Ассимиляция американских немцев, образ жизни, язык и занятость

Ассимиляция иммигрантов

Культурная ассимиляция может происходить случайно или принудительно. Одна культура может спонтанно адаптировать иную культуру или культура, которая старше и богаче может насильственно объединить более слабые культуры. Термин «ассимиляция» очень часто используется по отношению к иммигрантам и различным этническим группам, которые поселились на новой земле. Новая культура и новые подходы к происхождению культуры получены в результате контакта и общения. Культурное изменение – это не просто односторонний процесс. Ассимиляция предполагает, что относительно слабые культуры должны объединиться в одну единую культуру. Этот процесс происходит через непосредственный контакт и адаптацию между культурами. Действующее определение ассимиляции обычно используется при упоминании иммигрантов, но, что касается мультикультурализма, культурная ассимиляция может проходить по всему миру, не ограничиваясь конкретными областями. Например, знание языков даёт людям возможность учиться и работать на международном уровне, не ограничиваясь рамками одной единственной культурной группы. Люди из разных стран вносят свой вклад в разнообразие и формирование «глобальной культуры», это означает, что культура сочетает в себе элементы разных культур. «Глобальную культуру» можно рассматривать, как часть ассимиляции, которая является причиной формирования культур из различных областей, воздействующих друг на друга.

Жизнь по американским стандартам: плюсы и минусы

Американский образ жизни — растиражированное клише, которое до сих пор используется в средствах массовой информации, когда речь заходит о характеристике граждан США. Причем у этого понятия есть две стороны. Одна из них — идеологический рычаг американских СМИ, которые всё ещё культивируют идеал голубой мечты каждого жителя страны и декларируют такие понятия, как свобода, успешность, состоятельность и материальное благополучие. Американский образ жизни в СМИ других стран, включая Россию, базируется на таких составляющих, как нравственная распущенность, вседозволенность, праздность, злоупотребление алкоголем и наркотиками. Истина, как часто бывает, находится посередине, и в жизненном укладе обычных американцев действительно есть черты, свойственные только гражданам США: вне зависимости от своего финансового благополучия, религиозных убеждений, социального статуса они мечтают об одном и том же и в типичных ситуациях ведут себя одинаково.

Каждый американец видит себя преуспевающим человеком, даже если ради этого приходится много и тяжело работать. Американский образ жизни в том, каким должен быть его бытовой аспект, словно бы сошел со страниц местных глянцевых журналов. Идеальный вариант — большой дом в престижном районе города, с просторными и хорошо обставленными комнатами, гараж как минимум на две машины, бассейн и лужайка для барбекю на заднем дворе. Как ни парадоксально, но в таких условиях живут все те, кто причисляет себя к так называемому middle class.

Ассимиляция американских немцев, образ жизни, язык и занятость

Поскольку немцы по – прежднему определяют национальную идентичность через кровное родство, никто не принимает в расчет того факта, что прибывшие на постоянное место жительства в ФРГ русские немцы не имеют никакого отношения к Германии, как государству. Их далекие потомки, проживавшие в различных германских княжествах и герцогствах были заманены в Россию еще в 18 веке империатрицей Екатериной II. Время шло, немцы ассимилировали, приобрели новый родной язык, культурные традиции, ментальность. Русского немца от русского отличает сегодня, по- существу, лишь запись в паспорте в графе национальность.

1. Они общаются на «ты»

Почти ко всем немцы обращаются на «ты». Конечно, в университете или на работе можно услышать «вы» в свой адрес, но только не в обычной жизни. Примечательно, что на «ты» часто обращаются и к знакомым, разница в возрасте с которыми составляет 30 лет и больше.

Не стоит обижаться, если в ответ на предложение о встрече немец судорожно начнет искать «окно» в своей записной книжке. Дело не в вас — немцы настолько ценят время, что планирование дел занимает серьезную часть их будней.

АККУЛЬТУРАЦИЯ И АССИМИЛЯЦИЯ

Необходимо различать два на первый взгляд похожих процесса — акку­льтурацию и ассимиляцию.

Аккультурация представляет собой обмен культурными чертами, кото­рый происходит в результате интенсивного и непосредственного взаимодей­ствия нескольких групп. В процессе аккультурации один народ перенимает у другого некоторые черты культуры, полезные или недостающие ему, но сохраняет свою национальную самобытность.

Она мыслится как процесс частичного принятия другой культуры, заим­ствования из нее всего, что нужно для жизни в новой среде, в новом обще­стве. Принимать можно только то, что нравится, что уважается и ценится. Стало быть, при аккультурации можно наблюдать позитивное отношение к другой культуре как к чему-то родственному, близкому. Несколько милли­онов русских эмигрировало в разные годы в Америку. Все они проходили аккультурацию. Они срослись с новой родиной, считают ее своей и гордят­ся тем, что они натурализованные американцы.

Ассимиляция описывает процесс усвоения культурных черт группой мень­шинства, которая попала в культуру группы большинства, т.е. ситуацию усвоения культуры через эмиграцию в страну с другой культурой. Ассимиляция может продолжаться до полного растворения в новой культуре и потери своей культурной самобытности, а может оставаться частичной. Под ассимиляцией С.А. Арутюнов понимает полную или почти полную утерю исконного состояния и столь же полное освоение нового состояния; под аккультурацией — приобретение основных черт нового состояния, при сохранении основных черт исконного. Сущ­ность процесса аккультурации в том, что решающая часть чужой культуры становится для данного этноса своей.

Современная Америка — пример мирной асоимиляции

Истории известны мирные и военные формы ассимиляции. Современная Америка — пример мирного пути, а древние империи, завоевывавшие со­седние народы, например, Ассирия и Рим, служат образцом немирного пути. В одном случае захватчики растворяли в себе покоренные народы, в дру­гом — сами растворялись в них. В нас. сценарии более крупная нация запрещает использование родного языка в публичной жизни, прекра­щает образование на нем, закрываются книжные издательства и средства массовой информации. Примером нас. ассимиляции является антибаскская кампания, которая проводилась в Испании диктатором Фран-циско Франко, бывшего у власти с 1939 по 1975 г. Все, что было на баскском языке, запретили — книги, журналы, газеты, вывески, проповеди, надписи на могильных плитах. За использование баскского языка в школах налагал­ся штраф. Такая политика привела к формированию баскской тер. группы и обострило националистические настроения.

В России сильно ассимилированы русскими такие народы, как этниче­ски близкие белорусы и украинцы, а также евреи, карелы, мордва, немцы, представители многих других народов стран ближнего и дальнего зарубежья, живущие в инонациональном/русском окружении. Важным каналом ас­симиляционных процессов служат этнически смешанные браки/семьи. А именно у украинок и белорусок, а также немок, евреек.

Немцы, итальянцы, японцы, американцы, эмигрировавшие в Бразилию в XIX столетии, ассимилировались в общебразильской культуре. Потомки этих эмигрантов говорят на национальном языке Бразилии (португальском) и являются частью ее национальной культуры. Это пример добровольной ассимиляции, в ходе которой индивиды, которые по одиночке, а не замкну­той группой либо общиной, переселились в другую страну, выбрали другой способ жизни и выучили другой язык, который помог им лучше адаптиро­ваться на новой родине и облегчил им служебную карьеру.

