому строю, подпись относится приблизительно к 1300 г.

Возможно, что норманны проникли еще дальше. Один из исландских источников сообщает о путешествии для исследования страны к северу от промысловых мест летом 1265 г. или 1266 г. Как далеко проникли исследователи, невозможно установить, так как отсутствует возможность определить указанные в книге расстояния; однако не исключена возможность, что исследователи достигли залива Мелвилла. Но мало этого. В самой северной части района Туле, у залива Маршалла, между проливом Смита и ледником Гумбольдта, при раскопках древних эскимосских развалин найдены различные предметы скандинавского происхождения, в том числе остатки кольчуги. Вполне возможно, что эти предметы были завезены в результате меновой торговли с эскимосами; однако если сопоставить находки и смутные предания полярных эскимосов о многих воинственных белых людях, которые прибыли в больших гребных судах без мачт, то вряд ли можно полностью отрицать возможность того, что скандинавы действительно посетили эти крайние северные места.

Исследования восточного побережья Гренландии

В противоположность западному, восточное побережье Гренландии из-за наличия дрейфующих льдов осталось в основном неисследованным скандинавами. Имеются указания на то, что они знали местность в окрестностях залива Скорсби, которая, несмотря на северное положение, все же является одной из наиболее доступных частей побережья. Во всяком случае, вероятно, здесь надо искать скандинавское поселение Свальбард, независимо от того, что в более поздние времена это наименование было перенесено на остров Шпицберген. В основном, по-видимому, восточное побережье посещалось лишь людьми, потерпевшими кораблекрушение.

Затем, к концу средневековья, мрак неизвестности распространяется над Гренландией и находящимися там скандинавами. Разыгравшаяся здесь трагедия отражается в кратких дошедших до нас сообщениях о том периоде, которые становятся с течением времени все более скудными. Может показаться непонятным, что со стороны Скандинавии было сделано так мало для того, чтобы поддерживать сообщение. Необходимо все же отметить, что Гренландия никогда не была совсем забыта. Непосредственно вслед за прекращением древних морских походов следует период, во время которого были предприняты безрезультатные попытки исследования Гренландии.

Стимулом для таких исследований являлись дружественные отношения, существовавшие в XV столетии между дворами Дании и Португалии, родины великих географических открытий. Португальский принц Дом Энрике, или, как его называли датчане, Генрих Мореплаватель, согласно дошедшему до нас вымышленному средневековому описанию путешествия, пришел к мысли, что можно найти морской путь, ведущий непосредственно из Норвегии в Китай и Индию. Его двоюродная сестра была замужем за датским королем Эриком Померанским, а Скандинавия в то время считалась носительницей старых традиций морских походов в Гренландию и Винландию. По этой причине принц установил сотрудничество с Данией. Датские дворяне были приглашены вначале к участию в опасных путешествиях вдоль африканского побережья, после чего в самой Дании взялись за подготовку к плаванию на север. Летом 1473 г. Кристьен I снарядил экспедицию, которую можно назвать первой датской полярной экспедицией. В качестве руководителей были назначены два адмирала — Дитрих Пининг и Ханс Потхорст. Навигатором экспедиции, или «штурманом», по-видимому, был скандинав по имени Ион Скольп (Иоханнес Окольвус), в походе принимал участие также португалец Жоао Вас Кортереаль. О самом путешествии известно чрезвычайно мало. Исходным пунктом, по-видимому, являлась Норвегия, экспедиция некоторое время находилась в Исландии, оттуда путь продолжался по направлению к восточному побережью Гренландии, где на горе Видсерк был высечен «компас», то есть знак, который, по всей вероятности, по португальскому образцу должен был обозначать, что страна занята. В своей книге «Карта марина», написанной в 1539 г., и позднее в своих описаниях северных стран шведский архиепископ Олаус Магнус дал рисунок «компаса», который, само собой разумеется, сделан по воображению. По всей вероятности, экспедиция испытала сильные штормы и, возможно, даже потерпела кораблекрушение; известно также, что экспедиция имела схватку с эскимосскими «морскими разбойниками».

Но все же экспедиция была осуществлена, и наибольшим ее достижением было то, что она проникла к западу и к югу от Гренландии и, несомненно, открыла Ньюфаундленд.

Какого-либо практического значения экспедиция не имела. Однако желание вновь овладеть Гренландией не заглохло, хотя все предпринятые в следующем столетии датские экспедиции закончились неудачно. Намеченная архиепископом Эриком Валькендорфом экспедиция была отменена из-за того, что архиепископ поссорился с королем Кристьеном II, а когда король впоследствии сам взял это предприятие в свои руки, то вспыхнуло шведское восстание 1520 г. По окончании беспокойного периода феодальных междоусобиц и реформации, препятствовавших снаряжению экспедиций, возникли другие осложнения. Снаряженные королем Фредериком II экспедиции — одна в 1579 г. под руководством англичанина Олдея и другая в 1581 г. под руководством уроженца Фарерских островов Могенса Хэйнесена — оказались безуспешными, так как они натолкнулись на непроходимую стену дрейфующих льдов у восточного побережья и вынуждены были вернуться без результатов.

Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Главное меню

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА

Вторичное открытие Гренландии и ее колонизация. Современное население
Этнография – Народы Америки

Во второй половине XVI в., в эпоху первоначального накопления, возобновляются плавания европейцев в арктические моря к восточным берегам Гренландии для охоты на тюленей, моржей и китов. В этих экспедициях принимали участия, кроме датчан и норвежцев, англичане и голландцы, так как морской зверобойный промысел, особенно китобойный, приносил большие доходы. В этот период многие мореплаватели подходили к берегам Гренландии, исследовали их, а купцы вступали в торговые взаимоотношения с гренландскими эскимосами. Так, в поисках пути в Китай, Фробишер в 1576—1578 гг. вторично открыл Гренландию и высаживался на ее пустынных берегах; он думал, что это легендарная страна «Фрислянд». Девис в 1585—1588 гг. нанес на карту значительную часть западных берегов Гренландии, а Г. Гудзон в 1607 г.— южную часть вое* точных берегов. В. Баффин доходил до пролива Смита и тоже видел там эскимосов. Многие склонны были считать открытия Баффина досужим вымыслом, но исследования К. Расмуссена и раскопки Э. Голтвида показали, что во времена Баффина даже на Земле Инглфилд, расположенной примерно на 100 миль дальше места, посещенного Баффином, жили люди; судя по остаткам материальной культуры, это были эскимосы, испытавшие влияние норманнов. Например, у этих эскимосов были пилы из китового уса, железные изделия и т. д.

С начала XVIII в. уже сотни китобоев посещают Гренландию и входят в контакт с эскимосами. С этого то времени и идет, все усиливаясь, европейское влияние на эскимосов Гренландии. В XVIII в. началась повторная колонизация Гренландии европейцами, преимущественно датчанами. Новое постоянное поселение возникло в районе Готхоба в 1721 г. Основатели его — миссионеры Ганс Эгеде и Давид Кранц. Они не нашли в Гренландии, как ожидали, европейцев, а застали там лишь эскимосов — морских охотников и рыболовов.

Эгеде провел в Гренландии пятнадцать лет. Он отметил наличие большого числа норвежских слов в языке гренландских эскимосов и нашел, что физический облик населения южной Гренландии, в районе мыса Фарвель, носил явные черты норвежского происхождения. Основными занятиями населения Гренландии во времена Эгеде были морской зверобойный промысел и рыболовство. Имеются сведения о том, что новую европейскую колонию посещали эскимосы и с восточного побережья Гренландии. Эскимосов обращали в христианство, и уже к концу XVIII в. все эскимосы юго западной Гренландии были крещены. В XVIII в. было положено основание большей части населенных пунктов современной юго-западнойГренландии, и колонизация Гренландии европейцами была в основном закончена.

