Рабочий класс в США и деятельность профсоюзов

38. Рабочее, профсоюзное, фермерское и социалистическое движение в сша.

Положение рабочего класса и начало рабочего движения в США. Рабочие партии конца 20-х и в 30-х годах XIX в. Промыш­ленный переворот на Севере сопровождался ростом фабричного пролетариата и усилением его эксплуатации. Особенно тяжелым было положение рабочих в густонаселенных северо-восточных районах. Рабочий день в 20—30-х годах длился в среднем 12,5 ча­сов, а зарплата взрослого рабочего составляла 1 доллар в день. Десятки тысяч рабочих, ремесленников и бедных ферме­ров ежегодно попадали в тюрьму за долги.

Особенно тяжелым было положение рабочих-иммигрантов — ирландцев, англичан, немцев.

С конца 20-х годов усилилась борьба рабочих за улучшение своего положения. Главными требованиями рабочих были: 10-ча­совой рабочий день, отмена ареста за долги, повышение заработ­ной платы, создание общественных школ, предоставление изби­рательных прав всему взрослому мужскому населению, наделе­ние земельными участками на Западе. Рабочие часто устраивали стачки. В конце 20-х и в 30-х годах быстро создавались многочис­ленные профсоюзы квалифицированных рабочих, строившиеся по цеховому признаку. Рост профсоюзного движения был времен­но ослаблен кризисом 1837—1842 гг. Но все же в 1842 г. Верхов­ный суд вынужден был признать за рабочими право бастовать и легализовал деятельность профсоюзов.

Первая рабочая партия была создана в 1828 г. в Филадель­фии, а затем подобные организации были основаны в Нью-Йорке и многих других городах Востока, севернее Мэриленда. С 1823 по 1834 г. под разными названиями было основано более 60 ра­бочих партий.

В 30—40-х годах среди рабочих и ремесленников США рас­пространялись идеи утопического социализма Р. Оуэна и Ш. Фу­рье. В штате Индиана в 1825 г. Р. Оуэн создал социалистическую общину «Новая Гармония».

Рабочее движение в США в 40—50-х годах.

После экономического кризиса 1837—1842 гг. в США насту­пила длительная полоса подъема рабочего движения и роста профсоюзов. К 1854 г. профсоюзы насчитывали до 200 тыс. чле­нов. Главным их требованием было введение 10-часового рабо­чего дня. В 1853—1854 гг. профсоюзы организовали несколько сот забастовок. Законодательные собрания ряда штатов вынуж­дены были принять законы о 10-часовом рабочем дне, хотя капи­талисты всячески стремились обойти эти ограничения. Среди американских рабочих сохранялась тяга к земле, к получению бесплатных земельных наделов на Западе. В 1845 г. в Нью-Йорке это требование выдвинула массовая организация рабочих «Национальная ассоциация реформ», требовавшая так­же 9-часового рабочего дня.

Виднейшим пропагандистом марксизма в США с 1851 г. был соратник Маркса немецкий иммигрант, бывший член Союза коммунистов, Иосиф Ведемейер. В 1852 г. по инициативе И. Ведемейера и Ф. Зорге в Нью-Йорке была учреж­дена первая марксистская организация в США — «Пролетарская лига». Немецкие рабочие в Нью-Йорке по настоянию Ведемейера основали «Американский рабочий союз». Была сделана попытка образовать подобный союз и из американских рабочих. Усилия Ведемейера были направлены на создание в США самостоятель­ной пролетарской партии.

В 1857 г. в Нью-Йорке был учрежден Коммунистический клуб, деятели которого были связаны с Ведемейером. В дальнейшем этот клуб вошел в I Интернационал. В том же году в Чикаго вбразовалось «Рабочее общество», пригласившее Ведемейера для редактирования своих изданий.

Орден рыцарей труда. 80-е годы явились пе­реломным моментом в истории рабочего движения США: ра­бочие впервые выступили как класс, ‘Осознавший свои особые интересы. В эти годы рабочие объединялись в основном вокруг Ордена рыцарей тру­да (ОРТ), возникшего в 1869 г. ОРТ провозгласил своей целью «освобождение рабочих от тирании корпораций и уничтожение рабства наемного труда». Систему наемного труда ОРТ наивно проектировал заменить при помощи мирных средств производ­ственными кооперативными предприятиями рабочих. Выступая против складывавшихся в то время трестов, ОРТ полагал до­биться их устранения путем выкупа у капиталистов за счет го­сударства железных дорог, телеграфной и телефонной сети и замены частной банковской системы государственными банков­скими учреждениями.

С начала 80-х гг. ОРТ стал превращаться в массовую орга­низацию. Основную массу ОРТ составляли не­квалифицированные и малоквалифицированные рабочие. В не­го принимались также негритянские рабочие, что являлось од­ной из сильнейших сторон этой организации. Местные ассамблеи ОРТ строились не по производственно­му, а по территориальному признаку. Таким образом, в одной местной организации состояли рабочие разных специальностей и разных предприятий. Популярный лозунг ОРТ — «Ущерб, нанесенный одному, касается всех»— звал к солидар­ности и единству рядов рабочего класса.

Американская федерация труда. В период фор­мирования монополистического капитализма у крупной буржу­азии появилась экономическая возможность подкупа верхних прослоек пролетариата, что привело к выделению движения привилегированных квалифицированных рабочих. Этих рабо­чих не удовлетворял ОРТ, и в 1881 г. была создана Американ­ская федерация труда (АФТ), организованная по цеховому признаку. Фе­дерация встала на путь получения уступок от капиталистов* и для проведения в жизнь своих требований предлагала рабо­чим организациям использовать мирные средства и добиваться проведения своих представителей в законодательные органы. Реакционная шовинистическая тенденция нашла свое выраже­ние в недопущении негров в профсоюзы АФТ.

Борьба за 8-часовой рабочий день. В 1885 г. АФТ призвала все рабочие организации выйти на улицу 1 мая 1886 г. и оказать поддержку стачке за 8-часовой рабочий день.

1 мая 1886 г. свыше 350 тыс. рабочих по всей стране прекра­тили работу и вышли на улицы городов, требуя введения 8-ча­сового рабочего дня. В результате первомайской стачки 1886 г. 185 тыс. рабочих добились вве­дения 8-часового рабочего дня. Кроме того, целый ряд пред­приятий сократил часы работы с 12 и 14 часов до 9 и 10. Одна­ко продолжительность труда для большинства рабочих оста­лась прежней.

Напуганная огромным подъемом движения, буржуазия орга­низовала провокацию со взрывом бомбы в Чикаго с целью раз­грома рабочих организаций. 3 мая 1886 г. полиция обстреляла мирную демонстрацию рабочих. Летом 1887 г. перед судом предстали восемь вождей чикагских рабочих, они были приговорены к смертной казни. 1 мая было провозглашено днем солидарности пролетариев всех стран.

Социалистическая рабочая партия. Пропаганду социалисти­ческих идей среди рабочих в этот период вели члены Социали­стической рабочей партии (СРП). Она оформилась в 1876 г. на основе слияния ряда социалистических организаций и групп.

СРП стремилась перенести центр тяжести социалистической пропаганды и работы с массами в область парламентской борьбы и отказывались от других форм борьбы трудящихся за улучшение своего экономического и политического положения. Сектантская позиция лидеров СРП нанесла прямой ущерб общенациональному рабочему движению, когда в 80-х гг. они фактически отказались участвовать в борьбе за 8-часовой ра­бочий день», полагая, что это было бы вмешательством в чисто тред-юнионистские дела. Отказ выступить в защиту пригово­ренных к смертной казни вождей чикагских рабочих значитель­но подорвал престиж СРП среди американских рабочих.

С начала 90-х гг. большим влиянием в среде американских социалистов стал пользоваться Даниэл де Леон, вскоре став­ший во главе руководства СРП.

Особенности развития рабочего движения в США. В целом борьба рабочих носила экономический характер. Борьба двух тенденций в рабочем движении — революционной и оппортунистической — в последней трети XIX в.

Положение фермерства. Увеличение задолженности, постепенный рост земельной ренты, поддержание высоких цен на покупаемые фермерами промышленные товары и низких цен на сельскохо­зяйственные продукты, установление монопольных тарифов и фрахтов, потеря фермерами своих земель, уходивших к дер­жателям их закладных,— вся система гнета, который нес ферме­рам развивающийся капитализм, приводила к обнищанию и разорению многих тысяч мелких и средних фермерских хозяйств и резкому обострению классовых противоречий.

Грейнджеры и гринбекеры. Разорение толкало фермеров на отчаянную борьбу, что привело к возникновению общенацио­нальных движений грейнджеров, гринбекеров, фермерских аль­янсов и популистов. В 70-х гг. широкий размах получило движение грейнджеров и гринбекеров. Орден защитников земле­делия, или Лига грейнджеров («грейндж» в переводе с англий­ского—«ферма»), выступал за снижение железнодорожных та­рифов, облегчение сбыта сельскохозяйственной продукции и поощрял создание фермерских кооперативов. Однако, разоча­ровавшись в методах и средствах борьбы «Ордена», ферме­ры приступили к созданию гринбекерской партии (1875), ко­торая панацеей от всех бед и несчастий фермеров считала увеличение выпуска бумажных денег — гринбеков (получили своё название от зеленой виньетки на оборотной стороне ассиг­наций). После включения в программу гринбекерской партии целого ряда рабочих требований к ней примкнуло значитель­ное число рабочих. При поддержке рабочих союзов движение приняло широкие размеры, и на выборах 1878 г. гринбекерско-рабочая партия получила более миллиона голосов. Однако вскоре значительная часть гринбекеров включилась в еще бо­лее широкоге движение фермерских альянсов.

