Религиозная жизнь американских скандинавов, путь к мормонству

Боги как боги

Каждый из скандинавских богов, или асов, отвечает за определенную область жизни.

Что до верховного бога Одина, то он настоящий многостаночник.

Во-первых, Один мудр как никто на земле – ведь когда-то он испил из источника мудрости, текущего у корней гигантского ясеня Иггдрасиль, и даже отдал за это охраняющему источник великану Мимиру свой глаз.

Во-вторых, он покровительствует поэтам; в свое время он обманом выпил весь имеющийся на земле мед поэзии, который потом выплюнул обратно и отдал часть асам, а другую часть – людям, избравшим ремесло поэтов.

В-третьих, он благоволит королям и воинам, давая им мужество в битвах. Сам он тоже искусный воин – у него есть копье, он ездит на быстром, как ветер, восьминогом жеребце Слейпнире. Один вспыльчив, непредсказуем и помешан на своем величии.

За погоду и урожай отвечает другой могучий бог – Тор. Ему нужно приносить жертву в случае мора скотины или долгого голода. Он искусный воитель; его боевое оружие – молот, который увеличивает силу своего владельца в три раза.

Тор постоянно сражается с великанами. Ездит он на повозке, запряженной могучими козлами; козлы эти замечательны тем, что если вечером их зарезать и съесть их мясо, к утру они благополучно оживают. Тор не слишком умен, но зато на него можно положиться; он прям и честен.

Кадр из фильма «Тор»

Фрейр и Фрейя отвечают за любовь и плодородие. Бальдр добр и прекрасен собой, как сама весна; его все любят. Богиня Идунн всегда носит с собой корзину с молодильными яблоками. Ньёрд усмиряет морские бури и помогает морякам. Хеймдалль охраняет огромный радужный мост, соединяющий Асгард и Митгард.

Особняком в этом пантеоне стоит Локи – умный, но чрезвычайно зловредный пакостник, обладающий извращенным чувством юмора. От него асы претерпевают немало неприятностей. Начинает он со смешных шалостей, но потом переходит все границы.

Именно из-за него начинается Рагнарёк – конец старого мира, гибель многих богов. В наказание за свои злодеяния Локи вынужден связанным находиться в пещере; над его головой висит змея, из которой на лицо Локи капает яд. Сигунн, верная жена Локи, собирает этот яд в чашу, чтобы облегчить страдания мужа; когда она отходит вылить очередную порцию яда, Локи содрогается от боли – так происходят землетрясения.

Фото: pixabay.com

Тор постоянно сражается с великанами. Ездит он на повозке, запряженной могучими козлами; козлы эти замечательны тем, что если вечером их зарезать и съесть их мясо, к утру они благополучно оживают. Тор не слишком умен, но зато на него можно положиться; он прям и честен.

ДНК сотен викингов преподнесла историкам сюрприз

Некоторые викинги были темноволосыми потомками южан.
Иллюстрация Jim Lyngvild.

Воины, которых археологи однозначно относят к викингам, оказались очень генетически разнообразными.
Фото Vastergotlands Museum.

Эксперты изучили останки более 400 викингов и реконструировали их генетическую историю.
Фото Dorset County Council/Oxford Archaeology.

Крупнейшее в истории науки генетическое исследование викингов дало неожиданные результаты. Например, не все из этих отважных мореходов были скандинавами и не все могли похвастаться светлыми волосами.

Подробности изложены в научной статье, опубликованной в журнале Nature ‒ одном из ведущих научных журналов планеты.

Варяги, ставшие первыми киевскими князьями. Воины Кнута Великого, завоевавшие Англию. Несравненные мореходы, заселившие Исландию и Гренландию, открывшие даже Северную Америку. Предприимчивые и оборотистые торговцы. Безжалостные пираты, грабители и убийцы, в захваченных деревнях ловившие подброшенных в воздух детей на острия копий. Всё это – викинги, какими их знает история.

“Скандинавские диаспоры основали торговые пути и поселения, простирающиеся от американского континента до азиатских степей. Они экспортировали идеи, технологии, язык, верования и обычаи и создали новые социально-политические структуры”, – отмечает соавтор исследования Сорен Синдбек (Soren Sindbak) из Орхусского университета в Дании.

Но действительно ли все викинги были скандинавами? Новая научная работа опровергает это устоявшееся мнение.

Большая международная группа учёных предприняла крупнейшее генетическое исследование викингов. Исследователи извлекли ДНК из останков 442 мужчин, женщин и детей, найденных в скандинавских странах, Великобритании, Польше, России и Украине. Все эти люди при жизни были самыми настоящими викингами или членами их семей. Об этом однозначно свидетельствуют их погребения.

Однако некоторые из викингов, захороненных в Шотландии, оказались чистокровными местными жителями – пиктами. Более того, викинги чисто британского происхождения нашлись даже в самой Норвегии. Похоже, викингом необязательно было родиться. Им можно было стать.

“Эти результаты меняют представление о том, кем на самом деле были викинги. Книги по истории нужно будет обновить”, – утверждает соавтор работы Эске Виллерслев (Eske Willerslev) из Копенгагенского университета.

При этом выходцы из Скандинавии тоже не были чистокровными северянами в десятом колене. В ДНК многих из них оказались гены жителей Азии и Южной Европы. К большому удивлению учёных, оказалось, что эти гены попали в геном скандинавов ещё до эпохи викингов. Кстати, и волосы у многих детей Одина были не светлыми, а каштановыми.

Генетики подтвердили известный историкам факт, что уроженцы Дании завоевали Англию, норвежцы захватили часть Ирландии и заселили Исландию и Гренландию, а шведы обосновались на побережье Балтики. Однако анализ ДНК показал, что викинги из этих трёх народов очень редко вступали в кровную связь. Возможно, они враждовали друг с другом.