В 2001—2002 гг. среди корейцев г. Ташкента и Ташкентской области со­трудник Института истории АН Республики Узбекистан B.C. Хан провел анкетирование с целью изучения этнокультурной идентичности корейцев Узбекистана. Была составлена анкета из 10 разделов, включившая в себя 70 вопросов. Анкетирование состояло из трех этапов, в ходе которого было опрошено около 400 корейцев. Было установлено, что культурный генетический фонд нынешних евразийских корейцев отличен как от традицион­ной культуры переселенцев XIX — начала XX в., так и современной культу­ры в Корее. Он принципиально синтетичен, т.е. это синтез корейской, рус­ской, советской, центрально-азиатской и европейской культур. В местах компактного проживания корейцев, например, в «корейских» колхозах Уз­бекистана и Казахстана, формы и темпы ассимиляции, сохранение тради­ционных обычаев, появление инноваций, трансформация этнического со­знания и моделей поведения отличаются от того, как эти процессы проте­кают в городах, где корейцы расселены дисперсно. В той мере, в какой корейский этнос структурирован на разные социальные группы, ему при­сущи и разные формы идентичности. Государство может поощрять тер­пимость к иной культуре и возвести ее в основной принцип взаимоотноше­ния между народами, а может придер­живаться политики этноцентризма силового навязывания национальным меньшинствам норм и ценностей гос­подствующей культуры. Подобная форма культурной политики присуща самым разным государствам, даже та­ким, которые принято считать опло­том демократии и цивилизованности.

Культурная интерференция (от латинского interferire — привносить) привнесение культурных черт, отдельных слов и грамматических форм. Из одной культуры в другую, перемешивание языков двух народов. Например представители ближнего и дальнего зарубежья, разговаривая на своем язы­ке, часто переходят на русские слова, когда хотят выразиться нецензурно. Множество английских слов появилось в языке северо-американских ин­дейцев после завоевания материка европейцами, а также в языке народов Индии после английской колонизации. В лингвистике при описании язы­ковых контактов интерференция обычно понимается несколько уже, а именно как ситуация, при которой говорящий полагает, что он следует нор­мам языка В, но на деле во многом подменяет их нормами языка А (своего родного языка), бессознательно привнося их в язык В.

Большинство африканских «наций» — искусственные политические объединения, образованные в результате колонизации, обычно вмещающие различные культуры и языки. Политические и культурные факторы свои­ми корнями глубоко уходят в историю Мадагаскара. В течение двух столе­тий нация испытывала на себе процесс политической централизации. С 1895 по 1960 г. — вплоть до образования Малазийской республики — здесь суще­ствовало французское колониальное административное правление. После получения независимости правительство стало достаточно стабильным. Повод для беспокойства могли доставить скорее политические диспуты и экономические результаты, чем этнические факторы. Достаточно единая система образования, сохранившаяся со времен французского колониаль­ного правления, также способствовала объединению, несмотря на этниче­ские контрасты.

В Индонезии общий язык и колониальная школьная система обеспечили этническую гармонию, национальную идентичность и интеграцию. Индоне­зия — большая и густонаселенная страна, состоящая примерно из 3 000 ост­ровов. Национальное сознание этой страны формирует религиозное, этничес­кое и лингвистическое разнообразие. В Индонезии живут мусульмане, буд­дисты, католики, протестанты, hindu-balines и анимисты. Несмотря на эти контрасты, более ста различных лингволингвистических групп считают себя индонезийцами.

Во времена голландского правления (которое закончилось в 1949 г.) школьная система появилась далеко за пределами островов. Возможность дальнейшего обучения привлекла молодежь из различных районов в Бата­вию, столицу колонии. Колониальная система обучения предложила индонезийской молодежи единые учебники, стандартные дипломы и сертифи­каты. Это породило «изолированный, связный мир опыта». Грамотность, которой удалось достичь благодаря школьной системе, подготовила почву для единого национального печатного языка (языка печати). Индонезий­ский стал развиваться как национальный язык независимо от древнего языка lingua franca (общий язык), который раньше использовался при торговле между островами.

Дж. Фёниволл, изучая голландскую колонизацию, установил, что мно­гонациональное общество не так уж и гармонично, как казалось раньше. Оно состоит из трех основных этнических групп: колонизаторов (голландцев), подавляющего большинства местного населения (индонезийцев) и торгов­цев среднего класса, а также людей малого бизнеса (китайских иммигран­тов). Для сравнения, на Карибских островах выделяются следующие груп­пы: европейские колонизаторы. Фёниволл рассматривал господство (доминацию), конфликт и нестабильность как неизбежные особенности многонациональных (разнородных) обществ. Согласно его точке зрения, многонациональные общества были созданы благодаря экспансии Запада, в результате которой в колониальных государствах и местах рыночной тор­говли появилось множество различных этнических групп, взаимодейству­ющих друг с другом. Фёниволл предполагал, что разнородные общества прекратят свое существование тогда, когда закончится колониальное прав­ление, потому что гармония между этническими группами была навязана политически, связи между ними были только экономическими и не поддер­живались социальными связями.

Национальное меньшинство по отношению к доминирующей культуре всег­да может выбрать одну из следующих стратегий аккультурации (адаптации):

В 2001—2002 гг. среди корейцев г. Ташкента и Ташкентской области со­трудник Института истории АН Республики Узбекистан B.C. Хан провел анкетирование с целью изучения этнокультурной идентичности корейцев Узбекистана. Была составлена анкета из 10 разделов, включившая в себя 70 вопросов. Анкетирование состояло из трех этапов, в ходе которого было опрошено около 400 корейцев. Было установлено, что культурный генетический фонд нынешних евразийских корейцев отличен как от традицион­ной культуры переселенцев XIX — начала XX в., так и современной культу­ры в Корее. Он принципиально синтетичен, т.е. это синтез корейской, рус­ской, советской, центрально-азиатской и европейской культур. В местах компактного проживания корейцев, например, в «корейских» колхозах Уз­бекистана и Казахстана, формы и темпы ассимиляции, сохранение тради­ционных обычаев, появление инноваций, трансформация этнического со­знания и моделей поведения отличаются от того, как эти процессы проте­кают в городах, где корейцы расселены дисперсно. В той мере, в какой корейский этнос структурирован на разные социальные группы, ему при­сущи и разные формы идентичности. Государство может поощрять тер­пимость к иной культуре и возвести ее в основной принцип взаимоотноше­ния между народами, а может придер­живаться политики этноцентризма силового навязывания национальным меньшинствам норм и ценностей гос­подствующей культуры. Подобная форма культурной политики присуща самым разным государствам, даже та­ким, которые принято считать опло­том демократии и цивилизованности.