Фермерские альянсы и Народная партия. К началу 80-х гг. фермерские альянсы существовали уже во многих штатах. В движении образовалось два центра притяжения — Север­ный альянс и Южный альянс. В конце 80-х гг. альянсы, в ко­торых к этому времени участвовало более половины всех фер­меров страны, начинают принимать более активное участие в политической жизни. Их действия привели к образованию Народной (популистской) партии в феврале 1892 г. на съезде в г. Сент-Луис.

Рабоче-популистский блок. Экономический кризис 1893 г. и подъем стачечного движения способствовали расширению социальной базы популистского движения за счет наиболее обез­доленных слоев населения, а также вхождения в Народную партию ряда рабочих союзов и социалистических групп. В развернувшейся накануне национальных выборов 1896 г. вну­трипартийной борьбе радикальные популисты стремились от­стоять программу рабоче-популистского блока и выдвинуть в качестве кандидата Народной партии в президенты США из­вестного рабочего лидера Юджина Дебса. Однако консерва­тивное руководство партии сумело осуществить слияние Народной партии с демократами и добиться выдвижения попули­стским кандидатом в президенты США кандидата демократиче­ской партии Брайана. Деморализованная слиянием с демокра­тами и поражением на выборах, Народная партия вскоре пре­кратила свое существование.

Социалистическое движение в США и его раскол. Наступ­ление монополий на права трудящихся повлияло на развитие социалистического движения. В 1901 г. в Индианаполисе была создана Социалистическая партия (СП). В нее вошли” Социал-демократическая партия Америки, незадолго до этого (1897) основанная. Новая партия повела широкую пропаганду социалистических идей. В период подъема массового рабочего движения (1907—1912). 16 на­циональных рабочих союзов, насчитывавших в своих рядах около 300 тыс. рабочих, приняли социалистическую програм­му, а Объединенный союз горняков потребовал обобществле­ния всех средств производства в стране.

На съезде СП в 1912 г. правооппортунистическое крыло одержало победу над левыми социалистами, осудив революци­онные методы борьбы. Это заставило левые элементы во главе с Хейвудом выйти из СП. Раскол 1912 г. (через несколько месяцев после съезда в ее рядах ог 118 тыс. осталось лишь 40 тыс. членов) нанес СП непоправи­мый удар.

Беспартийная лига. Интерес к политическим формам борьбы вновь проявился после созда­ния в 1915 г. Беспартийной лиги. В нее входили фермеры и городская мелкая буржуазия 12 западных штатов. Во время избирательных кампаний участники этого движения, как пра­вило, поддерживали республиканскую партию. •

Негритянское движение «Ниагара». За республиканской партией, принявшей более полувека назад прокламацию об ос­вобождении рабов, в основном следовало и негритянское на­селение. Растущее национальное самосознание привело к воз­никновению среди молодой негритянской интеллигенции ради­кального движения под названием «Ниагара». Его участники выступали против расовой дискриминации. Хотя лидеры «Ниа­гары» нередко выдвигали явно националистические лозунги, это движение сделало шаг вперед в деле национального разви­тия негритянского народа и способствовало созданию Нацио­нальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения.

Крупной победой рабочего класса завершилась многолетняя борьба за право на организацию профсоюзов, заключение коллективных договоров и объявление забастовок. Ко вре­мени первой мировой войны тысячи организованных в проф­союзы рабочих завоевали 8-часовой рабочий день. В 25 шта­тах законы установили предел продолжительности рабо­чего дня для мужчин и закрепили 8-часовой рабочий день ддя женщин. Женщины завоевали избирательные права в 12 штатах (в основном на Западе): 38 штатов запре­тили труд малолетних детей. Важное значение имело законо­дательное закрепление в 9 штатах нормы минимальной зара­ботной платы на всех предприятиях. Почти по всей стране удалось ввести систему компенсаций за несчастные случаи на производстве. Отдельные категории рабочих вырвали у пред­принимателей повышенную оплату за сверхурочные часы и работу в праздники и выходные дни.

Рабочее движение в США в 40—50-х годах.

Рабочий класс в США и деятельность профсоюзов

На авансцене политической жизни современной Америки “от лица народа” выступают оруженосцы империалистической буржуазии. Истинным представителем американской нации являются, однако, трудящиеся массы страны и, прежде всего рабочий класс. Тридцатимиллионный рабочий класс США – один из самых многочисленных и важных отрядов международного пролетариата.

Сила и размах борьбы рабочего класса зависят от степени его организованности, сознательности и активности, от наличия массовых организаций рабочих, в том числе профессиональных союзов. “Иначе как через профсоюзы, через взаимодействие их с партией рабочего класса нигде в мире развитие пролетариата не шло, и идти не могло” 1 . В истории рабочего класса Соединённых Штатов Америки знаменательной вехой является образование в 1934 – 1938 гг. массовых производственных союзов, происходившее в ходе напряжённых стачечных боёв против наступления капиталистических монополий на уровень жизни и демократические права трудящихся.

Эта страница истории американского рабочего класса еще сравнительно мало изучена. Буржуазные историки замалчивают тот факт, что создание производственных профсоюзов явилось закономерным результатом предшествующего развития рабочего движения, и что союзы эти возникли в ходе напряжённой борьбы трудящихся масс за свои жизненные интересы, за демократические свободы. Всячески умаляя роль масс, они приписывают создание производственных профсоюзов отдельным профсоюзным деятелям, причём усиленно рекламируются “заслуги” таких профсоюзных бюрократов, как Д. Льюис, Ф. Мэррей. В этом отношении типичны работы Ф. Р. Даллеса, Г. Гарриса, Г. А. Миллиса, Р. Е. Монтгомери и других буржуазных историков рабочего движения США 2 .

Марксистских работ по истории возникновения Конгресса производственных профсоюзов США пока нет. Брошюра С. Драбкиной “Современное профсоюзное движение в США” (Профиздат. 1940) содержит крупные ошибки, ибо её автор некритически повторяет приведённые выше утверждения буржуазных историков, а брошюра Б. Михайлова “Агентура Уолл-стрита в Конгрессе производственных профсоюзов США” (Профиздат. 1951) посвящена более позднему периоду и лишь бегло касается событий 1934 – 1938 годов.

Не может удовлетворить читателя освещение этого вопроса в курсе лекций Л. И. Зубока по новейшей истории, прочитанном в Высшей партийной школе. Л. И. Зубок характеризует американских реакционных профсоюзных лидеров во главе с Д. Льюисом как прогрессивных деятелей, выдвинувших программу борьбы “против реакции, фашизма и опасности империалистической войны” 3 .

Необходимо разоблачить антинаучные, идеалистические концепции буржуазных историков, вскрыть глубокую закономерность тех сдвигов, которые произошли в американском рабочем движении в 30-х годах XX века, выявить истинную роль рабочих масс в образовании массовых производственных профсоюзов и определить историческое значение этого важного этапа в истории рабочего движения США.

Тридцатые годы XX века занимают особое место в истории Соединённых Штатов Америки. В ту пору происходил мощный подъём рабочего движения, охарактеризованный председателем Национального Комитета Коммунистической партии США У. Фостером как “возрождение американского рабочего движения” 4 . Рабочий класс США на-

1 В. И. Ленин. Соч. Т. 31, стр. 32 – 33.

2 См. F. R. Dulles. Labor in America. A history. New York. 1949; H. Harris. American Labor. New Haven. 1939; H. Harris. Labor’s civil war. New York. 1940; H. A. Millis and R. E. Montgomery. Organized Labor. New York and London. 1945.

3 См. “Новейшая история (1918 – 1939)”. Курс лекций, прочитанных в Высшей партийной школе при ЦК ВКП(б). М. 1948, стр. 700.

4 W. Z. Foster. American Trade Unionism. Principles and Organization. Strategy and Tactics. New York. 1947, p. 211.

чал преодолевать тогда традиционную отсталость, характерную для него в течение многих десятилетий; произошёл значительный сдвиг в сторону независимых политических действий пролетариата.

Известно, что американское рабочее движение является наиболее отсталым (в сравнении с рабочим движением в странах Европы), хотя Соединённые Штаты – страна высокоразвитого капитализма с многочисленным промышленным пролетариатом.

Характерными чертами американского рабочего движения в начале XX в., как отмечал В. И. Ленин, являлись: “. полное подчинение пролетариата буржуазной политике; сектантская оторванность кучек, горсток социалистов от пролетариата; ни малейшего успеха социалистов на выборах перед рабочими массами и т. д.” 5 . Причины отсталости рабочего движения в США коренятся в исторических условиях возникновения и развития американского капитализма. Массовый приток иммигрантов в США в течение прошлого столетия, чрезвычайно разнородный национальный состав рабочего класса, рабство негров, а затем пережитки рабства на юге страны, постоянный отлив рабочих масс из северо-восточных штатов на земли Запада, стремительные темпы развития и высокая степень концентрации капитала в США, отсутствие общенациональных демократических задач и господство буржуазной двухпартийной системы – таковы те наиболее важные причины, которые определили отсталость американского рабочего движения 6 .

Одним из главных показателей отсталости рабочего движения явилось отсутствие в США массовой политической партии рабочего класса, способной направлять все усилия пролетариата к одной общей цели, руководить всеми формами его организации и борьбы. Более того, на протяжении долгих десятилетий американский рабочий класс, по существу, не имел даже таких первоначальных форм классовой организации, как профессиональные союзы. Вплоть до середины 30-х годов XX в. подавляющая часть рабочего класса стояла вне рядов профессиональных союзов и была предоставлена полному произволу предпринимателей и буржуазного государства. В 1935 г. из 35 млн. рабочих и служащих лишь немногим более 3 млн. человек, или менее 9% 7 , состояло в профсоюзах, причём рабочие важнейших отраслей крупной промышленности, которые, как показывает опыт мирового пролетарского движения, обычно являются наиболее передовым, боевым отрядом рабочего класса, были охвачены профсоюзами в ничтожной степени. Вот данные, приводимые У. Фостером 8 и относящиеся к октябрю 1935 года:

Из них членов профсоюза

В сталелитейной, автомобильной, резиновой и ряде других отраслей промышленности действовал антирабочий принцип “открытой мастерской”. В них царил ничем не ограниченный произвол монополий. Владельцы предприятий в этих отраслях отказывались “признавать” профсоюзы и вести с ними переговоры, принимали рабочих на работу без ведома и согласия профсоюзов и выбрасывали на улицу сознательных, организованных рабочих.