Наконец, любопытные факты выяснились о генетическом наследии викингов в современном мире. Оказалось, например, что нынешние уроженцы Британских островов несут в себе до 6% генов древних мореходов. Это лишь немногим меньше, чем в Швеции (10%). Впрочем, это не так уж удивительно. Свои первые завоевания на Островах норвежцы и датчане провели ещё в IX веке, а в XI веке датский король Кнут Великий завладел всей Англией. Естественно, что скандинавы оставили на завоёванных территориях заметный генетический след.

К слову, ранее Вести.Ru рассказывали о том, что среди высокопоставленных викингов обнаружилось немало женщин, что викинги наградили своих потомков лёгочными болезнями. Писали мы и о том, как историю гренландских викингов восстановили по ДНК моржей.

Также команда профессора Эске Виллерслева ранее обнаружила, что хвойные деревья Скандинавии пережили последнюю ледниковую эпоху, а мамонты вымерли из-за нехватки трав.

Варяги, ставшие первыми киевскими князьями. Воины Кнута Великого, завоевавшие Англию. Несравненные мореходы, заселившие Исландию и Гренландию, открывшие даже Северную Америку. Предприимчивые и оборотистые торговцы. Безжалостные пираты, грабители и убийцы, в захваченных деревнях ловившие подброшенных в воздух детей на острия копий. Всё это – викинги, какими их знает история.

Культура викингов

Но в связи с этим возникает закономерный вопрос – что конкретно мы подразумеваем, когда говорим о культуре викингов или скандинавских традициях? Ведь это не только могучие боги и непоколебимые герои, эпические мифы о становлении и гибели Вселенной. Традиции викингов – это гордые драккары, рассекающие свинцовую гладь северных морей. Традиции викингов – это далекое путешествие в райский Винланд за сотни лет до Колубма и Веспуччи. Традиции викингов – это эффектные «длинные дома», жестокие обряды вроде знаменитого «кровавого орла» и легендарные воины – берсерки и ульвхендары. Это эрили – резчики по камню, и скальды – поэты, сжимающие в одной руке – меч, в другой – искусство стихосложения. В этом – вся глубина скандинавской культуры, во многой до сих пор непонятой нами.

Лоренс Моррис. Загробная жизнь: Представления германцев / Пер. Веры Курской

Представления древних скандинавов, дающие нам наиболее детализированную информацию о дохристианской религии германцев, изображают несколько вариантов загробной жизни. Все они могут быть сведены к двум основным противоположным концепциям. С одной стороны, мертвые оказывались в одном из нескольких залов в зависимости от обстоятельств своей смерти. С другой стороны, мертвые зачастую оставались на земле, пребывая либо внутри своей могилы, либо просто покидали тело и оставались где-то неподалеку, беспокоя своих бывших соседей. В обоих представлениях о загробной жизни способ умирания и ритуалы, проведенные над умершим, могли определять посмертную судьбу человека.

Залы мертвых. Самые объемные и наиболее полные мифологические повествования, описывающие загробную жизнь, включены в «Младшую Эдду» и «Старшую Эдду». «Младшая Эдда» была написана Снорри Стурлусоном (1179 — 1241), исландским политиком благородного происхождения, жившим через два столетия после принятия Исландией христианства. Снорри дает нам логичное и четкое описание многих исландских верований, но это упорядоченное изложение, скорее всего, является результатом влияния систематической христианской теологии. Его источники, главным образом ряд поэтических текстов, объединенных под названием «Старшая Эдда», представляют нам более разрозненные и непоследовательные взгляды на загробную жизнь. Германское язычество, вероятно, допускало существование многообразных и противоречащих друг другу пониманий смерти.

В «Младшей Эдде» говорится, что умерший оказывается в разных залах. Добродетельные покойники шли в Гимле, который назван просто «лучшим из домов»; в Бримир, в котором были обильные запасы пива; или же в Синдри, построенный из красного золота. Грешники шли в безымянный зал в Настрандире («Берег Мертвых»), уготованный нарушителям клятвы и убийцам и стены которого были сделаны из змей, источающих свой яд внутрь дома; или в Хвергельмир, «худший из домов», в котором змей Нифхогг мучил тела умерших.

Основа описаний этих залов взята из «Старшей Эдды» («Прорицание вёльвы», 37-39). Однако в «Прорицании вёльвы» только зал Настрандир связан с собственно мертвыми, а залы Синдри и Бримир (это не просто имена, но также и сверхсущества, гном и великан соответственно), кажется, в большей степени собирают существ, недружелюбных асам, чем мертвых вообще. Таким же образом Хвергельмир в другом месте описан как весна у корней мирового древа, но не как зал. В «Прорицании вёльвы» упоминается зал в Гимле, построенный из золота, в котором соберутся праведные правители, когда земля обновится после Рагнарёка (конца света), там же упоминается, что чудовищный волк питается плотью мертвых в железном лесу. В то время как в других представлениях перечисленные залов не упоминаются, наполненный змеями зал появляется в истории Саксона Грамматика (1150 — 1204/1220) о путешествии на север во владения мертвецов, и кажется, что наполненный змеями зал является образом, традиционно ассоциирующимся со смертью.

Еще одно владение смерти, описываемое в «Эдде», это Хель. В отличие от родственного ей современного представления о преисподней[1], Хель, несмотря на то, что располагается под землей, не считается местом для проклятых, но это такая же обитель мертвых, как и иудейский Шеол. Связь Хели с описанными выше залами неочевидна, ее наличие в мифологии германцев может отражать отдельное, более древнее представление о загробной жизни. Представление о Хели было распространено шире, чем об указанных выше залах, поскольку сема «Хель» встречается во многих устойчивых выражениях, имеющих значение «умереть», например древнеисл. «fara til heljar», досл. «спуститься в Хель». В скальдической поэзии Хель очень часто персонифицировалась, например, Снорри трактовал образ Хели как богини, прибывающей в Нифльхейме («Владение Туманов»), месте, состоящем из девяти уровней. Согласно представлениям Снорри, не подтверждающимися другими сохранившимися источниками, умиравшие от болезней, старости и голода попадали в Хель.