Примеры языковой ассимиляции

  1. Социально-экономический статусопределяется уровнем образования, профессией и доходами. Следя за изменением социально-экономического статуса, исследователи хотят выяснить, смогут ли иммигранты в конечном счете догнать коренное население по социально-экономическим показателям.
  2. Концентрация населенияопределяется по географическому признаку. Данный показатель утверждает, что увеличение социально-экономических достижений, длительное место жительства, а также более высокий статус поколений приведет к уменьшению жилой концентрации для той или иной этнической группы.
  3. Владение языкомдругого государства определяется как возможная потеря родного языка индивида. Модель трех поколений языковой ассимиляции гласит, что первое поколение делает небольшой прогресс в языковой ассимиляции, но по-прежнему доминирует на своем родном языке, второе поколение является двуязычным, а третье поколение говорит только на государственном языке.
  4. Смешанные бракиопределяется по признаку расы или этнического происхождения, а иногда и поколением. Высокое количество смешанных браков является показателем социальной интеграции, потому что она раскрывает интимные и глубокие отношения между людьми разных групп; смешанный брак снижает способность семей передавать своим детям последовательную национальную культуру и, таким образом, является одним из факторов ассимиляции. Хотя смешанные браки обычно рассматриваются как прочное основание, которое может стать причиной ассимиляции, оно также рассматривается как способ постепенно облегчить переход в новую культуру. Существует мнение, что пока одна группа будет придерживаться своих определенных взглядов и не вступать в брак с людьми противоположного пола коренного населения, ассимиляция будет проходить достаточно медленно.
Читайте также:  Второе поколение немецких иммигрантов, особенности и поведение

Опыт и традиции европейских прогрессивных движений

Иммигранты середины XIX в. принесли в Америку опыт и традиции 1848-1849 гг. и всех европейских прогрессивных движений, а также отчасти их кадры, и тем обогатили социальное развитие США. Прежде всего это относится и рабочему движению. Английские рабочие — англичане, шотландцы, валлийцы, ирландцы, — прошедшие работу в английской промышленности, привезли в Америку свои традиции профсоюзного движения и, отчасти, борьбы чартистов. Так, английские горняки и текстильщики перенесли опыт английских трэд-юнионов в Пенсильванию и Массачусетс. Многие стали профсоюзными организаторами. Английские рабочие играли видную роль, главным образом, в экономической борьбе американского рабочего класса, хотя Оуэн и его последователи насаждали в США социалистические колонии. Большое влияние имела в Америке французская разновидность утопического социализма. В 50-е годы в США пользовались популярностью колонии, организованные Кабэ. Но самый большой вклад в американское рабочее и социалистическое движение внесли представители немецкого рабочего класса. Они принесли в Америку передовое учение эпохи — марксизм, в распространении которого видную роль сыграли И. Вейдемейер, Ф. Зорге, деятели Клуба коммунистов и т. д. Благодаря большей идеологической зрелости и политическому опыту немецкие рабочие смогли сыграть активную роль и в экономической борьбе рабочего класса. Наряду с немецкими и другими национальными по составу профсоюзами возникали немецко-ирландские и вообще профсоюзы рабочих разного национального происхождения. В них оплавлялся воедино американский рабочий класс, в этом была перспектива его развития. «Объединение немецких рабочих с ирландскими, — писал Маркс в 1870 г. своим американским соратникам, — разумеется, также и с теми английскими и американскими рабочими, которые на это согласятся — такова важнейшая задача, которую вы можете теперь осуществить».

Таким образом, европейские иммигранты, влившиеся в рабочий класс США, обогатили его. Опытные кадры рабочего движения, большая классовая сознательность, политическая и идеологическая зрелость, наконец, сам массовый приток новых элементов, составивших значительную долю рабочего населения, — все это, несмотря на трудности объединения рабочих, говоривших на разных языках, подняло американское рабочее движение на новую ступень, результаты чего сказались сразу после гражданской войны.

Некоторые американские буржуазные исследователи утверждают, что иммигранты составляли консервативный элемент американского населения. Это предвзято и фактически неверно, причем классовые различия иммигрантов здесь игнорируются. О роли иммигрантов в рабочем движении говорилось уже выше. В подавляющей своей части, в большей, чем местные уроженцы, иммигранты принадлежали к трудовым слоям — рабочему классу, фермерству, ремесленникам. Фермеры же, не говоря о рабочем классе, были кровно заинтересованы в победе буржуазно-демократической революции. Из этого вытекала их политическая ориентация в рассматриваемый период. По самому своему положению иммигранты не могли быть сторонниками рабства. Если раньше они, как правило, поддерживали левых демократов, слывших защитниками иммигрантов и вообще простого люда, то когда в 50-х годах демократическая партия целиком стала орудием рабовладельцев, они массами стали покидать ее. Сенатор-демократ Адамс сетовал: «Все воспитание иностранцев и их предубеждения, когда они приезжают в нашу страну, — против института рабства; все, что они слышат на Севере, лишь подтверждает это предубеждение и укрепляет их во вражде к Югу; и в таком состязании, какое я предположил между демократами и республиканцами, я не сомневаюсь, девять десятых будут голосовать за республиканский список». Сенатор оказался прав. Самый разительный пример перехода к республиканской партии, возникшей в тот период как центр антирабовладельческих сил, дало немецкое население. Такой же путь проделали норвежцы и шведы. Республиканскую партию поддерживали валлийцы и другие иммигрантские национальности. В гораздо меньшей мере это относилось к ирландцам, среди которых сильно было влияние католической церкви и реакционной национальной верхушки.

Иммигрантское население и в дальнейшем демонстрировало свою приверженность к делу Союза. Когда, например, в середине 1862 г. планы англо-французской интервенции стали реальной угрозой, нью-йоркские французы организованно протестовали против этих планов. Развитию буржуазно-демократической революции и переходу гражданской войны на революционный этап способствовал, как указывает У.3. Фостер, «нажим, оказанный беглыми рабочими — особенно иммигрантами».

Опыт и традиции европейских прогрессивных движений

Иммигранты середины XIX в. принесли в Америку опыт и традиции 1848-1849 гг. и всех европейских прогрессивных движений, а также отчасти их кадры, и тем обогатили социальное развитие США. Прежде всего это относится и рабочему движению. Английские рабочие — англичане, шотландцы, валлийцы, ирландцы, — прошедшие работу в английской промышленности, привезли в Америку свои традиции профсоюзного движения и, отчасти, борьбы чартистов. Так, английские горняки и текстильщики перенесли опыт английских трэд-юнионов в Пенсильванию и Массачусетс. Многие стали профсоюзными организаторами. Английские рабочие играли видную роль, главным образом, в экономической борьбе американского рабочего класса, хотя Оуэн и его последователи насаждали в США социалистические колонии. Большое влияние имела в Америке французская разновидность утопического социализма. В 50-е годы в США пользовались популярностью колонии, организованные Кабэ. Но самый большой вклад в американское рабочее и социалистическое движение внесли представители немецкого рабочего класса. Они принесли в Америку передовое учение эпохи — марксизм, в распространении которого видную роль сыграли И. Вейдемейер, Ф. Зорге, деятели Клуба коммунистов и т. д. Благодаря большей идеологической зрелости и политическому опыту немецкие рабочие смогли сыграть активную роль и в экономической борьбе рабочего класса. Наряду с немецкими и другими национальными по составу профсоюзами возникали немецко-ирландские и вообще профсоюзы рабочих разного национального происхождения. В них оплавлялся воедино американский рабочий класс, в этом была перспектива его развития. «Объединение немецких рабочих с ирландскими, — писал Маркс в 1870 г. своим американским соратникам, — разумеется, также и с теми английскими и американскими рабочими, которые на это согласятся — такова важнейшая задача, которую вы можете теперь осуществить».