Колонизация Восточной Гренландии

Восточное побережье Гренландии находится в более суровых климатических условиях, подступы к нему несравненно труднее; поэтому заселение и исследование этой части острова произошло значительно позже. Первые упоминания о восточных эскимосах относятся к 1385 г. и принадлежат Бьери Иорсалафари, случайно посетившему восточное побережье Гренландии; он упоминает о жителях 18 селений. В 1476 г. норвежские мореплаватели Пининг и Потхорст в районе современного Анг- магсалика встретили людей на каяках. В 1829—1830 гг. в юго-восточной Гренландии жило не менее 600 человек, но затем это население частично передвинулось на западный берег и уже в 1832 г. там осталось лишь 480 человек. В 1884 г. Холм нашел там только 135 эскимосов. Первое постоянное европейское поселение на восточном берегу Гренландии, Анг- магсалик, было основано датчанами в 1894 г. Около 1900 г. эскимосы юго- восточной Гренландии частью передвинулись на северо-восток, в район Ангмагсалика, частью перебрались на западный берег. В 1925 г. в заливе Скорсби, расположенном в 700 милях севернее Ангмагсалика, была организована новая датская колония; туда были переселены эскимосы из Ангмагсалика и 90 человек с западного побережья. Перепись 1936 г. зафиксировала в Скорсби 170 эскимосов и 6 европейцев.

Колонизация северо-западной Гренландии

На крайнем северо-западе Гренландии, под 78 северной широты, расположено самое северное постоянне поселение эскимосов — поселок Эта, а на два градуса южнее его (под 76 е ) в 1910 г. К. Расмуссеном оыло основано селение Туле. В 1951 г. в этом районе жило 302 человека. Теперь там помещается американская авиабаза, а население насильственно переселено в 1952—1953 гг. на побережье залива Инглфилда.

Разобщенность между отдельными группами эскимосов северо-западной Гренландии в сравнительно недалеком прошлом была настолько велика, что в 1818 г. на мысе Йорк была открыта англичанином Дж. Россом изолированно живущая группа эскимосов, которые считали себя единственными представителями человеческого рода.

Датское господство

Пользуясь тем, что повторная колонизация Гренландии была произведена преимущественно датчанами и норвежцами, датские короли подчинили Гренландию своей власти. В 1774 г. Дания объявила торговлю с Гренландией своей монополией, а с 1814 г. назвала Гренландию своей колонией. Это положение оставалось в силе до самых последних лет. Гренландия по сей день является колонне]! Дании, а монополия на торговлю, к большой выгоде датских купцов, просуществовала до 1952 г.

Со времени установления господства Дании Гренландия стала объектом особого внимания датских ученых и в продолжение многих лет была своеобразной арктической лабораторией, где исследователи самых разнообразных отраслей науки находили обширное поле для своей научной деятельности. Наиболее продуктивными в области научно-исследовательской деятельности в Гренландии были 1876—1912 гг.; в этот период состоялось 57 датских экспедиций в Гренландию, из которых 47 работали на западном побережье, наиболее доступном. В результате этой упорной работы вышло 145 больших томов в научной серии «Медделельсер ом Грен- панд». Эти исследования имели целью помочь более полному освоению ресурсов Гренландии.

Современное населен не Гренландии

В 1950 г. численность жителей Гренландии составляла 23 642 человека. В это число входило около 1 тыс. европейцев (преимущественно датчан), главным образом торговцев, миссионеров, предстазш гелей колониальной администрации. Эскимосы, составляющие большинство населения страны, в значительной мере смешались с норманнами и другими европейцами. Браки между европейскими мужчинами и эскимосскими женщинами широко практиковались и практикуются до последнего времени, поэтому в Гренландии не легко встретить «чистокровного» •эскимоса. Особенно сильна была европеизация эскимосского физического -типа на юго-западе страны. Исходя из этого, В. Стефансон в свое врем;; предложил называть гренландских эскимосов просто гренландцами. Теперь это название довольно широко распространено. Однако на восточном побережье п на северо-западе Гренландии эскимосы в большей степени сохранили свой физический тип и национальные особенности быта.

Все современное население Гренландии может быть разделено на три группы: западную, представляющую большинство населения (21 661 человек в 1950 г., в том числе 907 европейцев), она занимает западное побережье от мыса Фарвель на юге до Упернивика на севере; восточную, живущую в районе двух селений восточного побережья Ангмагсалика и Скорсби (1607 человек в 1950 г., из них 118 европейцев); северную, занимающую крайний северо-запад Гренландии (374 человека в 1950 г., в том числе 36 европейцев).

С этой группировкой населения совпадает и административное деление Гренландии на три провинции: Западную Гренландию — с центром в Готхобе (главный город Гренландии); Восточную Гренландию — с центром в Ангмагсалике и Северную Гренландию — с центром в Годхавне.

Открытие Гренландии

10 мая 1417 Дания,

Гренландия – наибольший по площади остров в мире, расположенный на северо-восток от Северной Америки и омываемый водами Атлантики и Северного Ледовитого океана. В переводе «Гренландия» обозначает «Зеленый остров». Существует две версии происхождения названия острова. По одной версии остров был назван первооткрывателями-викингами из-за большого количества ранее произраставшей на свободной от ледников земле зеленой травы, по другой – такое название было дано острову намеренно, для того что бы привлечь большое количество желающих переселиться на новые земли.

Вблизи Гренландии расположено большое количество более мелких островов и скал. Наибольшим по величине является остров Диско (географические координаты: 69°47′46″ с. ш. 53°05′54″ з. д.), расположенный в море Баффина у западного побережья Гренландии. У восточного побережья расположены еще ряд островов размерами поменьше, это, прежде всего, острова Шеннон, Клаверинг, Енс-Мунк, Трейлл, Сторе-Коллевей, Ховгор и другие.

Гренландия и прилегающие острова и скалы входят в состав Королевства Дания и является его автономной единицей.

В результате археологических раскопок удалось установить, что до открытия Гренландии викингами, начиная примерно с 2400 года до нашей эры, на ее территории проживали народы, относящиеся к палео-эскимосским культурам. Постепенно эти культуры пришли в упадок, а люди ушли из острова, что объясняют резким ухудшением климата на заселенных территориях.

В 982 году Эрик Рауди (Рыжий), вождь одного из племен викингов, которые до этого заселили остров Исландия, за убийство соседа был наказан трехлетним сроком изгнания и вместе с семьей, слугами и скотом отплыл в западном направлении в поисках неведомой земли, которая упоминалась в сагах. Неведомая земля довольно быстро была открыта, но сойти на берег мешал плавучий лед, который заставил викингов обогнуть южную оконечность острова и высадиться в Юлианехобе (Какорток). Дальнейшие исследования викингов острова показали, что он необитаем.

В 986 году Рауди вернулся после изгнания в Исландию и собрал достаточно много желающих переселиться на вновь открытые земли, согласно сагам, их число превышало 350 человек. По прибытию на остров было основано две крупные колонии Западная и Восточная, в которых численность жителей в период расцвета достигала пяти тысяч человек.

Приблизительно в 1000 году Лэйф Эриксон с Гренландии, имея под командой 35 человек, достиг побережья полуострова Лабладор и острова Ньюфаундленд, тем самым открыв Америку задолго до Колумба.

В 1261 году Гренландия, которая до этого была фактически независимой, приняла власть Норвежской короны. А после унии Норвегии и Дании, остров фактически вошел в состав Датского Королевства.

худшение климата и эпидемия чумы значительно опустошили Гренландию, которая после всех перепетий и катаклизмов опять оказалась почти безлюдной и начала заселяться инуитами (эскимосами), которые пришли с севера Канады.

В 1500 году Гренландия была повторно открыта португальской экспедицией братьев Кортириалов.

На протяжении средних веков Гренландия постоянно являлась предметом территориальных споров между Норвегией и Данией.

В 1940 году после оккупации Дании Германией, Гренландия отказалась признать датское марионеточное правительство и начала сближаться с США и Великобританией, дав им возможность строить на своей территории военные базы и аэродромы. В период Второй мировой войны у мыса Фарвель потерпели аварию или были потоплены 4 немецкие и 1 британская субмарина.