Местом последнего пребывания знатных умерших в «Эддах» является Вальхолл, ныне известный как Вальгалла. Вальхолл в «Эддах», как и в других текстах, изображается как зал Одина, куда попадают определенные люди, погибшие в битвах. Зал украшен оружием и имеет 540 дверей, через которые одновременно могут пройти восемьсот воинов. Согласно поэме «Речи Гримнира», эти избранные воины, которых называют эйнхериями, живут веселой и праздной жизнью в ожидании дня, когда они должны будут выйти сражаться на стороне Одина против всепожирающего волка. Согласно Снорри и другим источникам, эти воины каждый день сражаются друг с другом, чтобы тренироваться перед грядущей финальной битвой. Лица, выбирающие, кто из павших примет участие в этой битве, различаются в зависимости от источника, среди них упоминаются Один, Фрейя и валькирии.

Земное местопребывание. В то время как эддическая мифология фокусирует свое внимание на Вальхолле и иных залах для умерших, другие литературные источники указывают, что некоторые мертвые остаются на земле, не перемещаясь в другую обитель. Скандинавские саги дают нам несколько красочных описаний драугов, которые являются привидениями, или ожившими покойниками. К примеру, «Сага о Греттире» рассказывает о Гламе, неверующем работнике фермы, убитом в сочельник чудовищем, четкого описания которого нет. Несмотря на совершенные поспешные похороны, Глам вернулся в виде привидения и причинял беспокойство старой ферме, уничтожая имущество, убивая животных и людей до тех пор, пока герой Греттир не победил привидение в схватке, он обезглавил труп и сжег тело. Согласно преданию, только после этого привидение перестало возвращаться.

В то время как драуг присутствовал и активно вмешивался в происходящее в этом мире, другие покойники оставались в своих могилах и нападали лишь на тех, кто дерзнул потревожить их покой. Мертвец Карр Старый ожил внутри своего howe[2], могильного холма, лишь тогда, когда Греттир попытался завладеть спрятанными в могиле сокровищами. Последовала битва, и Греттир, как обычно, одержал в ней победу. Однако мертвые в могилах далеко не всегда зловредны. Мертвые нередко описываются ведущими спокойную жизнь внутри своих могил, если их захоронения не беспокоить; в «Саге о Ньяле» описано, как Гуннар спокойно созерцает луну из открытой могилы. Некоторые обитатели могил считались богами, и их культы требовали совершения жертвоприношений на могилах. Таким образом, определенные могилы считались священными, например Архауг («Многоярусная Могила»), на которой совершались жертвоприношения в течение Йоля.

Поскольку некоторые мертвецы обитали в могильных холмах, в определенных семьях считали, что они также будут жить в могилах после смерти. В «Саге об Эйре» можно найти мнение Торстейна Торскабита, которого с большой радостью и весельем приветствовали в Хельгафелле («Священная Гора») после того, как он умер, утонув. Другие представления также делают акцент на пире, который следовал за тем, как только что умерший присоединялся к своей семье в холмах. Многие из этих представлений связаны между собой общей нитью поклонения Тору, но неясно, связано ли поклонение кому-либо из богов с проникновением мертвого внутрь холма.

Последний вариант, предполагающий, что мертвый может остаться на земле, это перерождение. Представления о перерождении распространены меньше, хотя некоторые знаменитые персонажи, например король Олав Святой, предположительно, переродились после смерти в других людей. Некоторые ученые спорили о том, является ли популярная практика называть детей в честь недавно умерших родственников указанием на распространенную веру в реинкарнацию, но сохранившиеся свидетельства не дают однозначного ответа на этот вопрос.

Похоронные ритуалы. На протяжении всей своей дохристианской истории германские народы практиковали одновременно и кремацию, и захоронение трупов в землю. Сама по себе кремация завершалась помещением пепла в урну и ее захоронением. Преданные земле трупы часто сопровождаются захоронением вещей, например оружия, еды и даже других трупов. Наличие похоронных вещей обычно трактуют как указание на веру в загробную жизнь, т.к. эти вещи, как считается, должны помогать человеку в его путешествии или жизни в ином мире. Возможны и другие интерпретации этого обычая. Современная католическая практика захоронения покойников с четками в руках не отражает представления о том, что мертвец будет молиться, используя их, так что сентиментальные и символические прочтения могут оказаться более точными, чем буквальные интерпретации подобных археологических данных.

Однако в христианских представлениях XIII века считалось, что предки-язычники верили, что их могильные боги помогут им обрести хорошую жизнь после смерти. Согласно «Саге об Инглингах», шведский культ Одина предполагал, что мертвые принесут в Вальгаллу все погребенные с ними сокровища. Изображение вечно голодных трупов в «Саге об Эгиле» дает основание предположить, что еда клалась в могилы с целью утолить их голод. Весьма интересное и ценное свидетельство Ахмеда Ибн Фадлана (ок. 922), арабского посла, который какое-то время жил среди все еще языческого восточнославянского племени русов, которые были торговыми партнерами восточно-скандинавских племен, записал, что ритуалы, связанные с похоронами знатного руса, включали жертвоприношение служанки, которая должна была сопровождать его в загробном мире. В нескольких могилах англо-саксонского периода в Англии труп женщины без каких-либо вещей был положен на труп мужчины с погребальными вещами, что определенным образом свидетельствует, что данные Ибн Фадлана основаны на реальных событиях и что подобные жертвоприношения практиковались среди всех германских племен. В других литературных свидетельствах такая женщина является женой умершего, совершившей самоубийство-жертвоприношение.