Профсоюзные организации США даже не ставили перед собой задачу охватить в своих рядах основную массу рабочих. Заскорузлые оппортунистические главари, засевшие в аппарате Американской федерации труда и фактически определявшие её организационную политику, допускали в профсоюзы, объединяемые АФТ, исключительно высокооплачиваемых рабочих. По определению В. И. Ленина, это была незначительная прослойка “. профессионалистской, узкой, себялюбивой, черствой, корыстной, мещанской, империалистски настроенной и империализмом подкупленной, империализмом развращенной “рабочей аристократии” 9 .

Читайте также:  Бытовые черты скандинавских иммигрантов, традиции и культура

Профсоюзная бюрократия, подлинная агентура буржуазии в рабочем движении, сознательно преграждала дорогу в профсоюзы основным слоям рабочего класса и особенно неквалифицированным рабочим. Вдобавок силы 3 миллионов рабочих, организованных в профсоюзы, были раздроблены. В АФТ входило 109 различных союзов. Из них только 8 были крупными профсоюзами, насчитывавшими в общей сложности свыше 1 миллиона членов. Остальные 2 миллиона членов АФТ были распылены во множестве мелких организаций, объединявших всего лишь несколько тысяч членов каждая. В одной лишь сталелитейной промышленности было 12 союзов, и численность наиболее крупного из них – объединённой ассоциации рабочих железа и стали – в 1935 году, по явно преувеличенным данным исполкома АФТ, составляла 8600 человек 10 , а фактически не превышала 5 тысяч 11 .

Одной из наиболее серьёзных причин слабости американского рабочего движения были неправильные, не соответствовавшие новым историческим условиям организационные принципы построения профсоюзов,

5 В. И. Ленин. Соч. Т. 12, стр. 324.

6 По этому вопросу см. К. Маркс. Капитал. Т. 1. Госполитиздат. 1953, стр. 306. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. XVI, ч. 1-я, стр. 253 – 254; В. И. Ленин. Соч. Т. 22, стр. 181 – 182, 287; Ленинский сборник XXIX, стр. 155.

7 The American Federation of Labor (AFofL). Proceedings. 1935, p. 29.

8 W. Z. Foster. Industrial Unionism. New York. 1936, p. 13 – 14.

9 В. И. Ленин. Соч. Т. 31, стр. 34.

10 The AFofL. Proceedings. 1935, p. 32 – 33.

11 См. “The Communist”. June 1936, p. 498.

как крупных, так и особенно мелких. Союзы, примыкавшие к АФТ, строились по цеховому, а не по производственному признаку, объединяли рабочих лишь какой-либо одной, узкой специальности. Только объединённый союз горняков охватывал более 400 тысяч рабочих угольной промышленности и являлся крупным производственным союзом. Остальные союзы, как правило, носили узкоцеховой характер. Обычно на одном и том же предприятии функционировали местные малочисленные организации отдельных, не связанных между собой цеховых союзов: литейщиков, кочегаров, механиков, плотников, стеклодувов, шофёров и т. д. Цеховые союзы возникли ещё в середине прошлого столетия, когда в США не было крупной концентрированной промышленности, и широко использовался ручной высококвалифицированный труд. Однако в дальнейшем, по мере создания крупной промышленности и массового применения труда менее квалифицированных рабочих, цеховая форма организации устарела.

Цеховая структура профсоюзов обрекала рабочий класс на поражения в борьбе с предпринимателями. Цеховые союзы носили замкнутый характер и не давали возможности объединить в классовые организаций широкие слои пролетариата и успешно бороться за осуществление насущных требований рабочих. Они оставляли за бортом многие миллионы неквалифицированных рабочих, не были связаны друг с другом, зачастую даже конкурировали между собой. Это разъединяло рабочих, затрудняло проведение массовых стачек, тормозило развитие рабочего движения.

Рабочие многих стран поняли, что цеховой принцип построения профсоюзов противоречит интересам рабочего класса. И в Германии, и во Франции, и в России профсоюзы строились на производственной основе, по принципу “одна отрасль производства – один союз”. Даже в Англии, где тред-юнионистская бюрократия цепко держалась за цеховщину, значительная часть тред-юнионов в 20-х годах XX в. была перестроена на производственной основе.

С конца прошлого столетия борьба за перестройку профсоюзов по производственному принципу началась и в США. Уже в 1892 г., после поражения стачки сталелитейщиков в Гомстеде, левое крыло профдвижения во главе с Ю. Дебсом развернуло агитацию и практическую борьбу за создание производственных профсоюзов 12 . На протяжении многих десятилетий прогрессивные силы профдвижения добивались перестройки АФТ по производственному принципу. В 1901 году на съезде Американской федерации труда в Скрентоне передовые рабочие выдвинули требование приступить к созданию производственных профсоюзов. По настоянию реакционных лидеров АФТ это требование было отклонено. Всё же съезд принял решение, допускавшее организацию наряду с цеховыми также и производственных союзов.

Вопрос о реорганизации профсоюзов с ещё большей настойчивостью поднимался на съездах АФТ в 1903, 1912 и 1919 годах. Большой толчок развёртыванию движения за создание производственных союзов дали уроки крупной стачки, вспыхнувшей в сталелитейной промышленности в 1919 году. Стачка была проиграна в значительной степени именно потому, что в этой отрасли не было тогда единого производственного союза. Стачкой руководили 24 цеховых союза, во главе которых к тому же стояли реакционеры, стремившиеся при всяком удобном случае предать стачку. “В огромной стачечной волне 1919 г., – писал У. Фостер, – цеховщина была важнейшей причиной поражения стачек, как и в последовавших затем стачках железнодорожников и печатников” 13 .

В начале двадцатых годов все профсоюзы АФТ были охвачены движением за создание крупных производственных союзов путём слияния (“амальгамы”) цеховых союзов. Такой процесс слияния происходил в то время и в Англии, где создавались крупные производственные союзы. В марте 1922 г. Чикагская федерация труда приняла решение о слиянии всех цеховых союзов в производственные. Подобные же решения приняли федерации труда в 17 штатах (Висконсин, Миннесота, Небраска, Ута, Колорадо, Огайо и др.). За слияние цеховых союзов высказалось также 14 “межнациональных”, т. е. охватывавших рабочих не только США, но и Канады, союзов (союзы формовщиков, рабочих полиграфической промышленности, текстильщиков и т. д.) 14 . Несмотря на то, что в 1922 – 1923 гг. за перестройку на основе производственного принципа высказалось подавляющее большинство членов профсоюзов, верхам АФТ, во главе с С. Гомперсом, открыто нарушавшим элементарные нормы рабочей демократии, удалось сохранить цеховую структуру АФТ. Реакционная клика, захватившая руководство АФТ, давно уже превратившаяся в агентуру империалистической буржуазии, яростно сопротивлялась созданию производственных союзов, упорно отстаивала цеховщину как средство ослабить рабочий класс США, воспрепятствовать его единству и помочь предпринимателям расправляться со стачечниками.

В период мирового экономического кризиса 1929 – 1933 гг., когда миллионы рабочих были выброшены на улицу, когда монополии систематически снижали заработную плату и усиливали “потогонную систему”, главари АФТ открыто встали на сторону предпринимателей, высказавшись против стачек. Председатель АФТ У. Грин заключил соглашение с президентом США Г. Гувером о прекращении в период кризиса всяких стачек. Вследствие этого предательства профсоюзы АФТ были парализованы и не могли организовать сопротивление наступлению предпринимателей. Объявленная в 1934 г. межнациональным союзом рабочих горнорудной и металлургической промышленности стачка на предприятиях медной компании Анаконда была сорвана главным обра-

12 W. Z. Foster. American Trade Unionism, p. 364.

Одним из главных показателей отсталости рабочего движения явилось отсутствие в США массовой политической партии рабочего класса, способной направлять все усилия пролетариата к одной общей цели, руководить всеми формами его организации и борьбы. Более того, на протяжении долгих десятилетий американский рабочий класс, по существу, не имел даже таких первоначальных форм классовой организации, как профессиональные союзы. Вплоть до середины 30-х годов XX в. подавляющая часть рабочего класса стояла вне рядов профессиональных союзов и была предоставлена полному произволу предпринимателей и буржуазного государства. В 1935 г. из 35 млн. рабочих и служащих лишь немногим более 3 млн. человек, или менее 9% 7 , состояло в профсоюзах, причём рабочие важнейших отраслей крупной промышленности, которые, как показывает опыт мирового пролетарского движения, обычно являются наиболее передовым, боевым отрядом рабочего класса, были охвачены профсоюзами в ничтожной степени. Вот данные, приводимые У. Фостером 8 и относящиеся к октябрю 1935 года:

Законодательство о профсоюзах в США. Закон Вагнера 1935 года. Законы Тафта-Хартли и Лэндмара – Гриффина

Важнейшим завоеванием рабочего класса США стал Национальный акт о трудовых отношениях, или закон Вагнера, принятый в июле 1935г. Он закрепил за рабочими право на вступление в избранный ими профсоюз, на заключение коллективного договора между выбранными представителями рабочих и предпринимателей, на проведение стачек и пикетирования. Правительство должно было пресекать все виды «нечестной практики» предпринимателей: вмешательство в деятельность рабочих организаций, преследование рабочих за вступление в профсоюзы, создание кампанейских союзов, отказ от переговоров с выборными представителями рабочих о заключении коллективного договора. Контроль над осуществлением был возложен на Национальное управление по трудовым отношениям (НУТО), решения которого могли оспариваться предпринимателями только через суд. Несмотря на многочисленные протесты консерваторов, обновленный Рузвельтом Верховный суд признал конституционность (1937 год) основных принципов законодательства о профсоюзах и их государственной защите. Это был самый радикальный закон, принятый в те годы. Принятие закона Вагнера – великая победа американского народа.