Таким образом, европейские иммигранты, влившиеся в рабочий класс США, обогатили его. Опытные кадры рабочего движения, большая классовая сознательность, политическая и идеологическая зрелость, наконец, сам массовый приток новых элементов, составивших значительную долю рабочего населения, — все это, несмотря на трудности объединения рабочих, говоривших на разных языках, подняло американское рабочее движение на новую ступень, результаты чего сказались сразу после гражданской войны.

Некоторые американские буржуазные исследователи утверждают, что иммигранты составляли консервативный элемент американского населения. Это предвзято и фактически неверно, причем классовые различия иммигрантов здесь игнорируются. О роли иммигрантов в рабочем движении говорилось уже выше. В подавляющей своей части, в большей, чем местные уроженцы, иммигранты принадлежали к трудовым слоям — рабочему классу, фермерству, ремесленникам. Фермеры же, не говоря о рабочем классе, были кровно заинтересованы в победе буржуазно-демократической революции. Из этого вытекала их политическая ориентация в рассматриваемый период. По самому своему положению иммигранты не могли быть сторонниками рабства. Если раньше они, как правило, поддерживали левых демократов, слывших защитниками иммигрантов и вообще простого люда, то когда в 50-х годах демократическая партия целиком стала орудием рабовладельцев, они массами стали покидать ее. Сенатор-демократ Адамс сетовал: «Все воспитание иностранцев и их предубеждения, когда они приезжают в нашу страну, — против института рабства; все, что они слышат на Севере, лишь подтверждает это предубеждение и укрепляет их во вражде к Югу; и в таком состязании, какое я предположил между демократами и республиканцами, я не сомневаюсь, девять десятых будут голосовать за республиканский список». Сенатор оказался прав. Самый разительный пример перехода к республиканской партии, возникшей в тот период как центр антирабовладельческих сил, дало немецкое население. Такой же путь проделали норвежцы и шведы. Республиканскую партию поддерживали валлийцы и другие иммигрантские национальности. В гораздо меньшей мере это относилось к ирландцам, среди которых сильно было влияние католической церкви и реакционной национальной верхушки.

Иммигрантское население и в дальнейшем демонстрировало свою приверженность к делу Союза. Когда, например, в середине 1862 г. планы англо-французской интервенции стали реальной угрозой, нью-йоркские французы организованно протестовали против этих планов. Развитию буржуазно-демократической революции и переходу гражданской войны на революционный этап способствовал, как указывает У.3. Фостер, «нажим, оказанный беглыми рабочими — особенно иммигрантами».

Политическая роль иммигрантов в США, включая выборы

Проблема иммиграции с давних пор составляет неотъемлемую часть политических дебатов в Соединенных Штатах. Иммиграционная реформа – один из самых спорных вопросов в современной Америке. Однако, нужно отметить, что данная проблема не остается лишь внутри политической сферы, поскольку в ее обсуждении активнейшее участие принимают и обычные американцы.

По мнению исследовательского центра Pew Research Center, отношение общественности к иммигрантам стало более позитивным с середины 1990-х годов. В результате опроса, проведенного среди взрослых американцев в 2018 году, выяснилось, что по мнению половины из них (51%) иммигранты способствуют укреплению США благодаря своему таланту и выполнению тяжелой работы, в то время как остальная часть (41%) заявили, что иммигранты приносят больше проблем, чем выгоды, поскольку, как утверждают коренные жители: “они (иммигранты) занимают наши рабочие места, жилье и создают дополнительную нагрузку на систему здравоохранения”. Конечно, для того, чтобы понять отношение американцев к вновь прибывшим иностранцам, необходимо рассмотреть различные аспекты, влияющие на их мнение, а именно: возраст, этническую и партийную принадлежность.

Во-первых, мнения в отношении иммигрантов ярко отличаются среди разных поколений. Так, 68% молодых людей (в возрасте от 18 до 29 лет) считают, что иммигранты, приезжающие в США, укрепляют страну, в то время как 19% говорят, что они угрожают традиционным американским обычаям и ценностям. Напротив, только 36% пожилых людей (в возрасте 65 лет и старше), имеющих более консервативные взгляды, признают пользу от новичков, в то время как почти половина (44%) видят в них угрозу. Примечательно, что 12% пожилых людей не имеют мнения по этому вопросу.

Во-вторых, американское отношение к иммигрантам также сильно различается по признаку расы и этнической принадлежности. По меньшей мере 70% латиноамериканцев считают, что иммигранты являются преимуществом для американского общества. Большинство (56%) чернокожих американцев также подтверждают их позитивное влияние на развитие США. Что касается белых американцев, то их мнения разделились поровну – на тех, кто одобряет и критикует поток иммигрантов.

Наконец, основные разногласия по поводу иммиграционной политики возникают, как правило, между представителями двух главных политических партий: Республиканской и Демократической. На противостояние партий по иммиграционному вопросу наглядно указывают следующие данные: большинство (53%) республиканцев полагают, что иммигранты представляют угрозу традиционным американским обычаям и ценностям. Напротив, большинство демократов (63%) утверждают, что переселенцы из других стран укрепляют американское общество.

Конечно, одни лишь статистические данные не способны показать четкой картины. Тем не менее, они дают ясное понимание того, что прийти к консенсусу в данной проблеме будет сложно. Известный американский психолог Тодд Джонсон, занимающийся всесторонним исследованием отношений между коренными жителями США и новоприбывшими иностранцами, сделал вывод, согласно которому между этими категориями людей никогда не будет по-настоящему добрых отношений. Он утверждает: “Наше государство постоянно борется с дискриминацией, ратуя за свободу и равноправие, но ненависть к иммигрантам растёт всё сильнее. К сожалению, об отношении к иммигрантам в США мы привыкли судить по примеру Калифорнии и Нью-Йорка. Но эти два штата не являются всей Америкой”. Психолог также описывает множество случаев когда американцы, хоть и не нарушая закон, постепенно вынуждали иммигрантов покидать их города и дома. В качестве примера он приводит случай, произошедший с иммигрантом из Филиппин Мигелем Бардером, вынужденным поменять место жительства из-за недоброжелательного отношения соседей. Обращаясь к властям комьюнити, Бардер рассказывал: “Я устал от этого немого спектакля. Местные жители делают всё возможное, чтобы человек с азиатской внешностью уехал от них подальше. Это напоминает глупый заговор, суть которого понятна только мне. Прощайте”.