Поскольку погребальные принадлежности помогали мертвому в загробном мире, связанные с кремацией ритуалы могли быть указанием на то, как наступила смерть. Викинги, информаторы Ибн Фадлана, поясняли, что быстро горящее пламя, раздуваемое сильным ветром, указывает на милость богов, и умерший вождь без задержки попадет на небеса. Сильный ветер, по-видимому, возносил к небу дым, и, по словам Снорри, шведы верили, что по высоте дыма от погребального костра можно определить, сколько почестей получит умерший в загробном мире. В заключительных строках «Беовульфа» говорится: «И скоро на скалах / Вскипело пламя / Ратью раздутое; / Черный взметнулся / Дым под небо / Дым от кострища / Растаял в небе»[3].

Самыми известными были случаи кремациями, при которых труп отправляли в море в горящей лодке. Нет археологических данных, которые могли бы подтвердить эту традицию, но найдено несколько захоронений, в которых труп вместе с предметами помещен в лодку, которая потом закапывалась. Сам образ корабля указывает на путешествие, и такие захоронения в корабле могут быть буквальным воплощением того, что ранее было лишь поэтической метафорой. Кажется, что это представление укоренилось в германских племенах начиная с захоронений периода Железного века на Готланде, где некоторые ограждения из стоящих камней имеют форму кораблей, хотя сами по себе захоронения в лодках до VI века н.э. редки.

Читайте также:  Немецкая музыка в США, история развития и распространения

Другая церемония, задачей которой может быть помощь судьбе усопшего, это погребальный пир, начинавшийся сразу после похорон или несколько месяцев спустя. Эти пиры могли быть важными как для живых, так и для мертвых, поскольку наследник вступал в права наследования имущества своего отца, выпивая напиток, называемый брагой, и затем садясь в кресло отца. На пиру также читали поэмы, и «Сонаторрек» Эгилля Скалагримссона дает нам представления об образцах этого литературного жанра. В «Сонаторреке» Эгилль скорбит о смерти сына, но также описывает чествование своего сына богами. Одной из задач написания таких поэм изначально может быть подтверждение безопасного прибытия покойного в загробный мир, т.к. «Сага о Хаконаре Хаконарссоне» изображает мужей, произносящих речи на похоронах короля с целью направить его в Вальгаллу.

Переход к христианству. Переход к христианству отмечается изменениями археологических находок, а именно уменьшением числа кремаций, уменьшением количества вещей в могилах и увеличением числа христианских ювелирных изделий, например нательных крестиков, одновременно с уменьшением количества языческих амулетов, например молотов Тора. Однако многие нехристианские верования не исчезали, и в их числе можно назвать представления о привидениях, несмотря на то, что такие существа не вписывались в христианскую космографию, поэтому они часто рассматривались как покойники, вернувшиеся на землю из чистилища. Главным изменением может быть различие между телом и *saiwalō – это протогерманское слово, от которого происходит английское soul (душа). В то время как дохристианские источники не делают акцента на различиях между телом и тонкой субстанцией мертвого, христианское учение базировалось на том, что тело и душа разделяются, хотя и воссоединятся после Страшного Суда. Помимо этой разницы принятие миссионерами *saiwalō и их решение не использовать латинское слово anima (душа) в качестве важного богословского термина дает основания предполагать, что у германских народов было свое представление о душе, очень близкое к христианскому, хотя эта душа, кажется, и не играла такой же существенной роли в германских представлениях о загробной жизни. Интересно, что *saiwalō не сохранилось в древнескандинавском, и миссионеры использовали слово sála, заимствованное из западно-германского, вместо какого-либо исконно скандинавского слова. Такое отсутствие подчеркивает разницу между скандинавами и другими германскими культурами с другой и показывает, как важно быть внимательным, экстраполируя скандинавские литературные представления о загробной жизни на остальные германские народы.

Библиография

Отличным обзором норвежского материала является книга Hilda Roderick Ellis Davidson, The Road to Hell: A Study of the Conception of the Dead in Old Norse Literature (Cambridge, UK, 1943), хотя содержащиеся в ней комментарии к настоящему моменту устарели. Gabriel Turville-Petre написал несколько хороших обзоров скандинавской религии, в том числе Myth and Religion of the North: The Religion of Ancient Scandinavia (New York, 1964), также David Wilson исследует англо-саксонские культовые практики в Anglo-Saxon Paganism (London, 1992). Владеющие немецким языком, однако, могут получить информацию из труда Jan de Vries, Altgermanische Religionsgeschichte, 2 vols., 2-е издание (Berlin, 1956-1957). John Lindow, Scandinavian Mythology: An Annotated Bibliography (New York, 1988) хороша для начала более глубокого исследования.

Археологические аспекты смерти исследовались Sam Lucy, The Anglo-Saxon Way of Death: Burial Rites in Early England (Stroud, UK, 2000), в то время как Erik Nylén и Jan Peder Lamm выпустили глянцевое введение в картинные камни Готланда Stones, Ships, and Symbols: The Picture Stones of Gotland from the Viking Age and Before (Stockholm, 1988 [Swedish, Bildstenar, 1978]). Хороший обзор важного для истории религий корабельного захоронения в Саттон-Ху можно найти в книге Rupert Bruce-Mitford, The Sutton Hoo Ship Burial (3 vols., London, 1975-1983).

Поскольку погребальные принадлежности помогали мертвому в загробном мире, связанные с кремацией ритуалы могли быть указанием на то, как наступила смерть. Викинги, информаторы Ибн Фадлана, поясняли, что быстро горящее пламя, раздуваемое сильным ветром, указывает на милость богов, и умерший вождь без задержки попадет на небеса. Сильный ветер, по-видимому, возносил к небу дым, и, по словам Снорри, шведы верили, что по высоте дыма от погребального костра можно определить, сколько почестей получит умерший в загробном мире. В заключительных строках «Беовульфа» говорится: «И скоро на скалах / Вскипело пламя / Ратью раздутое; / Черный взметнулся / Дым под небо / Дым от кострища / Растаял в небе»[3].