Другой победой рабочих было принятие в августе 1935г. первого в истории США федерального закона о страховании. Он вводил систему пенсий по старости и пособий по безработице – сумма их платежей определялась решениями штатов. Нормы пенсионного обеспечения были едины для всей страны, а его фонды создавались за счет паритетного налогового обложения предпринимателей и рабочих. Страхование по безработице строилось на федерально-штатной основе.

Создавалось Управление по социальному страхованию. Отныне пенсии по старости должны были выплачиваться гражданам США, отвечавшим определенному цензу оседлости и достигшим 65-летнего возраста, при условии «. если его общий заработок, как это будет установлено Управлением, за период с 31 декабря 1936 г. и до достижения им возраста 65лет не превышает 3000 дол. Выплачиваемая ему ежемесячно пенсия, будет равняться 1/2суммы его вышеупомянутого общего заработка. ». Для формирования пенсионного фонда, в дополнение к другим налогам, устанавливался новый ежегодный налог на индивидуальные доходы работающих по найму в размере 1% с последующим повышением налога на 0,5% через каждые 3 года. Для предпринимателей вводился налог в размере 1% общей суммы выплаченной им зарплаты, через каждые следующие три года налог повышался на 0,5%.

Конгресс устанавливал лишь порядок создания фондов и нормы налогообложения, а круг получателей пособий, пенсий, размеры и сроки их выплаты определялись законодательством штатов. Недостатком закона было то, что распространялся он только на рабочих крупных промышленных предприятий и не охватывал рабочих и служащих, занятых в сфере торговли, обслуживания и сельском хозяйстве.

На втором этапе «Нового курса» произошло и значительное увеличение масштабных работ. В 1935 году Конгресс ассигновал на эти цели 4,9млрд. дол. Была создана новая администрация по реализации общественных работ. На ее объектах уже к началу 1936 года было занято 3,5 млн. человек. К 1938 г. Конгресс ассигновал еще 5 млрд. дол.

В конце 30-х годов рабочее движение одержало еще одну крупную победу. В июле 1938 года был принят закон о справедливых условиях труда, который запретил применение детского труда и установил единые нормы минимальной заработной платы и максимальной продолжительности рабочей недели для рабочих и служащих, занятых на предприятиях федерального значения.

Важный поворот произошел и в аграрной политике «Нового курса». Под давлением фермерского движения правительственная помощь стала оказываться не только крупному фермерству, но и низко доходным группам сельского населения. На средства, созданной в 1937г. Администрации по охране фермерского хозяйства, проводилось строительство лагерей для рабочих-мигрантов, выдача займов арендаторам для покупки ферм, создание кооперативов мелких фермеров и арендаторов.

Таким образом, на втором этапе «Нового курса» американский народ добился проведении важных реформ в социальной области. Это сделало «Новый курс» Рузвельта одной из самых прогрессивных страниц в истории США.

У «Нового курса» были и противники. В 1934г. большая часть монополистической буржуазии перешла в оппозицию политике «Нового курса». В 1934г. была создана Американская лига свободы при непосредственном участии крупнейших монополистических групп Дюпонов и Морганов.

Еще дальше шли в своих устремлениях различные фашистские организации («Рубашки хаки», «Стражи республики» и др.). Они добивались ликвидации режима буржуазной демократии и установления террористической диктатуры фашистского типа.

Основная часть противников «Нового курса» в среде буржуазии не ориентировалась фашистских экстремистов. Они возлагали надежды на Верховный суд США, на стоявшие за ним реакционные круги олигархии, отрицающие правомерность государственного вмешательства в сферу частного предпринимательства. Руководствуясь ими, Верховный суд в мае 1935г. объявил о не конституционности НИРА, а в январе 1936г. объявил вне закона Закон о регулировании сельского хозяйства. Затем были признаны не конституционными еще 9 законов, принятых в 1933-1934гг.

Угроза социальным завоеваниям народа сплотила вокруг «Нового курса» широкую коалицию либерально-демократических сил. На выборах 1936 года ее действия принесли блестящую победу Рузвельту, вновь выдвинутому кандидатом в президенты. Получив абсолютное большинство голосов в 46 штатах, Рузвельт обеспечил себе 523 выборщика, тогда как кандидату Лэндону удалось победить только в 2 штатах, что дало ему лишь 8 выборщиков. Активные действия демократических сил сломили и сопротивление Верховного суда. Верховный суд санкционировал конституционность закона Вагнера и других важнейших актов социального законодательства 30-х годов.

В годы «Нового курса» произошла перегруппировка сил, в рамках двухпартийной системы – Демократическая партия прочно заняла положение большинства. Она пользовалась поддержкой рабочих, особенно профсоюзов, фермеров, средних слоев, интеллигенции и черных избирателей.

В марте 1937г. объем промышленного производства в США достиг уровня 1929г., а летом 1937г. начался новый экономический кризис. Промышленное производство уменьшилось на 1/3. В 1938г. в стране было 10,4 млн. безработных. Огромные запасы сельскохозяйственной продукции не находили сбыта. Кризис принес великие страдания рабочим и фермерам. Обострились классовые противоречия.

Правительство Рузвельта пыталось ослабить кризис путем проведения некоторых мероприятий, осуществлявшихся в интересах крупного капитала за счет государственного бюджета. Лишь Вторая мировая война избавила Америку от кризисных явлений.

В 40-е годы политическое движение профсоюзного движения резко снизилось. Это позволило монополистической буржуазии взять реванш за политические поражения 30-х годов.

После войны обострились трудовые отношения. Профсоюзы достигли апогея своего влияния, в их рядах было 15млн. человек. Закон Вагнера о трудовых отношениях давал им ряд преимуществ в борьбе с предпринимателями. Забастовки рабочих вызвали серьезные экономические последствия. Республиканцы, завоевав большинство голосов в Конгрессе, поспешили воспользоваться этим и приняли новый закон о трудовых отношениях.

В 1947 году был принят закон Тафта-Хартли как «поправка» к закону Вагнера. Закон ограничил право на забастовки и организацию профсоюзов. Отменялось право «закрытого цеха», то есть право рабочих профсоюзов принимать на работу тех, кто являлся их членом. Деятельность рабочих профсоюзов могло контролировать министерство труда.

Президент наделялся правом в любой момент приостанавливать забастовку на 80 дней («охладительный период»).

Государственным служащим запрещалось участвовать в забастовках. Не допускались стачки солидарности, стачки, «создающие угрозу национальным интересам страны». Предприниматели получили право взыскивать по суду убытки, причиненные забастовкой, выходящей за рамки, предписанные законом, устанавливался контроль над профсоюзными средствами, которые запрещалось использовать для достижения каких-либо политических целей.

По статье 14 б закона законодательные органы получили право принимать так называемые «законы о праве на работу», освобождающие вновь поступающих на работу рабочих от обязанности вступлении в профсоюз. Статья 504 запретила право занимать профсоюзные должности членам Коммунистической партии.

Закон Тафта-Хартли поощрял штрейкбрехерство, затруднявшее эффективное пикетирование, позволял существование кампанейских союзов, запрещенных «актом Вагнера»: по этому акту увольнение рабочих за участие в забастовке или за активную профсоюзную деятельность признавалось незаконным и предусматривалось, что уволенные по таким причинам должны были быть восстановлены, и получить полную компенсацию за вынужденный прогул. Новый закон фактически ликвидировал это право рабочих.

Закон Тафта-Хартли предусмотрел ряд мер, препятствующих заключение коллективных договоров. В сельском хозяйстве, государственных учреждения и на предприятиях, рабочим было отказано в праве на такие договоры. На частных предприятиях предпринимателям предоставляли большие возможности для отказа от заключения коллективных договоров. По закону Тафта-Хартли любой профсоюз лишался права на заключение коллективного договора, если кто-нибудь из его руководителей «подозревается в коммунистических настроениях». Новый антирабочий закон предусматривал строгий контроль над средствами профсоюза, опубликованием каждым профсоюзом финансового отчета. Профсоюзам запрещалось использовать свои средства для политических целей, для избирательных кампаний, а также для создания самостоятельных фондов помощи безработным и больным без надзора над этими фондами со стороны предпринимателей. Каждый профсоюз должен был регистрироваться в министерстве труда и посылать туда отчеты, содержащие фамилии профсоюзных работников, данные об их окладах, о размере членских и других взносов, о процедуре выработки решений по различным вопросам.

Трумэн наложил вето на этот законопроект, но обе палаты, собрав 2/3 голосов, повторно приняли его, и он вошел в силу.

В 1959 году в развитие закона Тафта-Хартли был принят закон Лэндмара-Гриффина (Акт об отчетности и раскрытии фактов в отношениях между предпринимателями и трудящимися). Он был принят под предлогом борьбы с коррупцией в профсоюзах. Им устанавливался жесткий государственный контроль за внутренней деятельностью профсоюзов, которые обязывались предоставлять в министерство труда всю документацию (уставы, годовые финансовые отчеты, материалы о поступлении средств в профсоюзную кассу и о их расходовании, отчеты по процедуре выборов должностных лиц, об их жаловании и т. д.).