Еще одним подтверждением того, что жители США не готовы радушно принимать иммигрантов, является одобрение достаточно большим количеством людей статьи, выпущенной одним известным американским блогером, который пишет о бедах, приносимых иммигрантами населению Соединенных Штатов: “Реальность такова, что иммиграция серьезно вредит среднему классу и экономике США. Из-за нелегальной иммиграции каждый день заработная плата теряется, налоги не собираются, больницы предоставляют “бесплатную медицинскую помощь”, за которую иммигранты никогда не расплачиваются, огромные преступные группировки иностранцев перемещаются по нашим улицам и обременяют государственные и местные органы власти”.

Читайте также:  Бунты студентов в университетах США, хиппи и смена идеалов

Таким образом, несмотря на значительное количество американских граждан, которые яростно отстаивают позицию изгнания из страны иммигрантов, почти три четверти (74%) населения уверены, что эта категория людей не наносит урон американскому обществу, и готовы признать в них равных себе граждан, если те в свою очередь будут отвечать определенным требованиям. Примечательно, что даже среди американцев, которые считают, что иммигранты представляют угрозу американской культуре, большинство все же склоняются к предоставлению им постоянного правового статуса, нежели к депортации.

Еще одним подтверждением того, что жители США не готовы радушно принимать иммигрантов, является одобрение достаточно большим количеством людей статьи, выпущенной одним известным американским блогером, который пишет о бедах, приносимых иммигрантами населению Соединенных Штатов: “Реальность такова, что иммиграция серьезно вредит среднему классу и экономике США. Из-за нелегальной иммиграции каждый день заработная плата теряется, налоги не собираются, больницы предоставляют “бесплатную медицинскую помощь”, за которую иммигранты никогда не расплачиваются, огромные преступные группировки иностранцев перемещаются по нашим улицам и обременяют государственные и местные органы власти”.

Республиканская партия

В своей предвыборной кампании республиканцы заявляют, что иммиграционная система должна быть выстроена таким образом, чтобы служить интересам и защищать права американских рабочих, как граждан США, так и легальных иммигрантов. Ведь на протяжении существования США легальные иммигранты привносили большой вклад в развитие всех сфер американской жизни, в частности их труд всегда способствовал процветанию американской экономики. Республиканцы: «Мы выражаем огромную благодарность тысячам вновь прибывшим легальным иммигрантам, в том числе и тем, кто еще не получил американское гражданство, но служит в вооруженных силах США и службах оперативного реагирования. В ответ на их чувство патриотизма мы должны радушно принять их в ряды американских граждан и помочь им успешно интегрироваться в американское общество. Мы также благодарны всем легальным иммигрантам, которые не перестают делать свой вклад в развитие американского общества. Исходя из этого, мы выступаем за сохранность родных языков легальных иммигрантов и поддержание статуса английского языка в качестве официального, который является тем самым объединяющим звеном, необходимым для развития иммигрантских сообществ и американской нации как единого целого».

Республиканцы крайне негативно высказываются в адрес действующего президента Барака Обамы, обвиняя его в использовании дискреционных полномочий по предоставлению амнистии приблизительно 5 миллионам нелегальных иммигрантов в 2012 и 2014 гг., что согласно заявлениям республиканцев, является грубым нарушением федерального закона, и в присвоении властных полномочий Конгресса, изложенных в Первой статье Конституции США.

Большую популярность среди населения завоевывает одобренный на партийном съезде Республиканской партии кандидат в президенты Д. Трамп. Его заявления по поводу как легальной, так и нелегальной иммиграции находят большой отклик у той немаленькой части населения, которая приходит в ужас от беспрецедентных по своему масштабу потоков беженцев в США, которые не проходят соответствующую проверку на предмет состояния в террористических организациях. Многих американских граждан не устраивает то, что ныне действующая власть не предпринимает никаких мер по ограничению подобного рода иммиграции. Согласно результатам опросов социологической службы Гэллап, проведенных осенью 2015 года, 60% респондентов отнесли вопрос иммиграции к ключевым проблемам президентской кампании 2016 года. Это и неудивительно, так как ведь стремительно увеличивающиеся иммиграционные потоки оказывают значительное негативное влияние на все сферы жизни американского общества, включая проблемы национальной безопасности, преступности и общественной безопасности, уровня заработной платы и занятости, налоговой политики, образования, здравоохранения, наркозависимости и окружающей среды.

Фото: Richard Drew / AP

«Все иммигранты – преступные элементы», – утверждает республиканец Д. Трамп. В связи с этим, республиканцы выступают противниками предоставления законного статуса «нелегалам» и обещают, что сразу же после вступления Д. Трампа на пост президента, все процессы по амнистии прекратятся. «В нынешнюю эпоху терроризма, наркотрафика, незаконной торговлей оружием и людьми присутствие в стране миллионов нелегальных иммигрантов угрожает безопасности американского общества и суверенитету США. Наш главный приоритет – обеспечить безопасность наших сухопутных и морских границ и строго следить за исполнением иммиграционного законодательства.» В качестве принятия мер по обеспечению безопасности границ республиканцы предлагают построить стену на всем протяжении границы с Мексикой. В течение многих лет власти Мексики получали выгоду от поддержки нелегальной иммиграции в США. Они даже публиковали брошюры о том, как можно незаконно иммигрировать в США, что, безусловно, негативно сказывалось на американской экономике и ухудшало криминогенную ситуацию в стране. Мексиканским властям Дональд Трамп предлагает «искупить свою вину» путем строительства стены на границы за свой счет. «Стоимость строительства стены ничтожно мала по сравнению с тем, какие убытки ежегодно несут американские налогоплательщики вследствие притока нелегальных мексиканцев, − говорит Трамп. – Мексика должна заплатить за стену, а пока руководство страны этого не делает, правительство США должно задерживать все денежные переводы нелегальных иммигрантов, увеличивать пошлины на выдачу временных виз руководителям мексиканских предприятий и мексиканским дипломатам, увеличивать пошлины на выдачу пропускных пограничных карт (которые ежегодно получает примерно один миллион мексиканцев) и повышать пошлины на выдачу рабочих виз для мексиканцев в рамках НАФТА».

Республиканцы выступают за повсеместное использование программы E-Verify – система, имеющая доступ в интернет, которая позволяет отслеживать законность статуса иммигранта при трудоустройстве – с целью обеспечения работой только легальных иммигрантов. Также республиканцы выступают в поддержку имплементации программы SAVE (Systematic Alien Verification for Entitlements), призванной следить за тем, чтобы бюджетные средства не выделялись лицам, незаконно проживающим на территории страны.

Любые преступления, связанные с хищением персональных данных, подделкой документов и торговлей людьми, должны быть жестко наказуемы. Министерство внутренней безопасности должно задерживать нелегальных иммигрантов, нарушающих закон, и незамедлительно депортировать их на родину. Все «нелегалы» ранее депортированные, но вновь прибывшие в США и нарушившие закон, должны подвергаться минимальной мере наказания, а именно пятилетнему сроку тюремного заключения.

Иммиграционная реформа должна контролировать выдачу неиммиграционных виз, в частности, рабочих, с целью избежать мошенничество, повысить эффективность процесса и удостовериться, что привлечение иностранных работников отвечает интересам национальной экономики. В условиях высокого уровня безработицы в США республиканцы предлагают ограничить предоставление статуса законного постоянного жителя одним миллионом реципиентом в год.