Генетики раскрыли родословную первых викингов Скандинавии

МОСКВА, 9 янв – РИА Новости. Ученые расшифровали ДНК древнейших викингов и выяснили, что они являются потомками двух групп людей – выходцев из Центральной Европы и жителей севера современной России и Прибалтики, мигрировавшими в Скандинавию примерно 10 тысяч лет назад, говорится в статье, опубликованной в журнале PLoS Biology.

Как сегодня считают ученые, первые современные люди проникли на территорию Европы около 45-40 тысяч лет назад, путешествуя несколькими путями – через Балканы, острова Средиземного моря и двигаясь по берегам Африки в сторону Испании. Следы этих первых людей в виде артефактов ориньякской и граветтской культур, сохранившихся в пещерах южной Франции и северной Италии, помогли ученым выяснить, как выглядели эти люди и найти намеки на то, почему они “победили” неандертальцев в конкурентной борьбе.

Первые жители Европы, чьи следы почти полностью исчезли из ДНК современных европейцев, заселили далеко не весь субконтинент – почти все его северные районы, в том числе Британия, север России и Скандинавия, до относительно недавнего времени были покрыты льдами и не были пригодны для жизни людей. Только 17-15 тысяч лет назад, когда льды отступили в последний раз, север стал доступным для первых его обитателей.

Якобсон и его коллеги расшифровали ДНК предположительно первых жителей Скандинавии, чьи останки были захоронены на западном побережье Норвегии, на острове Готланд в Балтийском море и в заповеднике Стура-Карлсё примерно 6-9 тысяч лет назад.

Благодаря низким температурам и вечной мерзлоте, обрывки ДНК сохранились в их костях необычно хорошо, что помогло ученым восстановить геномы их обладателей почти с той же точностью, которая доступна для генетического материала современных людей.

В результате этого палеогенетики считали не только “женскую” митохондриальную ДНК и “мужскую” Y-хромосому, но и нашли около 10 тысяч мелких мутаций в остальной части их генома. Это позволило очень точно вычислить возраст останков, раскрыть их родословную и найти их современных родичей.

Результаты их анализа крайне удивили ученых – оказалось, что жители западной части современной Норвегии были гораздо ближе по устройству своей ДНК к древним обитателям севера России и Прибалтики, чем к своим соседям, жившим в южной части Скандинавии. Их геномы, в свою очередь, были похожи на генетический материал охотников-собирателей, живших в то время в Германии и в других регионах Центральной Европы.

Как предполагают ученые, это объясняется тем, что в Скандинавии в то время жило две обособленных популяции древних “викингов”, одна из которых проникла в регион с юга, двигаясь через Данию и прилежащие к ней острова, а вторая – с востока, перемещаясь вдоль побережья Норвегии. Что интересно, эти первые жители полуострова, по словам Якобсона и его коллег, были крайне непохожи друг на друга.

Южане обладали типичной “европейской” внешностью того времени – у них были голубые глаза и темная кожа, а северные “викинги” отличались светлой кожей и разнообразной окраской глаз и волос. Эти различия хорошо сочетаются с археологическими и палеохимическими данными, говорящими о том, что эти люди питались разной пищей и изготавливали совершенно непохожие друг на друга орудия труда.

Следы ДНК и той и другой группы людей сохранились в геномах более поздних жителей Скандинавии, а также современных ее обитателей. Это говорит о том, что они не были изолированы друг от друга и периодически вступали в контакты, обмениваясь ДНК. Как предполагают ученые, подобный обмен помог их общим потомкам приспособиться к жизни на суровом севере Европы и сохранить высокий уровень генетического разнообразия, который не наблюдается в других регионах субконтинента.

Результаты их анализа крайне удивили ученых – оказалось, что жители западной части современной Норвегии были гораздо ближе по устройству своей ДНК к древним обитателям севера России и Прибалтики, чем к своим соседям, жившим в южной части Скандинавии. Их геномы, в свою очередь, были похожи на генетический материал охотников-собирателей, живших в то время в Германии и в других регионах Центральной Европы.

Повышение оригинальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp» , которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение оригинальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения оригинальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, РУКОНТЕКСТ, etxt.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии так, что на внешний вид, файл с повышенной оригинальностью не отличается от исходного.

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp» , которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение оригинальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения оригинальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, РУКОНТЕКСТ, etxt.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии так, что на внешний вид, файл с повышенной оригинальностью не отличается от исходного.

Как ближневосточные иммигранты способствуют конкурентоспособности США

Количество задержаний на границе США и Мексики резко сократилось за последние десять с лишним лет с более чем миллиона случаев в 2006 отчетном году до 396 579 в 2018 отчетном году. Сегодня на границе арестовывают больше людей других национальностей, чем мексиканцев. В 2018 отчетном году задержания выходцев из Центральной Америки на границе превышали случаи ареста мексиканцев третий год подряд (и четвертый раз с 2000 года, самого раннего периода, по которому имеются данные по стране).

igornasa

Кроме страны происхождения и статуса, огромную роль играет, являешься ли ты иммигрантом первого поколения или родился здесь. Именно иммигранты первого поколения переживают так называемый культурный шок, именно они не дают детям забыть свой язык, и именно они создают этнические анклавы, воспроизводя до мелочей черты своей страны.
Повинуясь инстинкту “свой-чужой”, иммигранты первоначально предпочитают селиться в своих этнических районах (а часто у них и нет другого выбора). Так легче отвыкать, легче привыкать, легче адаптироваться. Все знают, что в таких местах, как Чайнатаун в Манхэттене или авеню Брайтон Бич в Бруклине, можно прожить десятилетия, совершенно не зная английского языка. Без его помощи спокойно находят жилье, работу, врача, адвоката и место для траты денег.