В 1968 году в районе одной из американских баз ВВС потерпел аварию стратегический бомбардировщик с водородной бомбой на борту, авария едва не вызвала экологическую катастрофу в регионе.

Статус Гренландии, как колонии Дании, был отменен в 1953 году, в это время Гренландия была признана неотъемлемой частью Датского королевства. А в 2009 году, после проведенного на острове референдума, парламент Дании расширил автономные полномочия Гренландии, что, по мнению многих, стало первым шагом на пути к независимости острова.

Остров Гренландия достаточно велик по площади, поэтому его географические координаты принято показывать в общем, а именно: 72°00´с.ш.,40°00´з.д.

Мыс Морис-Джесуп является самой северной точкой Гренландии (83°37′39″ с. ш. 32°39′52″ з. д.), который до 1921 года считался самым северным участком суши, до того момента, как был открыты поочередно острова Каффеклуббен и ATOW1996, перехватившие пальму первенства. Мыс Фарвель (59°46′23″ с. ш. 43°55′21″ з. д.), представляющий собой надводную скалу, принято считать самой южной точкой Гренландии, даже не взирая на то, что он расположен на острове Эггерс. Самой западной точкой острова считается мыс Нороструннинген, а самой восточной – мыс Александра (78°11′ с. ш. 73°03′ з. д.), расположенный на западе полуострова Хейс.

Общая площадь суши острова составляет более 2,1 миллиона квадратных километров. Побережье по всей длине береговой линии очень сильно изрезано фьордами, всевозможными бухтами и заливами. На юго-западе остров омывается водами Лабрадорского моря, на западе – Девисова пролива и моря Баффина (в районе острова Баффинова Земля), залива Диско (в районе острова Диско), а так же залива Мелвилл, на северо-западе (в районе острова Элсмир) – ряда проливов Смит, Кейн-Бесин, Робсон, на севере – моря Линкольна и залива Вендель, на северо-востоке – Гренландского моря, на востоке – Датского пролива (отделяет Гренландию и Исландию). Побережье острова принято разделять на участки по аналогии с Антарктидой, которые именуются «землями». Так, на восточном побережье острова простираются земли Короля Фредерика VI, Короля Христиана IX, Короля Христиана X и Короля Фредерика VIII, на северном – Земля Пири и Земля Кнуда Расмуссена, на западном – Берег Лауге Коха и Берег Западного поселения.

Рельеф острова Гренландия, если исключить ледяной щит, в основном равнинный, а ближе к ценру – даже низменный. На востоке и юге острова расположен хребет Уоткинса, на востоке которого практически на берегу Датского пролива расположена наивысшая точка Гренландии – гора Гунбьерн, достигающая в высоту порядка 3 700 метров над уровнем моря.

Остров Гренландия и ряд мелких прилегающих к ней островов всецело лежат в северной части Канадского щита на геологической платформе, что говорит о материковом происхождении острова, который образовался путем отделения от континента Северной Америки.

Геологическая структура острова представлена в основном гнейсами, базальтами, кварцитами, мрамором и гранитами. Из полезных ископаемых на острове обнаружены залежи криолита, мрамора, графита, бурого угли, есть немного газа и нефти.

Большая часть поверхности острова покрыто ледовым щитом, который занимает площадь более 1800 квадратных километров. Толщина ледникового покрова в некоторых низменных местах острова составляет порядка 2300 метров. Во впадинах в центре острова, под слоем льда располагаются замерзшие озера. Подсчитано, что растаявшие ледники Гренландии подняли бы уровень мирового океана примерно на 7 метров.

Ссылка на источник: http://ostrov-mira.ru/ostrov-grenlandiya/

Подрывные инновации: топ-5 новшеств, изменивших нашу жизнь

Какой тип женщин нравится мужчинам: 5 главных стереотипов

Кто открыл Гренландию?

Кто открыл Гренландию?

На рубеже XV–XVI веков португальские мореходы братья Мигель и Гашпар Кортириалы на трех каравеллах отправились на поиски северо-западно-го пути в Азию. В один из дней они наткнулись на остров, лежащий на «пересечении» Северного Ледовитого и Атлантического океанов. Так европейцы открыли Гренландию. второй раз. А в 1721 году началась колонизация этого экзотического кусочка суши. Скандинавы, правда, на сей раз датчане, вновь осваивали земли, которые задолго до них открыли викинги. Кому же принадлежит слава первооткрывателя самого большого острова в мире?

Если верить сагам, это был норвежец Гунбьерн. Где-то между 870-ми и 920-ми годами он плыл в Исландию, но буря отбросила его на запад к небольшим островам у 65°30? с. ш. 36° з. д. За ними была высокая, покрытая снегом и льдом земля, к которой моряки не смогли подойти из-за тяжелых льдов. Сегодня высшая точка Арктики, которая расположена в Гренландии, названа в честь храброго морехода горой Гунбьерн.

Около 980 года группа исландцев, плывя на запад, зимовала на шхерах[89], которые приняла за острова, открытые Гунбьерном. Вернувшись на родину, исландцы тоже рассказывали о большой земле за шхерами. А летом 982 года у здешних берегов уже маячила огненная шевелюра Эрика Торвальдсона, который вошел в историю под прозвищем Эрик Рыжий.

Эрик родился в Норвегии, но его отца — Торвальда — вместе с семьей изгнали оттуда за убийство. Так Эрик очутился в Исландии, но и оттуда ему пришлось убираться восвояси: на этот раз за два убийства изгнали его самого. Если верить источникам, гнев Эрика был справедлив: одной из жертв пал его сосед, не вернувший лодку, которую взял в долг. Второе преступление Эрик совершил из мести — он покарал викинга, убившего его рабов. Однако даже жестокие законы того времени самосуд не одобряли, и теперь рыжему буяну предстояло три года провести на чужбине. Эрик не унывал: он решил добраться до загадочной земли, которая в ясную погоду была видна с горных вершин западной Исландии. Эрик решил попытать счастья: он купил корабль, собрал ватагу друзей и ринулся навстречу приключениям. Он взял с собой семью и слуг. Даже свой скот Эрик погрузил на корабль. Остров, большая часть которого сегодня покрыта льдом, как ни странно, показался викингам пригодным для жизни. Толщина ледяного покрова достигает в некоторых местах трех километров, и поэтому только самые неприхотливые растения и животные способны выжить на границе земли и льда. Лета в здешних краях практически нет — оно заканчивается, так и не успев начаться, да и летние дни в Гренландии ненамного теплее зимних. Почему же этот остров так понравился Эрику и его спутникам? Почему же он получил столь абсурдное название — «Зеленая земля»? Дело в том, что в конце X века климат Гренландии был гораздо мягче, чем в наши дни, и, обогнув южную оконечность острова, моряки высадились около Юлианехоб (Какорток), где вблизи фьордов зеленела трава и воздух был напоен ароматами цветов. Есть, правда, и другая версия: некоторые исследователи считают, что название «Гренландия» было в первую очередь рекламой — Эрик хотел привлечь сюда как можно больше поселенцев. Однако имя, которое этим землям дал Эрик, изначально относилось лишь к приветливым уголкам юго-западного побережья и распространилось на весь остров лишь в XV веке.

За те три года, которые Эрик должен был провести в Гренландии безвылазно, — таков был срок его изгнания, — поселенцы обработали достаточно земли, чтобы прокормить себя, и развели скот. Они охотились на моржей, заготавливали жир, моржовую кость и бивни нарвалов.

Однажды, как повествует сказание, Эрик забрался на одну из прибрежных вершин и увидел на западе высокие горы. Современные исследователи предполагают, что это была Баффинова Земля: в ясный день ее можно увидеть за Девисовым проливом. Как считает канадский писатель Ф. Моуэт, Эрик был первым, кто пересек пролив и доплыл до Камберленда. Он исследовал все гористое восточное побережье этого полуострова и зашел в залив Камберленд.