Верховный Суд США постановил, что нелегальную иммиграцию можно пресекать на уровне штатов. Республиканцы поддерживают права штатов принимать законы о мерах, предотвращающих проживание нелегальных иммигрантов на территориях этих штатов.

США всегда служили хорошим убежищем для беженцев. Так и должно продолжаться, однако республиканцы предлагают внести существенные корректировки: убежище должно предоставляться только лицам, подвергающимся политическим, расовым и религиозным преследованиям. В целях обеспечения национальной безопасности, беженцы, не прошедшие полную проверку не должны допускаться в страну, особенно выходцы из стран – «рассадников» терроризма.

Фото: lenta.ru

Этнический капитал власти

После Второй мировой войны финансы Джона Рокфеллера-младшего помогли избранию и переизбранию более 40 конгрессменов, 13 сенаторов и 8 губернаторов. Значительную поддержку от богатых немецких семей получил Дуайт Эйзенхауэр — первый президент США немецкого происхождения. Примечательно, что представители влиятельного нефтяного клана в свое время приняли активное участие в становлении и развитии политической карьеры конгрессмена Говарда Баффета – отца Уоррена Баффета – одного из богатейших людей современности. Наличие этнического капитала также ускорило процесс общественно-политической интеграции немецких общин. На втором этапе возникли политические кланы, наиболее влиятельным из которых стал клан Бушей. По данным переписи населения 2016 года, свое немецкое происхождение отметили 44 млн американцев, что составляет 14% от общего населения. Таким образом, немцы, формально не соответствующие принципам «англоконформизма», стали неотъемлемой частью национального ядра-элиты.

Второй по величине этнический капитал Америки создали выходцы из Голландии. В отличие от немцев, голландцы во всем подражали англичанам, завидовали их успеху, способностям, материальному и социальному комфорту. При этом они стремились сохранить свою идентичность, формируя компактные общины по всей стране. Голландцы гордились тем, что их соотечественник Джон Джей был в числе отцов-основателей и первым председателем Верховного суда США. Они использовали имеющийся политический капитал для масштабного проникновения в «англоконформистское ядро». На протяжении многих десятилетий голландские кланы обладали монополией в различных торгово-экономических сферах.

Корнелиус Вандербильт — основатель первого крупного голландского клана в США — создал крупнейшие на то время логистические компании по межконтинентальным перевозкам. Его состояние оценивалось в 100 млн долларов (143 млрд в пересчете на сегодняшний день). Вандербильты поддерживали тесную связь со страной — происхождения и выделяли большие средства на нужды своих общин. Другой успешный голландский клан — Ван Ренсселаеры. Они сыграли ключевую роль в развитии тяжелой индустрии и цветной металлургии. На финансы «голландской двойки» Вандербильтов и Ренсселаеров строились целые города и осуществлялись крупные инфраструктурные проекты — мосты, железные дороги, заводы и фабрики, фермерские цеха и т.д. Корнелиус Вандербильт и Стивен Ван Ренсселаер были близкими друзьями дипломата голландского происхождения Мартина Ван Бюрена и способствовали его победе на президентских выборах.

Традиция помощи политикам-соотечественникам продолжалась на протяжении многих десятилетий. Так, представители этих кланов профинансировали избирательную кампанию 32-го президента Франклина Делано Рузвельта — потомка влиятельного голландского бизнесмена Джеймса Рузвельта. Как и в случае с немцами, значительная часть голландского капитала была сохранена в своей этнической среде. Лидеры кланов передавали активы своим соотечественникам и оказывали им финансовую и политическую поддержку.

Например, стремительный рост голландской семьи Кох был напрямую связан с протекторатом семьи Ренсселаеров. Гарри Кох, находившийся в дружеских отношениях с президентом Рузвельтом, основал мультинациональную компанию «Koch Industries», управление которой передается из поколения в поколение. Сегодня ею руководят его внуки — Чарльз и Дэвид Кохи, обладающие состоянием в 97 млрд долларов. Будучи преемниками Вандербильтов и Ренсселаеров, Кохи поддерживают общинные организации и участвуют в глобальных политических процессах, финансируя политиков-либертарианцев по всему миру.

Традиция помощи политикам-соотечественникам продолжалась на протяжении многих десятилетий. Так, представители этих кланов профинансировали избирательную кампанию 32-го президента Франклина Делано Рузвельта — потомка влиятельного голландского бизнесмена Джеймса Рузвельта. Как и в случае с немцами, значительная часть голландского капитала была сохранена в своей этнической среде. Лидеры кланов передавали активы своим соотечественникам и оказывали им финансовую и политическую поддержку.

Политика

В 2016 году около 27% иммигрантов имели постоянный вид на жительство, а 5% —временный. Еще 24% всех иммигрантов были незаконными. С 1990 по 2007 год численность нелегальных иммигрантов увеличилась втрое — с 3,5 миллионов до рекордно высокого уровня в 12,2 миллиона. Во время Великой рецессии их число сократилось на 1 миллион и с тех пор выровнялось. В 2016 году в США насчитывалось 10,7 миллионов нелегальных иммигрантов, что составляет 3,3% населения страны.

Выборы в США: политические и экономические последствия и прогнозы

1. Оценка ситуации.*

Сценарии развития событий в США на предвыборный период, их влияние на результаты выборов и последующий ход событий (ноябрь 2020 – март 2021 года) обусловлены расколом американского электората практически пополам. Эти равные доли образовались ещё со времён противостояния А.Гор – Д.Буш-младший, но надпартийные механизмы согласования не позволяли развиться публичному конфликту между двумя правящими американскими партиями и уничтожить двухпартийный консенсус по вопросу границ допустимого в межпартийной борьбе.

Феномен Д. Трампа показал, что сейчас прежний консенсус относительно правил и пределов допустимого соперничества уничтожен. У обеих сторон – демократов и республиканцев – возник позиционный тупик, где решающими станут самые неконвенционные способы борьбы.

На первое место выходит борьба за легитимацию способов голосования и подсчёта голосов, прежде считавшихся недопустимыми из-за возможности фальсификаций. Если прежде итоги выборов с разницей голосов в несколько процентных пунктов приводили к сговору по поводу условий и сроков поочерёдного правления, то теперь это повод для организации уличных столкновений.

Противостояние демократов и республиканцев в США включает в себя публичный и непубличный аспекты. Публичный аспект – это конкуренция предвыборных программ. Непубличный – это набор методов провоцирования политического кризиса с последующим государственным переворотом, каковым является силовой захват власти демократами в случае проигрыша Трампу с незначительным перевесом последнего.

Доля публичного компонента сокращается, доля непубличного увеличивается и составляет на июль-август 2020 года более половины предвыборного арсенала демократов с тенденцией дальнейшего увеличения за счёт сужения публичного компонента.

Проблема в том, что в конкуренции программ имеется сфера сближения позиций конкурентов вплоть до полного исчезновения разницы в их подходах. Основными программными блоками в обеих партиях являются иммиграционная политика, проблема Китая, отношения с союзниками и правила международной торговли.