В первое послевоенное десятилетие усилилась законодательная деятельность и в другой области. В 1950г. был принят закон Маккарэна-Вуда, по которому создавалось Управление по организации контроля подрывной деятельности. Ему предоставлялось право «. определить, является ли та или иная организация коммунистически действующей организацией или организацией коммунистического фронта». Такие организации подлежали обязательной регистрации в министерстве юстиции, а их члены фактически ограничивались в гражданских правах. Отказ от регистрации предусматривал достаточно жесткие санкции. В случае объявлении «чрезвычайного положения» президент получал право с согласия министра юстиции отдавать распоряжение о задержании и интернировании любого лица, если имелось «разумное основание считать, что это лицо» может потенциально представлять угрозу для национальной безопасности США. Вскоре были приняты и другие аналогичные законы. На их основе, а также на основе исполнительных приказов №9835 и №10450 была развернута кампания по «проверке лояльности», в ходе которой преследованию подверглись не только коммунисты, но и прочие демократически мыслящие элементы.

За отказ от регистрации предусматривалось уголовное наказание – до 5 лет тюремного заключения и штраф до 10 000 дол., причем каждый день такого отказа рассматривался как отдельное преступление. Закон ограничивал также права «коммунистических организаций»: под угрозой тюремного заключения членам этих организаций запрещалось занимать должности на государственной службе, получать заграничные паспорта и тому подобное.

Однако установить недостатки «Нового курса» не означает сделать Рузвельту упрек. Его неуспехи связаны меньше всего с ним, чем с неопределимыми барьерами, которые политическая система США ставит также и президенту, обладающему сильнейшей способностью к руководству. Еще две тяжелейшие внутриполитические неудачи – конфликт с Верховным судом и попытка чистки собственной партии – яркие тому примеры. Обе попытки, которые, по мнению Рузвельта, должны были дать гарантию «Новому курсу» и дальше претворять замыслы, рухнули, т. к. он переоценил возможность проведения своих идей и президентскую власть.

Читайте также:  Немецкая буржуазия, интеллигенция и профессиональные военные в США

Угроза социальным завоеваниям народа сплотила вокруг «Нового курса» широкую коалицию либерально-демократических сил. На выборах 1936 года ее действия принесли блестящую победу Рузвельту, вновь выдвинутому кандидатом в президенты. Получив абсолютное большинство голосов в 46 штатах, Рузвельт обеспечил себе 523 выборщика, тогда как кандидату Лэндону удалось победить только в 2 штатах, что дало ему лишь 8 выборщиков. Активные действия демократических сил сломили и сопротивление Верховного суда. Верховный суд санкционировал конституционность закона Вагнера и других важнейших актов социального законодательства 30-х годов.

Президент SEIU о профсоюзах в США

Международный профсоюз работников сферы услуг (SEIU) – один из самых больших в Америке. SEIU уже давно отделился от АФТ-КПП (Американская федерация труда – Конгресс производственных профсоюзов) и стал самостоятельным, хотя в некоторых политических вопросах обе профсоюзные структуры сотрудничают. Об этом, а также о сложном диалоге с властью, проблемах и методах профсоюзной работы рассказал корреспонденту “Солидарности” президент SEIU Том ВУДРОФФ, посетивший нашу страну.

“БУШ – МИРОВАЯ КАТАСТРОФА”

– Том, как происходит диалог вашего профсоюза с властями?

– Диалог – это общение, а наши контакты с правительством Белого дома можно назвать редкими, от случая к случаю. И на самом деле, если такие диалоги и имеют место, никакие серьезные вещи не обсуждаются.

– Каково ваше отношение к политике Джорджа Буша-младшего?

– Джордж Буш – это катастрофа, несчастье, причем не только для нашей страны. Понятно, что Джордж Буш раздражает очень многих людей, и перед последними президентскими выборами многие мои коллеги считали, что его не изберут. Но это случилось, к сожалению. Его политика представляется мне ужасающей не только для нашей страны, но и для всего мира. Кроме всего прочего, я считаю, что она вредит интересам рабочего класса.

МЫСЛИТЬ ГЛОБАЛЬНО, ДЕЙСТВОВАТЬ ЛОКАЛЬНО

– С профсоюзами каких стран сотрудничает ваш союз?

– В сфере охранного бизнеса мы сотрудничаем с профсоюзами не только в США, но и в Польше, Индии, ЮАР, Великобритании, Германии, Индонезии, а в сфере общественного питания – в Великобритании, Ирландии, Германии, Испании, Канаде и, конечно, США. Проводим политические кампании совместно с коллегами из сектора мусорщиков и уборщиков в таких странах, как Австралия, Великобритания, Уругвай и в других странах Латинской Америки. Иногда устраиваем обмен опытом. Посылаем сотрудников в страны, где у рабочего движения опыт проведения каких-то кампаний не очень велик, и эти сотрудники делятся своим опытом и знаниями. И если кампания проходит в одной стране, то мы пытаемся сделать так, чтобы подобные кампании проходили одновременно в нескольких странах. Очень важной стороной совместной деятельности является попытка объединить такие кампании, сделать их стратегически родственными.

– Каким образом строятся взаимоотношения с родственными профсоюзами, действующими на тех же предприятиях, где работают ваши членские организации?

– На первой стадии мы, как правило, просто пристально вглядываемся друг в друга. Пытаемся приглядеться к общим проблемам и где-то наметить пути, как их можно решать. На более поздних этапах сотрудничества мы уже говорим об особенностях и конкретике совместной борьбы. А настоящее партнерство начинается с того, что мы, уже как партнеры, обсуждаем и намечаем цели и пути совместной работы.

– А с новыми компаниями как строите отношения?

– Если там нет профорганизации, то при первом контакте происходит дискуссия, в которой мы пытаемся убедить руководство компании, что ее работники и служащие имеют право объединяться и защищать свои права. Чаще всего администрации компаний хотят, чтобы мы ушли. И если они отказываются сотрудничать, мы устраиваем публичные мероприятия и, говоря доступным языком, показываем капиталистические стороны деятельности компаний. Демонстрируем на примерах, в чем они проявили непонимание и нарушили права трудящихся.

– В последние годы в России все больше начинают действовать транснациональные корпорации. Нередко создание и деятельность профорганизаций в ТНК – большая проблема для профсоюзов. А в SEIU входят организации работников ТНК?

– Наш союз объединяет работников многих сфер обслуживания. Это работники системы общественного питания, охранники, уборщики, мусорщики и др. Недавно мы добились больших успехов в налаживании связей с работниками из ТНК “Фусикурикур”, которая занимается обеспечением безопасности – охраной. Тесно сотрудничаем с рабочими таких ТНК, как “Аэромар”, “Содексо” – компаний по обслуживанию населения, в частности в сфере общественного питания. Работаем мы и с ТНК, сферой деятельности которых являются операции с недвижимостью, и с компаниями, которые предоставляют охранные услуги. Эти ТНК имеют свои филиалы по всему миру. Знаю, что если они и представлены и в России, то нешироко. Но в их планы входит появление и на российском рынке.

Надо сказать, что небольшая кучка транснациональных корпораций с каждым годом все больше влияет на экономическое состояние стран и развитие экономики всего мира. А поскольку ТНК представлены практически во всех странах, мы тоже ищем там контакты с организациями рабочего движения. Очень важным для нас представляется взаимодействовать с их филиалами на местах, для того чтобы достичь цели рабочего движения – поднять уровень жизни рабочего люда в мире.

ПОЛИТИЧЕСКОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО НА МЕСТНОМ УРОВНЕ

– Каковы причины выхода SEIU из АФТ-КПП?

– Прежде всего отмечу, что мы живем в одной из самых богатых стран мира. Тем не менее жизненный уровень рабочего класса падает с каждым годом: зарплаты становятся все меньше, снижается уровень здравоохранения и социальных льгот. Все эти проблемы отразились и на профсоюзном движении, уменьшается количество членов профсоюзов, да и самих профсоюзов становится меньше. По этой причине они не справляются со своей основной задачей – поддерживать на должном уровне жизненный уровень трудящихся и защищать их социальные права.

В течение нескольких лет мы вели дебаты с АФТ-КПП, утверждая, что пора вернуться к выполнению изначальной задачи, которая стоит перед профсоюзами. Однако АФТ-КПП не захотела меняться и не последовала нашему призыву реструктурировать высшее правление союза.

– Есть мнение, что после вашего выхода из АФТ-КПП между вами произошел раскол.

– С таким мнением и таким видением проблемы я не согласен. Наши союзы продолжают сотрудничать на местах, вместе решая очень важные проблемы рабочего движения. Мы желаем АФТ-КПП удачи в их деятельности. И никакого раскола на самом деле не произошло. Мы не находимся в оппозиции к АФТ-КПП. Просто семь профсоюзов, входящих в нашу организацию, видят главным организовать трудовое движение таким образом, чтобы его задачи отвечали целям профсоюзного движения. Наш девиз – “Измениться, чтобы победить”, и мы прикладываем большие усилия к таким важным направлениям рабочего движения, как органайзинг и строительство организации.

– Тогда каким образом и в каких ситуациях вы сотрудничаете?

– В 2005 году мы работали вместе, чтобы выбрать хорошего кандидата в государственные органы власти в штатах Нью-Джерси и Виржиния. И в этом году мы планируем сделать многое вместе с АФТ-КПП для решения наших политических задач на уровне штатов. В основном базой нашего сотрудничества являются, конечно, политические вопросы, особенно избирательного толка. К примеру, АФТ-КПП согласна с такой нашей позицией: мы работаем над тем, чтобы избрать правильного кандидата, который потом будет защищать интересы профсоюзов.