Летом 983 года Эрик прошел от Северного полярного круга на север, открыл залив Диско, остров Диско, полуострова Нугссуак, Свартенхук, а, возможно, добрался и до залива Мелвилла, у 76° северной широты. Он изучил еще 1200 км западного побережья Гренландии. Викинга восхитило обилие животных и птиц, на которых можно охотиться: белых медведей, песцов, северных оленей, китов, нарвалов, моржей, гаг и кречетов. А ведь были еще и разные породы рыбы.

После двухлетних поисков Эрик присмотрел несколько мест — равнинных, но хорошо защищенных от холодных ветров. В 985 году он вернулся в Исландию, но не для того, чтобы остаться там навсегда, а чтобы завербовать будущих колонистов. Желающих нашлось много — около 700 человек. Они вышли в море на 25 кораблях, но началась буря, и 11 из них пошли ко дну. До Гренландии добрались лишь 400 храбрецов. Они основали на южном побережье острова так называемое Восточное поселение. В течение десяти лет появилось еще одно поселение — Западное. Его построили новые колонисты, которые приплыли позже.

Конечно, переселенцам приходилось нелегко: уж очень суровы были зимы. Тем не менее колония викингов в Гренландии процветала. Как говорят археологи, число колонистов неуклонно росло и достигло в конце концов пика — три тысячи человек.

Поселения викингов тянулись вдоль фьордов. Построить дом на острове было не так просто — здесь не росли большие деревья. Приходилось довольствоваться плавником или дерном. Ученые подсчитали, что на постройку одного из больших зданий пошло около квадратного километра дерна — сколько же труда вложили викинги, пока сдирали его! Были и каменные строения. Чтобы здание сохраняло тепло, стены делали очень толстыми — иногда больше двух метров.

Поскольку лето было очень коротким, зерновые росли плохо, а ведь в традиционном рационе викингов были хлеб и каша. Добавляли зерно и в похлебки — рыбные и мясные. Мясо домашних животных — коз, овец и коров ценилось очень высоко. Скот забивали крайне редко, довольствуясь молоком. Поселенцы ловили сетями рыбу, охотились на тюленей и оленей.

В XIV столетии в Гренландии началось похолодание. Ледники наползали на земли викингов, постепенно лишая их пастбищ. Торговля со Скандинавией, приносившая колонистам немалый доход, пришла в упадок — в Норвегии и Исландии свирепствовала чума. Пришлось приспосабливаться к новым условиям: ученые утверждают, что викингов спасло море, а именно морепродукты. Их доля в рационе составляла теперь более 80 %.

Около 1350 года куда-то исчезли все жители Западного поселения — около 1000 человек. Об этом стало известно, поскольку священник из Восточного поселения, придя к соседям, не обнаружил никого. Только одичавший домашний скот бродил между пустыми домами. Не видел он и мертвецов — как будто викинги внезапно испарились. Разгадки нет до сих пор. Напади на поселение пираты, остались бы тела погибших. То же было бы, доберись до колонистов чума. Переселиться куда-то люди не могли: никто не бросил бы свои пожитки и животных.

Восточное поселение дожило до начала XVI века. Но в 1540 году исландские мореходы, приставшие к берегам Гренландии, не нашли ни одного колониста. Они обнаружили лишь тело мужчины в плаще с капюшоном. Кто был этот человек? И куда делись остальные? Историки полагают, что люди уплыли назад в Исландию — ведь климат стал значительно холоднее, и возможностей заниматься земледелием и скотоводством больше не было. Если верить преданиям эскимосов, на жителей Восточного поселения напали пираты. Археологические раскопки в Гренландии эту версию не подтверждают, но любопытно, почему же эскимосов так интересовала судьба викингов?

Поначалу остров показался викингам необитаемым. Но так ли это было? Дело в том, что первыми Гренландию «освоили» не викинги, а эскимосы. Ученые утверждают, что история древней Гренландии — это история повторяющихся миграций палео-эскимосов. Они приплывали сюда с арктических островов Северной Америки. Палео-эскимосы приспособились к чрезвычайно неблагоприятному климату и выживали на самой границе ареала, пригодного для существования человека. Но даже совсем небольшие климатические изменения могли погубить недостаточно приспособленную культуру.

Ученые выделяют в Гренландии четыре древних палео-эскимосских культуры, представители которых жили на острове задолго до появления викингов. Это саккакская культура, культура Индепенденс I, культура Индепенденс II и ранняя дорсетская культура. Позже всех исчезла последняя, она существовала приблизительно до 200 года нашей эры.

Но кого же застали в Гренландии викинги, если последний эскимос покинул эту землю за семьсот лет до их появления? Мнения исследователей расходятся. Некоторые считают, что все же представителей культуры Дорсет. Эта культура (начало I тысячелетия до н. э. — начало I тысячелетия н. э.) была открыта в 1925 году на мысе Дорсет (Баффинова Земля). Она была распространена на крайнем северо-востоке Канады, Канадском Арктическом архипелаге и в западной и северо-восточной Гренландии. Племена дорсет были охотниками. Их добычей были тюлени, моржи и северные олени.

Возможно, скандинавские колонисты, прибывшие вместе с Эриком Рыжим, оказались не единственными обитателями острова. Новая миграция эскимосов — представителей поздней дорсетской культуры — предположительно состоялась незадолго до их появления. Но эскимосы поселились на далеком северо-западе острова, на очень большом расстоянии от поселений викингов. И действительно, при раскопках стоянок культуры Дорсет не нашли никаких предметов скандинавского производства. Тем не менее, существуют непрямые свидетельства контактов, так называемые «экзотичные элементы», которые не характерны для этой культуры: винтовая резьба на костяных орудиях труда и резные фигурки людей с бородой.

Другая культура, с представителями которой викинги столкнулись совершенно точно, называется Туле. Она существовала между 900-ми и 1700-ми годами по обоим берегам

Берингова пролива, арктическому побережью и на островах Канады. Некоторые исследователи полагают, что в Гренландии Дорсет и Туле некоторое время соседствовали. Это было между 800-ми и 1200-ми годами, после чего Туле сменила Дорсет. Племена Туле хорошо приспосабливались к местным условиям, их кормила охота на животных, как морских, так и наземных. В центральной части американской Арктики тулийцы строили округлые жилища из китовых костей и камня, ездили на собачьих упряжках. Те же представители Туле, которые обитали в области Берингова пролива, жили в домах из плавника. Археологи находят там грузила, каменные лампы, ножи, фигурки людей, животных и водоплавающих птиц. Тулийцы в основном жили оседло. Они копили запасы пищи, и благодаря им могли пережить голодные зимние месяцы.

Как же уживались эскимосы Туле со своими соседями-викингами? Однозначного ответа на этот вопрос нет. Археологи нашли при раскопках эскимосских стоянок множество предметов норвежской работы. Но как они попали к тулийцам?

В связи с похолоданием эскимосы мигрировали ближе к территориям, которые принадлежали викингам. Ряд исследователей считает, что викинги не только встречались с эскимосами, но даже жили среди них. Но сторонников этой версии немного. Согласно легендам эскимосов, скандинавы конфликтовали с тулийцами. О вооруженных столкновениях с эскимосами рассказывают также саги. Вполне возможно, тулийцы мешали викингам, вытесняя их с охотничьих территорий центральной части западного побережья.

Фрагмент карты Carta Marina (XVI в.). Туле обозначен как Tile

Торговали ли эти столь разные народы между собой? Неизвестно. Вещи, изготовленные скандинавами, могли попасть к тулийцам и другим путем: из оставленных викингами поселений. Как ни странно, колонисты не воспользовались опытом своих соседей, чья одежда была более приспособлена к условиям севера, и не переняли даже отдельные элементы их костюма. Это удивляет ученых, но история Гренландии времен викингов вообще полна загадок, и кто знает, найдет ли наука на них ответ.

Открытие Гренландии, экспедиции и первые поселения

Открытие морского пути в Белое море.

Открытие Гренландии и Америки.