Внешнеэкономический блок у демократов остался неконсолидированным, и потому согласованной платформы в этой области у них не существует. Есть лишь план Байдена в его программе «Пример «Сила Америки»: план Байдена по лидерству в демократическом мире для решения задач XXI века», который требует сохранения норм ВТО и отказа от выхода из международных организаций, так как они означают лидерство США. Есть констатация того, что Трамп своими действиями отталкивает союзников США и разрушает притягательность их имиджа.

Читайте также:  Итальянская интеллигенция в США, занятость и профессии

По вопросу противостояния Китаю в США существует консенсус элит и общества, но демократы считают, что тарифная война и санкции в отношении ЕС лишь усиливают Китай и отталкивают ближайших американских союзников. Торговые санкции Трампа к Китаю в США поддерживают больше половины населения. Но демократы в этом вопросе отделяют свою позицию, отвергая протекционизм. Они апеллируют к левому сегменту, утверждая, что политика республиканцев усиливает корпорации, но ослабляет американских рабочих.

Протекционизм, по мнению демократов, сокращает в США рабочие места и ведёт к понижению зарплаты, так как издержки в США выше, чем в Китае. Демократы считают, что силовые действия Трампа в отношении ЕС и Китая ведут к риску укрепления двусторонних соглашений вассалов и главного конкурента с понижением роли США в Евразии.

Однако позиции Байдена и Трампа сближаются в области неготовности к компромиссам с вассалами. Если Трамп требует раскрытия европейских рынков для США с применением элементов тарифной войны, то Байден и вовсе требует от европейцев односторонних уступок и возвращения к Трансатлантическому партнерству (ТАП). Трамп давит на ЕС методом силового и тарифного принуждения, а Байден через вовлечение в трансатлантические торговые союзы по правилам США и экологические претензии.

В отношении миграционной политики Байден критикует Трампа за высылку иммигрантов с разделением детей и родителей перед окончанием учебного года в школе. Иммиграционная тема – пункт принципиальных расхождений между Трампом и Байденом. Трамп требует ужесточения иммиграционной политики, а Байден – её либерализации.

В отношении иранской ядерной сделки между Байденом и Трампом существуют резкие разногласия. Демократы требуют сохранения условий сделки и осуждают Трампа за выход из неё. Трамп обвиняется в некомпетентности и импульсивности, а его прогноз о том, что выход из сделки сдержит Иран, оказался ошибочным.

В отношении Северной Кореи и Афганистана у Трампа и Байдена позиции совпадают. Ким Чен Ын называется бандитом. Вывод войск из Афганистана признаётся правильным, Байден предлагал это ещё в 2009 году. Планы пресечения повстанческого движения в Афганистане признаны ошибочными, так как соединить расколотую страну невозможно. Затраты на пребывание войск в Афганистане не оправданы.

В отношении Израиля Байден считает ошибкой захват палестинских земель и легализацию этого захвата. И для США, и для Израиля это движение в неправильном направлении.

В отношении Саудовской Аравии Байден предлагает жёстко заставить саудовское правительство принять власть Вашингтона, для чего прекратить продажу оружия и превратить саудитов в изгоев. Их политика признана «не имеющей социальной искупительной ценности», и Байден требует заставить саудитов заплатить за неподчинение высокую цену.

2. Постановка проблемы.

Проблема сути политического конфликта между демократами и республиканцами состоит в разных подходах по удержанию мирового господства в условиях выравнивания эконмических и военно-политических потенциалов государств-вассалов и конкурентов США.

Прежняя модель глобализации, выстроенная в целях односторонних преимуществ США, привела к адаптации к этим условиям американской имперской периферии, ставшей способной бросить ввозов американскому глобальному господству.

Конфликт в правящем классе США по поводу методов исправления ситуации объективен в силу укоренения разных элитных групп в разных моделях извлечения прибыли, одни из которых вошли в противоречие с другими. Американский элитный консенсус по вопросу наиболее эффективных способов удержания мирового господства более невозможен.

Для Европы любой исход американских выборов сулит обострение конфликта с США. В центр американской внешнеполитической повестки поставлен вопрос справедливости – так, как это видят демократы и республиканцы. В случае избрания Трампа или Байдена президентами США агрессивный курс в отношении ЕС будет продолжен. Разница лишь в том, что Трамп раскалывает старые американские коалиции и стремится к двусторонним контактам с европейскими странами, а Байден стремится загнать их в единую коалицию под эгидой США.

Трамп хочет переформатировать ВТО с превращением её в антикитайский форпост. Байден будет стремиться к возвращению к обамовской идее Трансатлантического партнёрства в отношении ЕС, а идею Транстихоокеанского партнёрства в прежнем виде реализовывать не хочет.

Вместо этого он настаивает на расширении этого формата до объединения стран тихоокеанского региона, Северной и Южной Америки против Китая. Любой исход американских выборов сулит ЕС и Китаю усиление давления в сторону поглощения и подчинения.

Обоснованием такой политики служит тезис о несправедливости сложившихся правил торговли. Трамп сосредоточен на том, чтобы вторая фаза согласований с Китаем строилась вокруг темы интеллектуальной собственности, обмена технологиями и торговли услугами. В Европу и Бразилию США стремятся проникнуть на рынки углеводородов и сельхозпродукции.

Байден заявляет открыто, что отныне в США приоритет свободной торговли снят и заменён приоритетом честной торговли. Это означает, что США требуют монопольного права на трактовку того, что является честным в мировой торговле. По факту это навязывание американской юрисдикции, ограничение эконмического и политического суверенитета всех прочих стран и открытое стремление определять единолично правила торговли.

Для обеспечения единства вассалов и консолидации их вокруг США против конкурентов Байден стремится использовать НАТО. Его предвыборный лозунг заключается в том, что если Трамп будет переизбран, НАТО не будет.

«Мы не должны относиться к НАТО как к защитной ракете, как мы это делаем сейчас» – говорит Байден, по сути, объявляя НАТО не только военной, но прежде всего политической удавкой для навязывания своих торговых интересов. Если раньше это не признавалось, то теперь об этом говорится открыто. НАТО – это инструмент навязывания вассалам и союзникам торговых правил в пользу США. Военный мотив существования НАТО стал второстепенным.

Для оправдания НАТО Байден называет его единственным самым значительным союзом в мировой истории и основой мира и стабильности в последние 70 лет, сердцем коллективной безопасности. Заявлено, что это основа, на которой Соединенные Штаты могут выполнять свои обязанности и в других частях света. По сути, это обещание ЕС и дальше выполнять функции защиты, а также обозначение стремления к глобальной экспансии минуя институты ООН.

Однако ЕС понимает эти тезисы как удушающие объятия, за которыми последует асфиксия экономики и превращение в фактическую колонию США. Курс ЕС на формирование собственного оборонного союза будет набирать обороты. Впервые обозначена чёткая и растущая трещина между глобальными стратегическими целями ЕС и США. Для усиления силового плеча в отношении ядра старой Европы США стремительно накачивают Польшу политическим и углеводородным ресурсом.