“СОВЕТОВ ДАВАТЬ НЕ МОЖЕМ”

– Что вы можете посоветовать российским профсоюзам в связи с экспансией ТНК на российском рынке?

– Начну ответ с того, что все мы должны прежде всего признать: экономические перемены в мире оказывают колоссальное влияние на экономику всех стран. То, что нужно признать это, само по себе стало проблемой для профсоюзов и рабочего движения в США, потому что в течение 20 лет они этого не признавали. И была попытка уйти от этой проблемы в прежние времена, в прежнее состояние рабочего движения. Результатом стало ухудшение его позиций.

Так что надо признать, что мы в самую последнюю очередь можем дать совет, потому что наше рабочее движение очень ослабло. Пожалуй, самый большой урок, который извлекли профсоюзы и рабочее движение из этих 20 лет, – это то, что пришло время объединиться, организоваться и, главное, не потерять такой возможности. Это нужно делать, увеличивая численность профсоюзов. Потому что враг, с которым мы намерены бороться, очень силен.

– Вы знакомы с работой ваших российских коллег? Чего вы ждете от поездки в Россию?

– Это наш первый визит. Мы только начинаем знакомиться с профорганизациями в вашей стране и с их деятельностью. Выскажу такое мнение: российские профсоюзы находятся на той стадии развития, когда они начинают понимать, что необходимо расти дальше и организовываться. С приходом глобализации – а поскольку это явление мировое, то и Россия его не избежала – российские профсоюзы, на мой взгляд, сталкиваются с трудной задачей продолжать защиту прав трудящихся в этих условиях.

Наш визит – это самый первый, пробный шаг. Мы встречаемся с людьми и только примерно начинаем представлять, каковы пути, по которым мы могли бы идти вместе, каковы могут быть совместные пути решения проблем. А поскольку эти проблемы – и в США, и в России – проистекают опять-таки по причине глобализации, то ваши работники сталкиваются с теми же трудностями, что и американские. Поэтому задачи у нас общие, и мы должны найти общие пути их решения.

Беседовал Юрий КОЧЕМИН
Фото автора

SEIU – Международный профсоюз работников сферы услуг – объединяет 1,8 млн. человек, причем с 1996 г. он вырос почти на 900 тысяч человек. Это не только крупнейший в США профсоюз медработников (110 тысяч медсестер и 40 тысяч докторов), работников длительного медицинского ухода за пожилыми людьми и инвалидами на дому, в домах престарелых и частных лечебницах (600 тысяч), а также работников социального и медицинского обеспечения детей в сфере дошкольного образования (более 200 тысяч). Это еще и крупнейший в США профсоюз работников охраны (более 50 тысяч охранников из государственного и частного секторов) и второй по величине профсоюз госслужащих.

– С профсоюзами каких стран сотрудничает ваш союз?

Рабочий класс в США и деятельность профсоюзов

Михаэль ДОРФМАН

Невиданные вещи творятся сегодня. Профсоюзы вывели народ на улицы. Не в Египте и не в Тунисе, а в американском штате Висконсин. Получив в ноябре 2010 года власть в штате, Республиканская партия повела наступление на права профсоюзов. Новый законопроект отбирает у профсоюзов работников штатной и местной администрации, учителей и другие права коллективного представительства. Поодиночке легче сломать. На очереди Огайо и Мичиган, где республиканцы тоже взяли власть. В частном секторе в США профсоюзов почти не осталось. Один за другим большой бизнес уничтожает профсоюзы, сначала в мясообрабатывающей промышленности, затем в пищевой, потом в сталелитейной.

Обама ищет новых союзников

В прошлом году с помощью Барака Обамы сломали хребет профсоюзам автомобильной промышленности. Теперь принимаются за последний бастион – профсоюзы сотрудников штатной и федеральной администрации. Только там остались медицинское страхование пенсионные и другие социальные права. Во всей остальной Америке всё это уже давно считается роскошью. Республиканцы рассчитывают на эгоизм разобщенной массы американцев, на то, что их избирателю будет хорошо, если кому-то станет плохо.

Президент США Барак Обама (в центре) на заводе «Orion Energy Systems, Inc.» в Манитовоке, штат Висконсин

В Белом доме сидит демагог, въехавший во власть на голосах и деньгах рабочих. Только на промежуточных выборах в ноябре Американская конфедерация профсоюзов AFL-CIO потратила на избирательную кампанию демократов свыше 100 миллионов долларов, а локальные профсоюзные организации ещё около 50 миллионов. Однако большой бизнес имеет куда больше денег, и может тратить их беспрепятственно. Обама понимает, что не получит голосов рабочей Америки, и теперь ищет новых союзников. СМИ у нас полны заявлений, что «Обама склонился к центру». Словно раньше он слушал исключительно Ноама Хомского и Славоя Жижека, а вот теперь поправел.

По-другому быть не может

С наступлением эры рейганизма в Америке в 1980-е годы профсоюзы стали считаться врагом, если не общества, то власти. Профсоюзы не приглашаются к партнерству, пресса встречает профсоюзные акции враждебно, а законодатели наложили множество ограничений, делающих организацию трудящихся затрудненной, а то и невозможной. Под наступление на профсоюзы подведена и теоретическая база: всё, что мешает современному гегемону, большому бизнесу, в максимализации доходов – заведомо плохо. В свободнорыночных фридманистских учебниках и справочниках профсоюзы попросту названы помехой. Сильное профсоюзное движение числится среди недостатков экономики разных стран. 20 лет наступления на права трудящихся и изменения в экономике привели к ослаблению профсоюзного движения.

Американские профсоюзы – конечно, не идеал. В отличие от корпораций, имеющих свои тайные планы сделать на всём деньги, с профсоюзами всё ясно: откуда у них деньги, и чего они хотят. Американские профсоюзы имеют множество недостатков. Там есть коррупция, непотизм, блат, политиканство, и даже связи с мафией. Чтобы разбить рабочее движение, запугать рабочих, хозяева нанимали мафию. И профсоюзы – тоже. Так и во всём. В мире, где алчность, стяжательство и корыстолюбие почитается добродетелями, а жадность возведена не только в добродетель, но и в главную корпоративную обязанность, в мире, где не деньги служат делу, а дело является побочным продуктом деланья денег – профсоюзы просто не могут быть лучше, моральней или добрей хозяев. Считается, что хозяева для увеличения доходов могут делать всё, что не запрещено законом. От трудящихся требуется высокая мораль, самопожертвование и верность долгу. В атмосфере корпоративной жадности, когда всё делается за деньги и ради денег, рабочие и их объединения не могут быть иными.

Атака работодателей

Больше половины населения США, около 160 миллионов американцев, заявляют, что хотели бы состоять в профсоюзе, если бы могли. Однако очень малая доля из них действительно может объединиться. В Америке действует закон, требующий для создания профкома осуществление процедуры всеобщего тайного голосования всех рабочих. Такое же голосование требуется для начала забастовки, а также для утверждения её результатов.

День труда в США

Ущемление профсоюзных прав нарушает демократические свободы американцев. Более того, доводы большого бизнеса, ранее считавшиеся абсолютными, теперь звучат не убедительно. Большой бизнес не выполнил своей части общественного договора, и экономический рост не привел к росту благосостояния для всех.

Исследование, проведенное в 2008 году Корнелльским Университетом совместно с Госкомиссией по торговому дефициту, показывает, что работодатели постоянно влияют на голосование. Сторонников юнионизации преследуют и увольняют. По данным исследования, 25% частных работодателей практикуют незаконное увольнение активистов за создание профсоюзов. Больше 2/3 практикуют использование управленческого звена для давления на рабочих, беседы «один на один». 92% работодателей оказывают давление на рабочих с целью склонить их к участию в антипрофсоюзных митингах и собраниях, запрещают профсоюзные собрания на территории своих компаний. За последние 45 лет резко выросло число работодателей, решением суда вынужденных компенсировать незаконное увольнение работников за их желание создать профсоюз. И это при том, что в течение последних 30 лет, все американские администрации были враждебны к профсоюзам и на соблюдение рабочего законодательства времен Рузвельта и Трумена не находилось достаточно ресурсов. Да и наказания и штрафы такие незначительные, что работодателю выгодней понести штраф и списать его в расход.

Кризис среднего класса

Профсоюзы были активным участником создания американского среднего класса. Средний класс ведь определяется не уровнем доходов, а наличием экономической независимости от государства или корпоративного бизнеса. Именно профсоюзы добились таких условий и зарплат, что заводские рабочие могли послать своих детей в университеты. Не случайно, что размывание американского среднего класса идёт рука об руку с наступлением на профсоюзы. Мы наблюдаем исчезновение хозяев, и видим всё больше и больше менеджеров, а также отчужденных от производства рантье. Отсутствие рабочей организации позволяет ликвидировать высокооплачиваемые должности и отдавать работу в развивающиеся страны. За последние 10 лет уровень доходов среднего класса снизился на 17%. Зато доходы управленческого суперкласса подскочили вверх, и общественная пропасть расширилась.

Наступление на профсоюзы бьёт по среднему классу

Ещё хуже дело с социальным обеспечением. Всё больше и больше американцев оказываются без медицинского страхования. Качество медицинских страховых планов снижается, а цена растёт. Всё больше и больше рабочих на полной ставке не способны обеспечить прожиточный минимум.

Дело не в абсолютных цифрах. Так, район Нью-Йорка Лонг-Айленд — одна из самых дорогих зон в США. Здесь годовой доход ниже $40-45 тысяч, который обеспечивает приличную жизнь в других местах и в два раза превышает официальный уровень бедности в США ($18 тысяч на семью не менялся с 1960-х годов), можно считать бедностью.