Изучаем американский английский: личный опыт погружения и немного советов

Продолжаем цикл об IT-эмиграции, посвященный работе за рубежом, изучению языков, обучению. В новой истории рассказываем об американском английском. Читайте о диалектах и сложностях в общении с иностранцами в материале Selectel.

От автора. Есть мнение, что английский — легкий язык, а американский английский и подавно. Но это миф. В статье покажу, почему это не так, рассказав историю изучения американского английского во время поездок по США. Кроме того, расскажу об акцентах/диалектах отдельных штатов. В целом, если изучаете английский, статья не будет лишней, хотя и не претендует на роль образовательного материала.

В 2009 году, когда впервые летела в США по программе Work@Travel, не могла предположить, что у меня будут проблемы с американским английским. Тогда я была студенткой факультета иностранных языков с высокими оценками. Считала себя будущим переводчиком, и с английским, как мне казалось, у меня проблем не было. Но мне казалось.

Сейчас понимаю, что уверенность в знании английского была воздушным замком. Ведь американцев вживую я никогда не встречала и не слышала их речь. В школах и университетах во время обучения упор делается на грамматику и чтение, общение с носителями языка сводится к минимуму. В университете за 4 года бакалавриата у нас не было ни единой встречи с носителем. Вместо этого в университете на паре по аудированию мы слушали рассказы английских спикеров с хорошо поставленной дикцией. Это уже сейчас, имея среди друзей англичан, австралийцев, американцев, понимаю, что в реальной жизни людей с таким произношением единицы.

Итог: приехав в США по программе Work@Travel, ничего не понимала кроме простейших фраз. Меня это одновременно удивило и расстроило. Проблема была еще и в том, что я не просто путешествовала, а работала в Dunkin’ Donuts. Повезло, что американцы — жалостливый народ, на первых порах мне объясняли все на пальцах. Менеджеры, разобравшись в ситуации, дали мне работу, которая не требовала общения с клиентами.

Хотя работала я в штате Массачусетс, где превалирует бостонский акцент, достаточно понятный для иностранцев. Если бы я попала в Луизиану или Алабаму, резидентов этих штатов до сих пор понимаю с трудом, все могло быть гораздо хуже.

Постепенно все наладилось. За три месяца полного погружения в американский быт я эволюционировала с уровня «моя твоя не понимать» до сносного общения с американцами. Даже в Dunkin’ Donuts последний месяц работала уже на кассе, что подняло самооценку в плане языка.

Опыт работы по программе Work@travel был первым знакомством с Америкой. Но, если бы мне сказали, что США станет моим вторым домом, а американский английский — основным языком общения, я бы сильно удивилась.

Поездка в США подтолкнула меня к решению учиться заграницей. Не хотелось терять языковой опыт, накопленный за три месяца работы в США. Решила продолжить учебу. Вероятно, благодаря опыту удалось сдать вступительные экзамены на программу Business Management в Финляндии.

Далее все пошло гладко. 4 года учебы на английском языке в Финляндии, 6 месяцев по студенческому обмену в Южной Америке. Там же знакомство с будущим мужем, американцем, в пустыне Атакама.

Прошло 11 лет, Америка давно стала вторым домом, а английский — основным языком общения. Но проблемы с пониманием американцев случаются до сих пор. Но здесь не совсем моя вина.

Диалекты некоторых штатов, говор местных жителей настолько отличается от привычного американцами английского, что даже американцы из других штатов с «нормальным» английским не все понимают.

Существуют британский, американский, австралийский, ирландский диалекты… Но не все знают, что в Америке существует более двадцати совершенно разных, непохожих друг на друга диалектов/акцентов. Для меня это оказалось полной неожиданностью во время первого с мужем путешествия по Америке.

Здесь с вами говорят на одном языке.

Когда уже не было серьезных проблем в общении с американцами, запросто смотрела практически любые англоязычные фильмы в оригинале и понимала, о чем поется в любимой песне, мы с мужем отправились в автопутешествие по США. Это было 5 лет назад.

Автотрип длился почти 3 месяца, проехали 48 штатов и накатали около 40 000 км. Тогда я познакомилась с колоритностью страны, разнообразием диалектов и произношений. И я осознала, что до уровня американцев, причем всех, а не только с Восточного побережья, мне еще далеко.

Помню один забавный случай, который произошел со мной в штате Кентукки в национальным парке. Разговаривала с рейнджером, служащим парка. Он объяснял, как устроен парк, где находится кемпинг, какие есть треки и так далее. Наверное, он объяснял именно это — я смотрела на него и не могла понять ни слова. Сначала вообще засомневалась, на английском ли он со мной говорит. К слову, мой муж (напомню, американец), понял половину сказанного рейнджером. Так я познакомилась с местным диалектом.

Из всех существующих американских акцентов, наибольшие сложности вызывал и вызывает южный диалект, характерный для штатов Алабама, Миссисипи, Луизиана, Теннесси. До сих пор приходится вслушиваться, максимально концентрироваться. И без практики сложно: друзей из Алабамы или Луизианы у нас нет, в южные штаты мы ездим редко. Поэтому с этим диалектом встречаюсь только в фильмах.