Путешествие в Белое море значительным образом облегчалось тем, что можно было держаться все время [91] вдоль берега. Тем не менее, бури часто относили мореплавателей в открытое море, и тогда они попадали к таинственным островам, которые невозможно точно определить. Из беседы с лицами, посетившими Белое море, я вынес впечатление, что описания исландских саг, главным образом, саги об Орвар-Одде, ближе всего подходят к Соловкам. Но этому противоречит то обстоятельство, что острова, к которым пристают норманы, лежат не в Белом море, а в океане, и ближайшая стоянка от них находится в Финмарке. Отсюда явствует, что норманы знали и посещали, хотя, может быть, против своей воли, гонимые непогодой, и острова, лежащие в Ледовитом океане, Колгуев и, пожалуй, Новую Землю. Если такому-то острову впоследствии приписали природу, свойственную собственно более южному берегу, то ошибка вполне понятна при устной передаче наших источников.

Несомненно поездки норманов на северозапад представляли собой гораздо большие опасности, так как в этом направлении отсутствовал материковый берег, вдоль которого можно было плавать. Мы видим, как норманы передвигаются на запад осторожно, отдельными этапами, перебираясь от острова к острову. Еще до заселения Исландии они утвердились на Шетландских, Оркадских и Ферейских островах. Одно время казалось, что это стремление на запад так и ограничится Исландией и дальше не пойдет. Но бурные ветры и тут сбивали путешественников с проторенного пути. В 920 году некий Гунбиорн был отнесен бурей на запад и увидел неизвестные до тех пор острова. К нашему удивлению и до сего дня не удалось найти эти острова на карте. Поэтому Могк думает, что эти острова были окончательно разрушены вулканическими извержениями 1. Во всяком случае, в Исландии распространилась молва о вновь открытой земле на западе. О ней вспомнил Эйрик Красный, когда его выслали из Исландии за убийство. Ему [92] действительно удалось открыть новую страну. Три года он исследовал ее и, наконец, решил в ней поселиться. С этой целью он возвратился в Исландию вербовать с собой товарищей. Страну он назвал Гренландией, как мне кажется, в противоположность Исландии. Если отвергшая его родина слыла “страной льда”, то как многообещающе звучало имя — “зеленой страны!” Это название подсказывало ему не только известное чувство мести, но и желание завлечь с собой как можно больше товарищей. Кроме того, на некоторых местах гренландского прибрежья действительно виднеются зеленые пастбища. Эта колонизация Гренландии относится приблизительно к 985 году и шла довольно успешно, так что, насколько мы можем теперь судить, народонаселение норманов достигало до 5000 душ.

В 999 году Лейф, сын Эйрика Красного, совершает первое путешествие из Гренландии в Норвегию. На обратном пути он долго блуждает по морю и, наконец, пристает к неизвестному берегу. Здесь его поражают три вещи: виноградные лозы, дико растущая пшеница и большие кленовые деревья. От всех этих редкостей он берет с собою по образцу и отплывает на северовосток, в Гренландию. Понятно, известие о новом открытии взволновало всех. Но какой-то злой рок преследовал дальнейшие предприятия. Эйрик Красный сам собирался в путь, но по дороге к кораблю упал с лошади, сломал себе ребро и повредил плечо. Вообще, эта поездка была крайне неудачна: путешественники месяцами носились по морю и, не достигши своей цели, усталые вернулись в Гренландию. Среди них находился и старший брать Лейфа, Торстейн; он вскоре после этой поездки умер. Но в 1002 году в Гренландию прибывают два исландских корабля. Торфин, один из приезжих купцов, женился на Гудриде, вдове Торстейна. Вероятно, только теперь гренландцы выдали им тайну о своем открытии. И тогда-то снаряжается целая экспедиция из многих кораблей. На своем пути они открывают три страны: первую из-за обилия скал они [93] называют Helluland, вторую, где их поражали густые леса, — Markland, и, наконец, Vinland hin goda = страну винограда. С большой вероятностью можно предположить, что Helluland — Лабрадор, Markland — Ньюфундленд, а Vinland — Новая Шотландия (или местность около Нью-Иорка). Попытка норманов поселиться в этой последней стране не увенчалась успехом. Они подвергались упорным нападениям со стороны туземцев, а вскоре стали ссориться и между собой. Торфин благополучно достиг Гренландии, но другой исландский корабль погиб во время бури. Эта поездка продолжалась, вероятно, более трех лет: на пути Гудрида рожает сына, которому исполняется уже три года, когда они возвращаются на родину. До 140 человек участвовало в этой экспедиции. Но исход ее не особенно поощрял к повторению. Было слишком рискованно плавать по открытому водному пространству. Так из 35 судов, отплывших с Эйриком Красным в Гренландию, только 14 достигли своей новой родины. Такие несчастья в достаточной мере показывают нам, как опасно было подобное плавание в неизвестных водах, без компаса, без берега.

Кроме саги об Эйрике Красном 2, из которой мы и черпаем все известия об открытии норманами североамериканского берега, до нас дошли лишь отрывочные упоминания об этих землях. Есть заметка, что епископ Эрик в 1121 году отправился искать Винланд, но достиг ли он своей цели, возвратился ли, вообще, домой из этой поездки, этого мы так и не знаем 3. Самое позднее указание на сношения норманов с Америкой относится к 1347 году исландские летописи отмечают, что гренландский корабль на обратном пути из Маркланда был заброшен бурей в Исландию 4. Тем не менее, норманы вряд ли основали какую-нибудь колонию в этих краях. Против такого предположения говорит не только [94] полное молчание норманских источников. От погибших колоний в Гренландии остались развалины, по которым мы можем восстановить, как местожительство поселившихся здесь норманов, так и количество их дворов. В Северной Америке никаких подобных следов не найдено. На скалах, правда, обнаружены таинственные надписи; одно время они шли за рунические, но более тщательное их исследование показало, что эти начертания обязаны своим происхождением индейцам. Напрасно также обращались к мексиканским рукописям, надеясь в них найти известие о первых открывателях Америки или даже влияние занесенного норманами сюда христианства. Все эти попытки оказались тщетными, и мы должны довольствоваться выводом, что норманы только изредка наезжали к американским берегам с целью ли рыбной ловли или за другими продуктами страны.

Несмотря на непрочность сношений, новые открытия оставили свои следы в картографических представлениях. Вернемся к первоначальному значению Гандвика. Убеждение, что Ледовитый океан на севере от Европы большой залив, сложилось оттого, что норманы при своих поездках от Норвегии, Финмарка или Биармаланда на север, постоянно наталкивались на земли. Потом гренландцы занялись исследованием своей страны, более северных ее частей и неприступного восточного берега. Наконец, они достигли острова Svalbardr, который Сторм нашел возможным отождествить с Шпицбергеном. Таким-то образом они стали думать, что только на запад и возможен проезд, а то кругом — земля. Ведь долгое время потом думали, что и Карское море недоступно для плавания, а потом опять полагали, что уже немного дальше Азия загибает на крайний север, пока Норденшельд не разрушил эту легенду. Вопрос о северовосточном проезде (Nordostpassage) собственно только счет со старым заблуждением о Гандвике. Адам Бременский не знал пути мимо Нордкапа. Поэтому у него отсутствует представление о северном береге Норвегии, о Биармаланде и Гандвике. Но остов картографического построения у [95] него есть: Гренладния расположена против шведских (то есть норвежских) или рифейских гор 5. Значит въезд в Гандвик находился между Гренландией и Нордкапом. Саксон помещает на севере от Гандвика большую пустыню, не называя ее по имени. Ни расположения ни названия ее неизвестны; она совершенно изъята от человеческого поселения, только дикие необычайные звери находятся там во множестве. Весьма немногие посетили эти края 6. Более определенные указания мы находим в так называемом, Breve Chronicon, рукописи XV века, хотя оригинал восходит, вероятно, к XIII веку 7. Автор хроники рассказывает такой случай, что корабли, направляющиеся от Исландии в Норвегию, встретили противный ветер и были отнесены в море, находящееся между Гренландией и Биармаландом, и пристали к берегу, где обитают люди неимоверной величины (то-есть к Рисаланду) и к земле амазонок. От их края Гранландия отделена только ледяными горами 8. Понятно, раз автор совершенно ясно представлял себе карту европейского севера, то он не мог поместить амазонок около Скандинавского полуострова, как это делали его предшественники, Тацит, Адам Бременский и др. Поэтому он перенес их на север от Гандвика, где находились одни великаны, но, в общем, еще могли поместиться — monstra varia. Гренландия, по представлению, автора лежит против [96] Биармаланда и связана с ним. Итак, все полярные земли, начиная от Гренландии и кончая Норвегией, составляют сплошной материковый берег без перерыва и образуют собой полукруг, внутри которого находится Гандвик.