В случае победы Байдена экологическая повестка встанет в ряд основных рычагов давления на конкурентов. Угрозу экологии Байден объявил экзистенциальной. Он заявил, что в случае победы на выборах пойдёт значительно дальше Парижского протокола, заставив каждую крупную страну сделать центром экономической политики зелёные технологии.

Это означает принуждение к ведению более дорогих способов генерации, что сделает американский СПГ конкурентоспособным по сравнению с российским трубопроводным газом. Сопротивление Франции, принципиально защищающей атомную генерацию, в этом направлении гарантировано, что повлечёт толчок к сближению франко-русских позиций в Европе в отношении к США. Однако появится почва для усиления разногласий между Германией и Францией, на чём непременно сыграют США.

В области экологии Байден считает, что США – это 15% всей проблемы выбросов, а 80-85% приходится на весть остальной мир. Так легитимизировано стремление США вмешиваться в энергетический суверенитет крупных стран, являющихся для США или конкурентами, или неиспользованным ресурсом.

Игра на повышение цены энергии влечёт падение спроса в странах-покупателях российских углеводородов, а так же снижение их общей покупательской способности. Их развитие замедлится, что скажется на инвестициях и технологическом трансфере с Россией.

В отношении к России Байден декларирует продолжение усиления давления. Основные направления – военное, финансовое, энергетическое и медийное принуждение, а так же активизация войны в кибер-простарнстве.

3. Выводы

1. Кризис перепроизводства, переросший в системный кризис либеральной глобалистской модели англосаксонского цивилизационного доминирования, расколол прежде единую систему «метрополия – колонии» с центром в США и периферией в виде всего прочего мира. Теперь США вынуждены стремиться к инкорпорированию даже тех стран, которые прежде считались незначительными и их не включали в систему союзных отношений.

2. Осевой принцип нынешнего конфликта «мировой центр – мировая периферия» строится по линии «господство – подчинение». Это признак начавшегося перетекания силового ресурса от центра к периферии, называемого крахом однополярного мира.

3. США погружается в расширяющуюся воронку конфликтов, где наращивание их количества угрожает перейти в качественные изменения расклада сил. Так к конфликту США с Россией и Китаем добавился растущий конфликт с ЕС и серьёзная угроза конфликта с еврейским лобби, вызванного отрицательной позицией демократов США к израильским планам аннексии Палестины, для чего, по мнению израильтян, открывается уникальная историческая возможность. В случае победы Байдена отношения Израиля с США будут подвергнуты риску ухудшения. В сумме с другими конфликтами для США это может иметь роковое значение.

4. В Европе под влиянием давления США форсируется раскол в ЕС по линии Западной и Восточной Европы. Угроза раскола ЕС приводит к интенсификации усилий ФРГ за обретение статуса лидера ЕС в союзе с Францией и Австрией против Польши и Прибалтики. ЕС превращается в зону, поделённую на сектора американо-британского и германо-французского господства. Тем самым усиливается внутриблоковая конкуренция западных держав, включившихся в пердел рынков сбыта и зон добычи сырья.

5. Политический конфликт США и ЕС является конфликтом с нулевой сумой. Их интересы расходятся и становится диаметрально противоположны. Победа одной стороны означает поражение другой. Это означает, что в любом случае в период с ноября 2020 по март 2021 года в США будет складываться стратегия усиления давления на ЕС и консолидацию антироссийских и антикитайских союзов, где различия в подходах к России и Китаю будут устранены.

6. Возникает почва для ситуативных союзов между Россий, ЕС и Китаем с направленностью на противостояние американской стратегии удержания и усиления доминирования.

7. НАТО при любом исходе выборов в США оказывается перед лицом угрозы беспрецедентного кризиса. Любой американский президент будет использовать НАТО не для защиты ЕС от России и Китая, а для шантажа и давления в сторону утраты экономического суверенитета.

8. Если победит Трамп, то для предотвращения распада так называемой «трансатлантической солидарности» ему придётся включить в свою повестку многие требования демократов для урегулирования конфликта в рамках элитарной модели англосаксонской демократии, предусматривающей интегрирование членов сообщества, а не их разъединение.

Однако, скорее всего, Трамп продолжит свою линию на агрессивное подчинение европейских стран своим требованиям, что, с большой вероятностью, приведет к распаду НАТО и оформлению на его базе двух военно-политических блоков.

9. Возможность использования силовых ресурсов как средства разрешения конфликтов в США и за их пределами существенно возрастает. Этот тренд усилится в начала 2021 года.

10. На Ближнем Востоке у США возникает зона сплошного конфликта.

11. Политический процесс в США развивается по линии восхождения от конфликта предпочтений через конфликт интересов к конфликту ценностей. Подобные конфликты уже не имеют косинусных решений, но имеют большой потенциал для эскалации. Именно эта эскалация происходит в США сейчас и продолжится в ближайшее полугодие.

* – публикуются фрагменты Доклада Института Русских стратегий

Обоснованием такой политики служит тезис о несправедливости сложившихся правил торговли. Трамп сосредоточен на том, чтобы вторая фаза согласований с Китаем строилась вокруг темы интеллектуальной собственности, обмена технологиями и торговли услугами. В Европу и Бразилию США стремятся проникнуть на рынки углеводородов и сельхозпродукции.

2. Конституция, которая превыше всего

Как и у любой другой демократии, главным документом в США является конституция. Её текст был составлен в 1787 году, ратифицирован первыми тринадцатью штатами с 1788-го по 1790-й годы и считается первым подобным законодательным актом в новейшей истории.

Главное, что нужно знать об американской конституции, — это заложенный в неё принцип «сдержек и противовесов» или, иными словами, разделения властей — законодательной, исполнительной и судебной.

Документ составлен таким образом, чтобы предотвратить чрезмерное усиление одной из частей политической системы и обеспечить общую стабильность государства. Самой известной частью текста Конституции США стали слова преамбулы — «We the People» («Мы, народ»).

В 2004 году Джордж Буш-младший в качестве кандидата пять раз посетил небольшой колеблющийся штат и ни разу при этом не посетил крупный Нью-Йорк, проведя 30 встреч с избирателями там, где его перевес был минимальным. В 2011 году Барак Обама побил этот рекорд. Он посетил колеблющиеся штаты более 45 раз, проведя там 58 мероприятий.

Демократия в США – это, по сути, тоталитарная религия

МИХАИЛ ЛЕОНТЬЕВ: «Америка всегда была, особенно «демократская» Америка, очень идеологизированной. Это тоталитарная либеральная религия, по сути. У неё есть одно общее, что связывает её с поздним марксизм-ленинизмом, у этой идеологии – это крайнее убожество».

Для победы на выборах кандидат должен набрать 270 голосов выборщиков. Это не так сложно: в Штатах действует правило «победитель забирает всё». То есть 50% + 1 голос обеспечивает поддержку на все 100%. Проще говоря, если в Калифорнии за кандидата проголосуют 28 выборщиков, ему зачитают все 55 голосов. Таким образом 2 из 5 последних выборов выиграл кандидат, за которого проголосовало меньшинство жителей страны.

Ссылка на основную публикацию