Наибольшая вероятность услышать акцент — в фильмах про войну. Но есть и в других картинах. Если хотите понять, о чем речь, рекомендую эти фильмы:

  • Forrest Gump (1994)
  • Hacksaw Ridge (2016)
  • Pearl Harbor (2001)
  • Black Hawk Down (2001)

Успокаивает одно: не я плохо знаю американский английский, американцы из разных штатов с трудом понимают друг друга. Наши друзья из Огайо открыто говорят, что практически не понимают акцент южных штатов. А мама мужа до сих пор вспоминает поездку в Кентукки 30 лет назад и общение с местными буквально на пальцах. Как я 5 лет назад. Только я — иностранка, а мама мужа — коренная американка.

Говорить об американских акцентах и причинах их возникновения можно долго, но это предмет дискуссии филологов, в статье лишь кратко укажем: что, как и почему.

Соединенные Штаты — страна иммигрантов. И только благодаря пришельцам извне Америка обязана многообразием своих акцентов.

К примеру, Нью-Йоркский акцент образовался благодаря смешиванию голландского и британского языков. Все же знают, что Нью-Йорк раньше принадлежал Голландии и именно голландцы были первыми его поселенцами? Если любите фильмы про гангстеров, советую посмотреть фильм Gangs of New York, который демонстрирует Нью-йоркский акцент.

Читайте также:  Итальянцы в рабочем движении США, участие в отраслевых союзах

На Южный акцент наибольшее влияние оказали иммигранты из Великобритании, которые почти не произносят звук «р», такой привычный нашему уху.

А вот акцент в штате Кентукки формировался под влиянием иммигрантов из Шотландии.

С калифорнийским все не так просто, здесь основная причина — золото. Во время Калифорнийской золотой лихорадки (в 1848-1855 годы) на Западное побережье прибыл первый поток английских иммигрантов. За ними последовали иммигранты со всех частей Америки: немцы, датчане, французы, поляки, русские евреи, китайцы, — а также выходцы из южных штатов, которые ехали в Калифорнию в поисках лучшей жизни. Все они на протяжении нескольких поколений формировали то, что стало калифорнийским диалектом/акцентом. Именно калифорнийский диалект считается наиболее приближенным к тому, что называется General American или Стандартный Американский Вариант.

General American accent — это тот самый «общепринятый» американский акцент, который используется большинством СМИ. Именно его мы слышим в телепередачах, многих фильмах и учебных пособиях по изучению американского английского.

На Южный акцент наибольшее влияние оказали иммигранты из Великобритании, которые почти не произносят звук «р», такой привычный нашему уху.

Ловушки языковой среды: почему опасно полагаться на то, что в США английский язык придет сам по себе

Часто иммигранты, переехавшие в США с начальным или средним уровнем владения английским, полагаются на то, что, погрузившись в языковую среду, смогут подтянуть язык, дополнительно не посещая никаких курсов. Люди, много лет живущие в США, подтверждают: язык «приходит» сам, и этот процесс неизбежен в случае, если вы сознательно не отгораживаетесь от носителей языка и не ограничиваете свое общение диаспорой.

При этом «естественное» обучение языку, конечно, не предполагает полного безделья. Вам все равно стоит смотреть фильмы на английском, читать англоязычные книги, слушать местное радио и общаться с носителями языка – неформально или по работе. К людям, полностью изолировавшим себя от внешнего мира, навыки не придут сами собой. Тем не менее для людей, не любящих или не имеющих возможности прилагать особые усилия для изучения языка, «естественный» способ имеет несколько преимуществ:

1. У вас не появляется отторжения иностранного языка, которое может быть вызвано чрезмерным самопринуждением. Мне, к сожалению, не раз встречались случаи, когда люди начинали интенсивно заниматься английским еще до отъезда, но потом бросали занятия, говоря, что никогда не смогут говорить на этом «ненавистном» языке.

2. У вас появится дополнительный стимул для изучения языка – общение с конкретными людьми. Обмен информацией на интересующие вас темы с важными для вас знакомыми станет настолько значим сам по себе, что вам будет уже неважно, на каком языке он проходит.

3. Соответственно, вам не придется тратить огромное количество времени на неинтересные для вас темы – условно говоря, описывать города, в которых вы не были, или писать сочинение на тему «как я провел лето», как мы все делали в школе. Ваша работа, личное развитие и язык идут рука об руку, и английский становится не языком «школьного кошмара», а языком, на котором вы заводите друзей, демонстрируете свои профессиональные достижения и познаете мир. Со временем вы начинаете любить его.

4. Язык действительно улучшается, и по мере его улучшения появляется ощущение, что вы не безнадежны, и потому есть смысл стремиться к большему.

Однако у самостоятельного изучения языка есть и существенные недостатки, которые крайне медленно сглаживаются временем, а могут и не сгладиться вообще.

1. Ваш язык «неровен». Отсутствие систематического подхода в обучении дает о себе знать. Вы прекрасно и практически бегло можете рассуждать на темы, которые часто обсуждаете с друзьями или по работе, но обнаруживаете, что не можете сформулировать даже несложные предложения в совершенно другой области. Даже после нескольких лет проживания в стране ваш словарный запас по-прежнему ограничен.

2. Вы не можете понимать на слух всех американцев. Скажем точнее: вы понимаете на слух далеко не всех, ведь у вас, скорее всего, какой-то ограниченный круг знакомых. Если ваша работа не предполагает интенсивного общения, для практики английского у вас остаются только друзья и соседи, которых не может быть много. Есть ли среди них азиаты, эмигранты из Индии, афроамериканцы? А ведь у разных эмигрантов и этнических групп свои особенности произношения. В какой-то момент вам покажется, что вы уже способны работать в серьезной американской компании, как вдруг вы обнаруживаете, что, словно в первые дни после приезда, не можете понять, что именно люди говорят вам, так как привыкли только к определенным типам английского языка.