Далее в той же хронике мы находим определение крайнего запада. Это все та же Гренландия — Viridis terra, которая, таким образом, приобрела чудовищные размеры. Она находится недалеко от африканских островов, там где впадают воды мирового океана 9. Атлантический океан должен же как-нибудь питаться водами мирового океана. Но с этим вопросом тесно было связано представление об американских землях. Пока норман считался с Америкой, необходимой для стечения океанов пролив мог быть помещен либо между Гренландией и Америкой либо между Америкой и Африкой. Раз Америка исчезает из виду, остается только одно место для данного пролива между Гренландией и Африкой. Это могло случиться тем легче, что норманы представляли себе Америку не в виде большого материка, но как ряд крупных островов. Из них самый южный — Винланд, который считался даже связанным с Африкой 10. Это представление о Винланде распространили на остальные “острова”, и таким путем получились знаменитые “африканские острова”. Они явились, как воспоминание об американских землях, о которых автор — для нас в высшей степени любопытно! — совсем не упоминает. Значит, память об их существовании еще сохранилась, в то время как названия уже были забыты. Но действительно ли они были забыты? [97]

В интерполяции Орвар-Оддсаги, которая, во всяком случае, возникла не позже начала XV века, описывается вражда Одда с Огмундом. Долгое время Одду приходится отыскивать своего врага. Наконец, он узнает, что Огмунд удалился в пустыню — i Hellulands ubygdum. Там он остановился в фиорде Skuggi. Последнее название означает собственно — тень, темнота, но употребляется и в смысле черта или чудовища, привидения, вообще. Согласно этому указанию, Одд едет в “гренландское море” и разыскивает своего врага на юге и на западе вдоль берега 11. Кроме различных чудовищ Одд никого не видит. Тогда Одд снова поднимает паруса и уже только теперь достигает Helluland 12. Описанный маршрут не оставляет никакого сомнения в том, что эта страна расположена в Америке и соответствует тем землям, которые норманы открыли в XI веке.

Тщательные исследования Фишера обнаружили, что Гренландия впервые была занесена на карту датскими учеными Claudius Clavus в XV веке, но американские земли были им оставлены без внимания. Так эти норманские открытия никогда и не были зарегистрированы картографами. Тем не менее, некоторые воспоминания могли быть передаваемы устным путем и затем случайно попасть на карту. В этом меня убеждает одно название не картах XV века. На одной каталанской карте 13 начертан длинноватый прямоугольник с обозначением illa verde и рядом круглый остров — illa de brazil. На карте 1507 года и на других мы находим viridis insula. Очевидно, illa verde и viridis insula та же самая Гренландия. Но carta marina имеет вместо Гренландии остров под названием Obrazill. Потом это название под разными вариантами, как то: Brazir или Brezir, повторяется на картах XV, XVI и даже XVII веков. На карте 1367 года находим [98] такую приписку: novus cotus de Brazir. В 1498 году испанский посол при английском дворе доносит о том, что жители города Бристоля стали снаряжать экспедиции к неизвестному острову Brazil. Наконец, уже после Колумба, последовало открытие той земли, к которой вплоть до наших дней приурочивалось название Бразилии. Сторм доказывал, что испанские мореплаватели под Бразилией вообще понимали местность, поросшую богатым лесом. Но тогда Бразилия отвечала бы норманскому Markland, и таинственный остров Бразиль явился бы прямым воспоминанием об открытиях XI века. Если Markland попал на испанские карты под названием illa de brazil, то в этом ничего удивительного нет. С одной стороны сношения с Маркландом не совсем прерывались вплоть до середины XVI века, с другой, известия даже о самых отдаленных краях севера несомненно приникали и на юг, как это указал на ряде примеров Фишер 14.

В то время, как память о Helluland’е сохранилась в некоторых сагах, а Маркланд даже был занесен на испанские карты, Винланд исчез без следа из последующей литературы. Но это забвение Винланда мы можем объяснить себе. Каждому, кому приходилось читать старинные сочинения и хроники, понятно бросилось в глаза странная орфография Финляндии — Vinland. Даже на картах мы иногда отчетливо разбираем Vinland там, где мы ожидаем Finland. Уже Рудбек в своей “Атлантиде” отмечает это странное смешение: vocabulum Finlandiae provinciae ad regnum nostrum pertinentis pro quo apud Snorronem et in historia Regum non semel occurit Vinlandiae nomen 15. При таком полном совпадении названий, дифференциация обеих областей поддерживалась только до поры до времени. Раз представление об американском Винланде стало блекнуть, то европейское (или даже скандинавское) Винланд = Финланд заслонило собой вполне память о первом крае. Не забудем, что Винланд лежал гораздо дальше других американских местно[99]стей, известных норманам; вспомним, что как раз в Винланде норманы пострадали от нападения эскимосов, и мы поймем, почему сношения с Винландом прекратились раньше всего.

Несмотря на то, что норманские открытия пропали не совсем без следа, прочные результаты в смысле ознакомления с земным шаром дало лишь заселение норманами Гренландии. Но странное представление о Гандвике одно время мешало правильному начертанию Гренландии на карте. Фишер в приложениях V и VI к своему сочинению воспроизводит такие карты, на которых Гренландия нарисована к востоку от Исландии и к северу от Скандинавского полуострова. На других же картах Гренландия помещена правильно — к западу от Исландии. Но первое заблуждение, думается мне, должно было вызвать преувеличенное представление о величине Гренландии. Последствием такой ошибки явилось еще то обстоятельство, что мореплаватели принимали за гренландский берег разные земли, находящиеся по направлению к северу, но ничего общего с Гренландией не имеющие. Я отметил вот какие случаи:

В 1500 или 1501 году португальский мореплаватель пристал к берегу Канады и прозвал его terra verde. В честь открывателя эта местность теперь зовется terra de Cortereal 16.

В 1611 году голландский мореплаватель Майен открыл остров, который теперь носит имя своего открывателя Jan Mayen; он же прозвал его в честь нассаускаго принца Морица — Mauritius Eiland in Grönland 17.

Вероятно, англичанам принадлежит честь вторичного после норманов открытия островов Шпицбергена. Но они называли их “Гренландией”; только голландцы придумали настоящее имя. По преданию, в 1639 году некий Gale Hamkens потерял свой корабль “Шпицберген” возле этих берегов, и с тех пор установилось теперешнее прозвище 18.

Примечания

[91]
1 Ср. Fischer, Die Entdeckungen der Normannen in Amerika. стр. 6, примечание.

[93]
2 Перевод С. Сыромятникова 1890 г.
3 Фишер, стр. 40.
4 Там же, стр. 46.

[95]
5 Gronland profundius in occeano sita contra montes (вариант: fines) Suediae vel Riphea iuga. Кн. IV, гл. 36, стр. 185.
6 Eadem (i.e. Norvagia) a septentrione regionem ignoti situs ac nominis intuetur humani cultus expertem sed monstrosae novitatis populantis abundantem quam ab adversis. Norvagiae partibus interflua pelagi separavit immensitas. Quod com incertae navigationis existat perpaucis eam ingredientibus salutarem reditum tribuit. Saxo, стр. 18.
7 См. у Ионсона, т. II, стр. 601 сл.
8 Quidem tamen naute cum de Glaciali insula ad Norwegiam remeare studuissent, a contrariis ventorum turbinibus in brumalem plagam propulsi inter Viridenses et Biarmones tandem applicuerunt ubi hominess mire magnitudinis et Virginum terram que gustu aque concipere dicuntur se reperisse protestati sunt. Ab istis vero Viridis terra congelatis scopulis dirimitur. Munch, Symbolae, стр. 2.