Надежда остаётся

Президент Обама не выполнил обещание провести Закон о свободных выборах в профсоюзах, обходящий тайное голосование. По проекту закона, достаточно подписей большинства работников, чтобы их местный комитет считался их представителем на переговорах с хозяевами. В точности, как это происходит, когда профком хотят расформировать. Однако в обществе свободного рынка, свобода существует не для работников и их представителей. Команда, подобранная Обамой для решения экономических проблем, включает всё те же старые лица сторонников фримаркета и защитников гегемонии большого бизнеса в американском обществе. Большие надежды вызывало назначение Хильды Солис на пост министра труда. Она была известна тем, что симпатизировала профсоюзам. Однако Солис назначили, зато всем предложениям об укреплении профсоюзов демократы «дали умереть» в Конгрессе.

Надежда всегда остаётся, но не на президента, а на общественную деятельность, которую у нас стесняются назвать классовой борьбой. Размывание и обеднение среднего класса, а также увеличение общественной пропасти во многом снимает существовавшие барьеры и облегчает борьбу за общественную справедливость. Хотя классовая война в обществе идёт во всю. И развязал её 1% сверхбогатой интернациональной плутократической элиты за перераспределение общественных благ и доходов в свою пользу. Профсоюзы в Америке – одна из основных преград, оставшихся на их пути.

Читайте также:  Ирландская иммигрантская группа в США и ее характерные особенности

Ущемление профсоюзных прав нарушает демократические свободы американцев. Более того, доводы большого бизнеса, ранее считавшиеся абсолютными, теперь звучат не убедительно. Большой бизнес не выполнил своей части общественного договора, и экономический рост не привел к росту благосостояния для всех.

Борьба за 8-часовой рабочий день и 1 Мая

Востребованность кадров в послевоенных русских деревнях, причины их дефицита и уровень профессиональной подготовки. Успехи в области механизации основных производственных процессов в животноводстве в 1970 году, приоритетные хозяйства тех времен.

«Северный поток — 2»: странная «лазейка» в американском санкционном законе (Geopolitika.news)

Пользователь обязуется высказываться уважительно по отношению к другим участникам дискуссии, читателям и лицам, фигурирующим в материалах.

Эмиграция и эмигранты

Эмиграция и эмигранты А теперь о тех, кто вынужден был покинуть Россию навсегда, об изгнанниках, об эмигрантах. О тех, кто страдал вдали по отчему дому. «Я серьезно болен, болен по отчизне…» — как писал Михаил Шиповников. А если кто-то не болел, то постоянно

Эмиграция Оказавшись в Румынии, махновцы были разоружены властями, в 1922 г. перебрались в Польшу и помещены в лагерь для интернированных. 12 апреля 1922 г. ВУЦИК объявил политическую амнистию, которая не распространялась на 7 «закоренелых преступников», включая Махно.

XIX век

Шведские дебаты об Америке до XIX века, большей частью, оставались в плоскости теории, поскольку очень немногие шведы в ту пору имели опыт жизни в Америке. Эмиграция была незаконной, а население рассматривалось в качестве «богатства нации». [2] Однако, между 1750 и 1850 гг. численность населения Швеции удвоилась, тогда как темпы экономического развития страны были существенно ниже. Подобная диспропорция вызывала в обществе опасения перенаселения, основанные на влиятельной в то время теории Мальтуса. В 1830-е законы против эмиграции были отменены. [3]

Иммиграция в США: от колониального периода до наших дней

Несмотря на большую длительность колониального периода миграции, численность новоприбывших была не очень большой. Массовой волной миграции считается вторая, которая продолжалась с начала 19-го века до конца столетия. За этот период в США приехали более 15 миллионов новых жителей из разных стран Европы.

Рекордная эмиграция из Швеции

Все, наверное, уже слышали постоянное нытье шведских властей о рекордном количестве приехавших в “самую благополучную страну в мире” мигрантов.

Однако, как оказалось, рекорды бьют и сами шведы,ударными темпами покидающие родину:

51 237 человек в прошлом году официально покинули Швецию, заявив о своем отъезде в Налоговую службу (за тот же период почти ровно столько же сирийцев обратилось за получением убежища в Королевстве – http://sverigesradio.se/sida/artikel.aspx?programid=2054&artikel=6338731).

Цифра в абсолютном значении сопоставима с большой волной эмиграции из Швеции конца XIX и начала XX веков, когда в среднем ежегодно страну в поисках лучшей жизни, покидали 50 тысяч человек.

Считается, что реальная цифра эмиграции из Швеции еще выше, ведь многие уезжают, не информируя об этом власти.

По данным объединения “Шведы в мире” за границами королевства проживают, по меньшей мере, полмиллиона граждан Швеции.

Не поверите. В Мордор!

Великая эмиграция

Миграция началась в Швеции давным-давно. На протяжении Средних веков германские купцы, объединявшиеся в торговые cообщества, были самой крупной иммигрантской группой. Цыгане-иммигранты впервые появились в Швеции еще в XVI веке, тогда как валлоны — франкоговорящие уроженцы Бельгии — начали приезжать сюда в конце XVII века — по мере того, как в стране стала развиваться черная металлургия.

Другой ключевой группой иммигрантов стали евреи, которые впервые появились в Швеции в XVIII веке — наряду с французскими художниками и интеллектуалами. По мере того, как по всей стране, словно грибы после дождя, начали расти здания из кирпича, потянулись в Швецию и итальянские ремесленники: квалифицированные каменщики и штукатуры.

Однако ни одно другое событие, связанное с миграцией, не изменило культурный ландшафт страны в большей степени, чем колоссальная эмиграция шведов в Северную и Южную Америки и в Австралию — начиная с 50-х годов XIX-го и до 30-х годов ХХ-го века. Целых полтора миллиона уроженцев Швеции покинули страну в надежде избавиться от бедности и избежать религиозных преследований, а также в поисках лучшей жизни для себя и своих близких. Эта цифра эквивалентна 20% мужчин и 15% женщин, появившихся на свет к концу XIX века.

Основные причины для отъезда из Швеции в период великой эмиграции:

  1. бедность
  2. религиозные преследования
  3. неуверенность в завтрашнем дне
  4. политические факторы
  5. жажда приключений и «золотая лихорадка»

Пиковым годом великой эмиграции стал 1887-й, когда более 50 000 человек уехали из Швеции — большинство в Северную и Южную Америку. Этот рекорд был побит всего однажды — в 2011-м, когда из страны эмигрировали более 51 000 человек — но на этот раз большая часть перебралась в другие европейские государства, а некоторые — в США и Китай. Также стоит отметить, что в 1887 эмигранты составляли 1% от всего населения, а в 2011 — всего 0,5 процента.

Премного благодарен за теплые слова в твоем письме. Рад слышать, что ты и твоя семья пребываете в добром здравии… Поначалу мне приходилось тут нелегко, потому как вокруг совсем не было шведов, но теперь дела пошли на лад. Работа спорится, и она все больше по душе мне. По первости мне доверяли только топор и пилу, но теперь я занимаюсь транспортировкой пиломатериалов. Тут используются специальные механизмы, так что работа, можно сказать, не особо пыльная. А платят мне теперь $2,75 в день.

В какую страну лучше всего имигрировать из России: страны мира для имиграции

Краткое содержание:

Наверное, каждый иногда задумывается о том, чтобы эмигрировать из России в более благополучную страну. Однако, на переезд решаются не все – смена страны проживания связана с большими денежными растратами, длительными бюрократическими операциями, нервотрепкой и другими неприятностями. Но некоторым удаётся покинуть родные края, обустроиться на новом месте и поправить финансовое и социальное положение.

Иммиграция в Швейцарию

Про свободное время

Узнав, что я приехала в Буде из Питера, люди начинают причитать, что, наверное, мне ужасно скучно в таком маленьком заполярном городе. Я с этим абсолютно не согласна. Здесь каждый может найти занятие по душе, было бы желание. Когда погода позволяет, мы ходим на рыбалку, в горы, занимаемся спортом, готовим вкусные блюда, встречаемся с друзьями, смотрим кино… Список еще долго можно продолжать. Рядом с нами очень много красивых гор, есть тысячники. Мы дружим с заядлым ходоком, который водит нас на такие вершины, с которых не хочется спускаться. Норвежцы очень любят природу и стараются много времени проводить на воздухе, даже зимой, и с детства приучают к этому детей.

Фото: Instagram alenarivelote

Американцы оказались очень доброжелательны. Но что меня особенно бесило в Штатах, так это аэропорты. Мне показалось, что они так сильно хотят от всех отличаться, что придумали свою систему, которую только они и понимают. Например, на табло в аэропорту рейсы написаны не по времени вылета, а по алфавиту, и пока ты найдешь Нью-Йорк, в который летят 20 разных рейсов, можно с ума сойти. Люди садятся в самолет больше часа, потому что все разделены на группы, а если прийти попозже, то просто некуда будет положить ручную кладь.

Скандинавская сказка: высокие налоги – не помеха для хорошей жизни

Не менее разительны отличия и в экономиках стран Европы. Особое место среди европейских регионов, чья экономическая система сильно отличается от других частей континента, занимает Скандинавия.

Норвегия, Швеция, Финляндия, Дания и Исландия – примеры государств, где более чем удачно сочетаются, казалось бы, несовместимые вещи: развитая инновационная экономика, основанная на духе предпринимательства и высокая налоговая нагрузка. Государства благосостояния, созданные потомками викингов, уникальны хотя бы потому, что все скандинавские страны неизменно занимают ведущие позиции в самых авторитетных и престижных рейтингах: от измерения степени счастья граждан до статистики, оценивающей конкуренцию в экономике и ее прозрачность.