[96]
9 Que patria a Telensibus (читай: Thylensibus) reperta et inhabitata ac fide catholica roborata terminus est ad occasum Europe fere contingens affricanas insulas ubi inundant oceani refluenta. Munch, Symbolae, стр.2.
10 См. статью Сторма в Afnf. т. VI, стр. 346 сл. Сюда относится следующее место из исландской рукописи: Af Biarmalandi ganga lönd obygd of Nordrætt unz vidtekr Grœnland. Sudr fra Grœnlandi er Helluland, pa er Markland. pa er eigi langt til Vinland hins goda er sumir men ætla at gangi af Affrica ok et sva er pa er uthaf infallanda a milli Vinlands ok Marklands. Werlauff, Symbolae, стр. 14.

[97]
11 Sidan sigla peir par tile r peir komu i Grœnlands haf, snua pa surd ok vestr fyrir landit. L стр. 131 18 .
12 Sidan draga peir upp segi ok sigla par til, at peir koma til Hellulands ok leggja inn a fjordinn Skugga. L стр. 132 15 .
13 Фишер, стр. 98-110.

[98]
14 Там же, стр. 106 сл.
15 Кн. VII, гл. VIII, стр. 291.

[99]
16 Форстер, стр. 527.
17 Там же, стр. 485.
18 Там же, стр. 491.

© Текст К. Тиандер, 1906 г.

© OCR И. Ульянов, 2009 г.

© HTML И. Воинов, 2009 г.

Оригинал текста 1,75 Мб

Гибель колонии викингов в Гренландии.

Гибель гренландской колонии часто называют «загадочной». Это правда, пусть лишь отчасти: мы должны отличать глубинные причины (т. е. факторы, обусловившие медленное угасание гренландской колонии) от непосредственных (то есть событий, нанесших окончательный удар по давно ослабевшему обществу). Именно непосредственные причины и являются отчасти загадочными; глубинные же достаточно ясны.

Викинги, не желая того, истощили все природные ресурсы, от которых они зависели: деревья были вырублены, дерн вырезан, поля вытоптаны скотом, почва смыта водой и сдута ветром. В самом начале освоения Гренландии викингами ее земли были лишь условно пригодны для ведения средневекового европейского животноводческого хозяйства; но количество сена, которое удавалось заготовить в Гренландии, сильно варьировалось год от года, и далеко не всегда его было достаточно. Во-вторых, данные, полученных при исследовании кернов льда Гренландии, свидетельствуют, что климат в Гренландии в момент появления там викингов был сравнительно мягким (таким же, как сейчас), но с начала XIV века потянулась череда холодных лет, а XV век уже ознаменовался глобальным похолоданием, известным как малый ледниковый период.

В результате продуктивность полей и соответственно количество заготавливаемого сена упали ниже прежнего, морские пути на континент стали забиваться льдом, преграждая судам из Норвегии дорогу в Гренландию. В-третьих, препятствие мореходству стало одной из причин угасания, а затем и прекращения торговли между Гренландией и Норвегией, от которой гренландцы зависели материально и психологически — как от источника железа, строевого леса и культурной самоидентификации. Приблизительно половина населения Гренландии погибла во время эпидемии чумы (Черной смерти) в 1349-1350 годах. Спрос на бивни моржей — основной экспортный товар Гренландии, пользовавшийся большой популярностью у европейских резчиков, — угас после того, как крестоносцы вновь открыли для европейцев доступ к слоновой кости из Африки и Азии. Все эти события снижали как возможности, так и мотивацию Норвегии отправлять суда в Гренландию. Наконец, появление в Гренландии инуитов и нежелание или неготовность викингов к крутым изменениям венчают пирамиду причин, ставшую надгробным памятником гренландской колонии.

Все эти пять факторов проявлялись постепенно или действовали в течение длительного времени. Поэтому неудивительно, что различные фермы в обоих гренландских поселениях были брошены в разные периоды времени, какая-то раньше, какая-то позже. Последние даты, полученные радиоуглеродным методом в долине Корлорток в районе Восточного поселения , относятся к началу XIV столетия. «Ферма под песками» Западного поселения была покинута и погребена под песком, сдуваемым с ледника, приблизительно в 1350 году.

Из двух гренландских поселений первым полностью покинули меньшее и расположенное дальше на север Западное поселение (в период рассвета население ок. 1000 чел.) Оно было еще менее пригодным для животноводства, чем Восточное (в период рассвета население ок. 4000 чел.) , так как более северное расположение означало более короткий вегетативный период, значительно меньшую продуктивность здешних пастбищ и, соответственно, большую вероятность того, что из-за холодной и сырой погоды летом не удастся заготовить достаточное количество сена для прокорма животных в течение зимы. Еще одной причиной повышенной уязвимости Западного поселения было то, что выход в море осуществлялся через единственный фьорд, так что небольшая группа враждебных инуитов в устье фьорда могла полностью перекрыть доступ к морю, — а это означало для викингов невозможность охоты на тюленей, мигрирующих вдоль побережья Гренландии поздней весной, когда других источников пищи могло и не оставаться.

Вот какую информацию дают нам археологи, которые раскопали верхний слой мусора на некоторых фермах Западного поселения — слой, который, как предполагается, оставили викинги в последние месяцы своего пребывания здесь. Среди развалин зданий обнаружены двери, балки, стропила, мебель, кубки, распятия и другие крупные деревянные предметы. Это очень необычно для Гренландии: когда в Северной Скандинавии люди оставляли дом преднамеренно, все деревянные предметы они всегда забирали с собой для использования в новом месте, куда бы ни отправлялись, так как дерево было ценным и редким материалом. Очевидно, жители Западного поселения оставляли свои дома в крайней спешке либо не могли забрать с собой утварь, так как были убиты.

Кости животных, обнаруженные в верхних раскопанных слоях, могут поведать довольно-таки мрачную историю. Вот что выбрасывали в мусорные кучи обитатели Западного поселения в последние месяцы своей жизни здесь: кости лап мелких птиц и кроликов, на которых в обычных условиях никто бы не стал охотится, как на не стоящих хлопот, пригодных в качестве разве что последнего средства спастись от голодной смерти; кости теленка или ягненка, рожденного поздней весной; копыта коров, число которых приблизительно совпадает с количеством стойл в хлеву этой фермы, из чего следует, что все коровы были не только забиты, но и обглоданы до копыт; части скелетов больших охотничьих собак с отметинами от ударов ножом. Кости собак в мусорных кучах в других раскопках скандинавских поселений практически отсутствуют, поскольку древние скандинавы были склонны к поеданию своих собак не более, чем современные европейцы. Убивая собак, которые требовались для охоты на оленей осенью, и новорожденных ягнят и телят, необходимых для восстановления поголовья, последние обитатели Западного поселения фактически признавались в том, что слишком отчаянно голодали, чтобы беспокоиться о будущем. В лежащих ниже слоях мусора в домах, где проводились раскопки, найдены следы навозных мух теплолюбивых пород; но в верхних слоях лишь следы холодостойких видов мух — это позволяет предположить, что у обитателей домов не было не только еды, но и топлива для обогрева жилищ.

Что касается гибели Восточного поселения, последний рейс торгового корабля, который, согласно королевскому обещанию, должен был регулярно заходить в Гренландию, относится к 1368 году; в следующем году этот корабль затонул. После чего, согласно дошедшим до нас сведениям, корабли заходили в Гренландию только четыре раза: в 1381,1382,1385 и 1406 годах. Торстейн Олавссон, капитан последнего посетившего Гренландию корабля провел в Гренландии почти четыре года, с 1406 по 1410-й, прежде чем вернулся в Норвегию.

Капитан Олавссон привез с собой несколько свежих новостей из Гренландии. Во-первых, человек по имени Колгрим был сожжен на костре в 1407 году за то, что прибег к колдовству, чтобы соблазнить женщину по имени Стейнун, дочь местного властителя по имени Равн, и жену Торгрима Селвассона. Во- вторых, несчастная Стейнун после этого сошла с ума и умерла. Наконец, сам Олавссон и местная девушка по имени Сигрид Бьорнсдоттир обвенчались в церкви Хвалсей 14 сентября 1408 года, свидетелями чему были Бранд Халлдорсон, Тор Йорундарссон, Торбьорн Бардарссон и Ион Йонссон, а в течение трех предшествующих воскресных дней в церкви объявлялось о бракосочетании и никаких возражений не последовало. Столь лаконичные упоминания о сожжении на костре, сумасшествии и венчании были обычными новостями для любой страны в средневековой Европе и не давали никакого повода для беспокойства. Однако это последние известные нам достоверные письменные упоминания о гренландской колонии.

Мы не знаем в точности, как именно погибло Восточное поселение. Климат в Гренландии в промежутке между 1400 и 1420 годами становился холоднее, все чаще дули сильные ветра, и упоминания о кораблях, заходивших в гренландские фьорды после 1406 года, отсутствуют. Радиоуглеродная датировка женского платья, обнаруженного при раскопках церковного кладбища в Херьольвснесе, относит его к 1435 году. Это позволяет предположить, что еще в течение нескольких десятков лет после того, как последний корабль отчалил от побережья Гренландии, в Восточном поселении теплилась жизнь.

Следующее посещение Гренландии европейцами, о котором имеются достоверные свидетельства, относится к 1576-1587 годам, когда английские мореплаватели Мартин Фробишер и Джон Дэвис увидели Гренландию во время одного из своих плаваний и причалили к ее берегам. На протяжении всего XVII века из Дании и Норвегии отправлялись другие экспедиции на поиски загадочно исчезнувшей колонии, а голландские и английские китобойные суда время от времени заходили во фьорды Гренландии и похищали инуитов, которые (как ни трудно нам себе это представить) считались тогда потомками голубоглазых светловолосых викингов, несмотря на совершенно иной облик и язык.

Наконец, в 1721 году в Гренландию отправился норвежский лютеранский миссионер Ханс Эгеде, убежденный, что похищенные и привезенные в Европу инуиты — потомки норвежцев-католиков, волею судеб отлученных от Европы еще до Реформации, обратившихся в язычество и, следовательно, отчаянно нуждающихся в христианском миссионере, который бы привел их к истиной вере (в данном случае лютеранской). Случилось так, что Ханс Эгеде высадился именно в фьордах Западного поселения, где, к его удивлению, он встретил только туземцев, очевидно инуитов, а вовсе не норвежцев. Они показали ему развалины бывших норвежских ферм.

Давайте подведем итог: что же остается невыясненным в судьбе гренландской колонии? Глубинные причины ее угасания не вызывают сомнений; археологические раскопки верхних слоев мусора в Западном поселении, свидетельствующие о последних месяцах его существования, говорят нам кое-что и о непосредственных причинах гибели. Но у нас нет аналогичных данных о том, что случилось в последние годы существования Восточного поселения, так как здесь верхние слои не исследованы. И тут я не могу удержаться, чтобы не предложить свой вариант завершения этой грустной истории.

В сравнении с Западным поселением Восточное лежит на несколько сот миль к югу и соответственно является менее рискованным местом для выращивания и заготовки сена. Территория Восточного поселения могла прокормить большее количество жителей (четыре тысячи в сравнении с тысячей в Западном), и соответственно жизнь там могла продолжаться дольше. Конечно, похолодание климата в конце концов оказало негативное влияние на Восточное поселение так же, как и на Западное: просто для того, чтобы поголовье скота на фермах Восточного поселения сократилось до критического значения и начался голод, потребовалось больше времени, чем в Западном поселении. Понятно, что и в Восточном поселении мелкие и расположенные на менее удачных местах фермы начали голодать первыми. Но что могло случиться в Гардаре, где были два огромных хлева, каждый из которых рассчитан на 160 коров, и несчетные стада овец?

Я предполагаю, что в конце концов Гардар стал похож на переполненную спасательную шлюпку. С уменьшением продуктивности пастбищ и количества заготавливаемого сена весь скот на мелких фермах Восточного поселения погиб от голода или был забит и съеден, и их жителям не оставалось ничего иного, кроме как пытаться перебраться на более крупные фермы, где еще оставалось какое-то количество скота: Браттахлид, Херьольвснес и— последнее прибежище— Гардар. Власть настоятеля собора в Гардаре и гардарских землевладельцев признавалась жителями до тех пор, пока те доказывали, что их покровительство и Божья помощь дают защиту и обеспечивают благоденствие. Но голод и связанные с ним болезни должны были нарушить доверие к властям примерно так же, как, судя по описанию древнегреческого историка Фукидида, это произошло в Греции на две тысячи лет ранее, во время эпидемии чумы в Афинах. Толпа голодных людей ворвалась в Гардар, и уступавшие численностью церковные и светские лидеры не смогли помешать им забить и съесть последних овец и коров.

Итак, можно выделить 4 группы факторов повлиявших на гибель колонии.

Во-первых, флуктуации климата Гренландии, даже с точки зрения современных экологов и агрономов, таковы, что человеку сложно выжить в этих условиях. Викингам одновременно повезло и не повезло — они прибыли в Гренландию в период, когда климат был сравнительно теплым.

Во-вторых, когда викинги прибыли в Гренландию, они прибыли в Гренландию со своими стереотипами, своим образом жизни и культурными ценностями. Их норвежские предки успешно занимались молочным фермерством в течение трех тысяч лет. В свете этих причин становится понятно, почему гренландцы с убытком для себя продолжали разводить коров, снаряжать охотничьи экспедиции в Нордсету и содержать церкви, хотя с чисто экономической точки зрения это были не самые лучшие варианты приложения сил и вложения средств.

В-третьих, викинги, как и другие европейские христиане Средневековья, с презрением относились к любым язычникам. Поэтому викинги не могли учиться у инуитов навыкам охоты и выживания в условиях Арктики и, вероятно, действовали в их отношении таким образом, что вызывали к себе враждебность. Множество других групп европейцев в Арктике погибли подобным образом из-за игнорирования инуитов или антагонизма по отношению к ним.

Наконец, власть в гренландской колонии была сконцентрирована в руках небольшой верхушки — нескольких вождей и церковников. Им принадлежали большая часть земли (в том числе все лучшие фермы) и лодки; они же контролировали торговлю с Европой. Они заказывали из Норвегии те товары, которые увеличивали их престиж в обществе: предметы роскоши, облачения и драгоценности для священнослужителей, колокола и цветные стекла для церквей. Те немногочисленные лодки, которые были в их распоряжении, использовались, чтобы снаряжать охотничьи экспедиции в Нордсету. Трофеи, привозимые оттуда — бивни моржей и живые белые медведи, — являлись ценным экспортным товаром, который можно было обменять на столь необходимые Гренландии церковные колокола и роскошные облачения. Существовало множество способов повысить благосостояние гренландской колонии —например, импортировать больше железа и меньше предметов роскоши, отправлять больше экспедиций в Маркланд за строевым лесом и железом, научиться у инуитов приемам охоты и скопировать (или придумать свои) каяки и умьяки.

Таким образом, структура общества в гренландской колонии обусловила конфликт между краткосрочными интересами власть предержащих и долгосрочными интересами общества в целом. Многое из того, что являлось основными ценностями для вождей и церковников, оказалось в результате губительным для общества. А ценности, разделяемые всем обществом, одновременно были причиной его силы — и слабости. Гренландская колония преуспела в создании уникальной формы европейского сообщества на самом дальнем аванпосте европейской цивилизации и в поддержании жизни этого сообщества на протяжении 450 лет.

Читайте также:  Нуук, столица Гренландии - обзор города с фото и видео
Ссылка на основную публикацию