Как и весь остальной мир, скандинавские страны тяжело пережили глобальный экономический кризис. Однако особый экономический уклад уберег их от бедственного положения, в котором сегодня пребывает Южная Европа. Кроме того, они смогли устоять от соблазна превратиться в подобие Соединенных Штатов, то есть избежать чрезмерной либерализации экономики, что неизбежно привело бы к увеличению неравенства в обществе.

Особый путь Скандинавии в мировой экономике может стать уроком для всего мира. Опыт Северной Европы наглядно показывает, каким образом можно эффективно использовать государство для формирования системы, где каждый гражданин играет важную роль не только в построении собственной жизни, но и жизни общества. Общество перед ним в долгу тоже не остается.

История успеха

Скандинавские страны стали такими, какими мы их знаем сейчас, не за один десяток лет. Система очень высоких налогов, которая эффективно работает на благо всех граждан, создавалась кропотливым трудом, методом проб и ошибок. Скандинавы ощутили на себе все достоинства и недостатки модели, которая в меньшей степени обременяет их налоговыми сборами, но при этом не способна обеспечить граждан качественной государственной медициной и образованием.

Швеция до 1870-х гг. была небогатой аграрной страной, граждане которой массово выезжали искать лучшую долю в США. Но развитие свободного рынка, института собственности и усовершенствование среднего и высшего образования уже к Первой мировой войне превратили ее в государство, чьему экономическому положению на тот момент могла бы позавидовать любая страна. В эпоху относительно низких налогов были основаны такие всемирно известные шведские компании, как IKEA, Volvo и Tetra Pak.

Однако с полевением Швеции в конце 1960-х гг. совершенно изменилась ее налоговая система. Во время нахождения у власти премьер-министра Улофа Пальме верхняя планка налоговой ставки в 1975г. достигла 87%. Трудно поверить, но в 1990г. на налоговые сборы приходилось 52,3% ВВП государства. Сегодня эти цифры скромнее, однако налоги по-прежнему составляют самую значительную часть валового продукта скандинавских стран (45,8% – в Швеции, 43,6% – в Норвегии и Финляндии, 40,4% – в Исландии и целых 49% – в Дании). Для сравнения: на налоги россиян, по данным исследовательского института Heritage Foundation, приходится 36,9% ВВП страны.

Высокая налоговая нагрузка требовала определенных компенсирующих мер со стороны государства. Поэтому с 1980-х гг. в Скандинавии стали вновь активно осуществляться рыночные преобразования, которые позволили вернуть регион в число наиболее конкурентоспособных в мире. Дания модернизировала свой рынок труда, облегчив для работодателя процесс увольнения работников и одновременно увеличив господдержку людей, которые лишались источника дохода. Швеция реализовала программу по частичной приватизации своей пенсионной системы. В Финляндии было в некоторой степени снято госрегулирование арендной платы за жилье.

На сегодняшний день уровень налоговой нагрузки в Скандинавии – один из самых высоких в мире. По данным KPMG на 2012г., именно государства этого региона входят в число стран с наиболее высокой предельной ставкой налогообложения, которая в Швеции составляет 56,6% от дохода самых богатых граждан, в Дании – 55,4%, в Финляндии – 49%, в Норвегии – 47,8% и в Исландии – 46,2%.

Тем не менее жители готовы делиться с государством. Граждане доверяют ему, ведь взамен они получают действительно качественную “социалку”. Население скандинавских стран жертвует львиную часть своего дохода, поскольку полностью уверено, что эти средства не исчезнут таинственным образом в карманах чиновников. Граждане знают, что отданные деньги вернутся к ним: в виде школ, оборудованных современной техникой, больниц, где своевременно делают сложные операции, и пособий, которые поддержат на плаву в непростых жизненных ситуациях.

Государство для всех

По-настоящему социальное государство сложилось в Скандинавии не только из-за обилия и качества услуг, которые получают жители региона. К появлению государств всеобщего благосостояния располагают и культурные особенности людей, населяющих регион.

В преимущественно протестантских странах Северной Европы исторически сложилось твердое убеждение о добродетельности труда, необходимости работать добросовестно, ответственно и усердно. Причем эта трудовая этика, в отличие от большинства государств мира, распространяется и на элиту, включая крупный бизнес. Неудивительно, что основатель IKEA и один из богатейших людей мира Ингвар Кампрад водит автомобиль Volvo 1993г. выпуска, летает экономклассом и требует от подчиненных использовать обе стороны бумажного листа.

Скандинавы сумели выстроить всеобъемлющую систему соцобеспечения и благодаря однородности своих обществ. Один из самых низких показателей расслоения между богатыми и бедными в мире в этих странах привел к тому, что все население пользуется услугами фактически одинакового качества. Это позволяет избегать такого явления, как уклонение от налогов, поскольку от пополнения госказны напрямую зависит эффективность медицины и здравоохранения всех граждан, а не только ее необеспеченной части.

Беспрецедентен и уровень доверия скандинавов к государству. Трудно поверить, но одной из самых популярных госслужб у жителей Швеции является национальное налоговое агентство Skatteverket. Не позволяют снизиться уровню доверия к политике государства открытость и прозрачность, в условиях которых работает система. Граждане имеют открытый доступ ко всем официальным отчетам, а СМИ активно следят за образом жизни чиновников и политиков. Швеция, откуда, кстати, начали свое триумфальное шествие по миру компании Skype и Spotify, и вовсе задает тон в развитии активно продвигаемого сегодня в России “Электронного правительства”: уже несколько лет каждый швед может оплатить налоги с помощью СМС.

Скандинавские страны на протяжении многих лет остаются ориентированными на торговлю с зарубежными государствами. Небольшие по площади и страдающие от незначительной численности населения, они исторически зависят от взаимодействия с внешним миром. Во многом благодаря своему глобальному подходу скандинавские компании стали в последние годы желанным объектом для иностранных игроков.

По данным Bloomberg, с начала финансового кризиса в 2008г. компании из Швеции, Норвегии, Дании, Финляндии и Исландии заключили сделки на общую сумму 288 млрд долл. Самой известной из них стала покупка китайским концерном Geely шведской компании Volvo Cars в 2010г. “Если я продаю бизнес с множеством активов, которые расположены, например, во Франции, интерес со стороны потенциальных покупателей быстро тает. Но когда я говорю, что этот бизнес шведский, их настроение меняется”, – указывает инвестиционный банкир Кристиан Терлинг.

Но самое главное, что выгодно отличает скандинавскую систему от многих других – беспрецедентные инвестиции государства и бизнеса в человеческий капитал. Уверенность необеспеченных слоев населения в завтрашнем дне влияет на тип их поведения. Мелкие и средние предприниматели, которые в сегодняшнее непростое время начинают играть все большую роль в экономике, готовы рисковать, модернизировать производство и предлагать свежие идеи. Скандинавские страны не распадаются на небольшое число успешных людей и огромную армию обездоленных. Поэтому их жителям не нужно высыпать толпами на площади, подобно грекам или испанцам, требуя от правительств справедливости.

Недостатки, не перекрывающие достоинства

Свои минусы есть и в скандинавской модели экономики. Высокие налоги, которые вынуждены платить жители региона, заставляют многих покидать родину и переезжать в страны с более щадящей фискальной системой. Множество молодых талантливых предпринимателей из Швеции осели в Лондоне. Основатели Skype швед Никлас Зеннстрем и датчанин Янус Фриис в поисках либеральных условий ведения бизнеса остановили свой выбор сначала на Эстонии, а затем перебрались в Люксембург.

Социальное государство в Скандинавии вынуждено модернизироваться и из-за резко возросшего наплыва мигрантов. Они все больше полагаются на систему пособий, при этом гораздо меньше коренного населения пополняют госказну, а то и вовсе избегают этого.

Тем не менее эти минусы не идут ни в какое сравнение с плюсами экономик скандинавских стран. Неслучайно многие азиатские государства, включая Китай, все больше устремляют взор на модель устройства социального государства в Северной Европе. Хорошим уроком она должна стать и для находящегося в непростом положении Евросоюза.

С экранов телевизоров и разворотов газет не сходят Испания, Греция и Кипр, а про Исландию, по которой в 2008-2009гг. серьезно ударил мировой финансовый кризис, в последнее время не слышно ничего. Дело в том, что “ледяной стране” всего за пару лет удалось сократить дефицит госбюджета с 14% от ВВП до 1%. Валовой внутренний продукт Исландии растет на протяжении семи кварталов подряд, хотя до этого экономический рост отсутствовал на протяжении целых 10 кварталов.

Скандинавия будет оставаться предметом зависти для других государств еще долгое время. Страны Северной Европы активно инвестируют средства в будущее собственных граждан, что впоследствии убережет молодое поколение от расплаты по долгам своих родителей. Сверхдоходы от деятельности нефтяной промышленности Норвегии направляются в суверенный фонд страны – один из крупнейших в мире. В 2012г. общая стоимость активов, управляемых им, выросла на 13,4% – до 670 млрд долл. Совокупная величина активов создававшегося по его подобию Фонда национального благосостояния России на начало 2013г. составляла всего 88,6 млрд долл.

Пример для подражания

Выстроенная в скандинавских странах модель – хороший пример для всего мира. И важна она не потому, что учит делиться существенной частью доходов. Северная Европа – прекрасный образец того, насколько полезно может работать система, основанная на доверии граждан к государственной власти. Банальным будет говорить, как сегодня этого не хватает многим странам, включая Россию.

Уровень жизни граждан Норвегии, Швеции, Финляндии, Дании и Исландии – результат реальных действий со стороны государства, а не просто вложенные в очередной официальный документ слова. Пример действует сильнее угрозы, писал французский поэт Пьер Корнель. Хочется верить, что хотя бы отдельные проявления эффективности скандинавской системы станут своеобразным образцом, приблизиться к которому попытаются и в нашей стране.

Недостатки, не перекрывающие достоинства

Ссылка на основную публикацию