3. Вы приучаетесь говорить с ошибками. Американцы в большинстве своем очень тактичны и привычны к иностранцам, а потому вас, скорее всего, никто не будет поправлять, даже если вы говорите неправильно. Им достаточно того, что они понимают вас, и вы, ободренные этим пониманием, продолжаете в том же духе. В итоге ошибки становятся вашей привычкой, и после нескольких лет очень трудно переучиться на правильную речь. При этом ошибки могут касаться как грамматики, так и стиля, словоупотребления и т.д. Можете ли точно сказать, какое слово является приемлемым в каждом конкретном случае? Какое сленговое словечко звучит, как дружеский подкол, а какое выглядит настоящим оскорблением? Какие слова недопустимо использовать в серьезном обществе? Ведь для того чтобы объяснять нюансы, нужен педагог, а не просто вежливый собеседник.

4. Соответственно, у вас в большинстве случаев так и не формируется чувство языка. Вы не можете красиво писать по-английски и не знаете, как добиться, чтобы ваши письма звучали по-американски. Со временем вы увидите, что ваши «милые ошибки», которые вводили в умиление ваших американских знакомых, совсем иначе воспринимаются серьезными работодателями. Рано или поздно вы понимаете, что, хотя и говорите по-английски, ваш уровень все равно недостаточен для того, чтобы претендовать на работу хорошо оплачиваемого специалиста.

Словом, «естественный» способ изучения языка, хоть и имеет преимущества, таит в себе свои «подводные камни». Идеальным решением в таком случае может стать поиск англоязычного педагога, который сможет индивидуально подкорректировать ваши ошибки и «облагородить» уже достаточно беглую от практики английскую речь.

stdClass Object ( [term_id] => 1 [name] => Разное [taxonomy] => category [slug] => no_theme )

stdClass Object ( [term_id] => 13992 [name] => Ликбез [taxonomy] => category [slug] => poleznaja-informatsija )

stdClass Object ( [term_id] => 16228 [name] => Колонки [taxonomy] => category [slug] => bloggers )

stdClass Object ( [term_id] => 18506 [name] => изучение английского языка [taxonomy] => post_tag [slug] => izuchenie-anglijskogo-yazyka )

При этом «естественное» обучение языку, конечно, не предполагает полного безделья. Вам все равно стоит смотреть фильмы на английском, читать англоязычные книги, слушать местное радио и общаться с носителями языка – неформально или по работе. К людям, полностью изолировавшим себя от внешнего мира, навыки не придут сами собой. Тем не менее для людей, не любящих или не имеющих возможности прилагать особые усилия для изучения языка, «естественный» способ имеет несколько преимуществ:

Иммиграция в США: от колониального периода до наших дней

Причинами, побуждавшими первых переселенцев в США покидать свою родину и уезжать за океан, были разные ситуации экономического, политического, социального и религиозного характера. В Западной Европе продолжалась промышленная революция, породившая масштабные миграционные процессы. Кроме того, религиозные притеснения протестантов и гугенотов также способствовали их желанию переехать подальше от плохой жизни.

Корни демократии. Как диаспоры иммигрантов сделали Америку богатой

В 2004 году в Америке была издана монография «Кто мы? Вызовы американской национальной идентичности» под авторством влиятельного и всемирно известного гарвардского профессора Самюэля Хантингтона. В российской научно-аналитической среде Хантингтон известен как основатель теории столкновения цивилизаций, которая объясняет постбиполярный мир сквозь призму этнических, культурных и религиозных особенностей стран и народов. В работе «Кто мы?» Хантингтон впервые попытался разобраться в тонкостях формирования американской нации. Взяв за основу его монографию, многие американисты создавали свои теории и концепции. В рамках данной статьи основное внимание будет уделяться не целостному процессу национального строительства, а одному из его элементов — этническому капиталу.

В основе идеологического базиса американской нации лежали религиозные идеи пуритан, наиболее важными из которых были исключительное упование на свои возможности (царствие Бога силой берется), тяжелый повседневный труд, стремление к лучшей жизни для себя и поддержка окружающего мира. На основе этих протестантских нарративов были выработаны нынешние концепции американского капитализма, индивидуализма и филантропии. Более того, именно эти учения стали философским фундаментом, на котором строились социальные нормы (индивид-группа-общество-государство) и политическая культура. О глубоком следе протестантского фактора говорят многие примеры и атрибуты: фразы «Богом данные неотчужденные права» или надпись «In God We Trust» (на Бога уповаем) на долларовых банкнотах.

Многие ученые и философы отмечали, что с подобным отношением к жизни, труду и Богу Америка обречена на глобальное политическое и экономическое могущество.

Подобная точка зрения крайне популярна и в сегодняшней общественно-политической мысли США. Однако было бы ошибкой приписывать все успехи Соединенных Штатов исключительно протестантской трудовой этике. Чтобы понять реальные причины американского доминирования, необходимо проанализировать особенности строительства американской нации. В российской информационно-аналитической среде можно часто встретить утверждение, что американцы — это нация иммигрантов. На самом деле американская нация — это сложный и достаточно уникальный феномен мировой истории. Она условно состоит из центрального ядра, вокруг которого непрерывно возникают новые кольца.

После получения независимости шел процесс создания единой нации на основе концепции «англоконформизма»: белый цвет кожи, британское происхождение, английский язык и англиканский тип протестантской религии. В свою очередь, «американизм» был больше экономической и юридической идеей, чем национальной. По сути, первые колониальные американские элиты не стремились обособить себя от англичан. Они выступали против дополнительных налоговых сборов со стороны Британии и тиранической формы правления.

Территориальные расширения страны, активный наплыв мигрантов и Гражданская война, покончившая с рабством, внесли определенные коррективы в «англоконформистское» ядро. Немцы и голландцы разбавили англиканство лютеранством, реформизмом и пресвитерианством, ирландцы расширили религиозный компонент римским католицизмом (первое кольцо), а латиноамериканцы изменили не только расовый облик ядра, но и внесли атрибуты «испанизма» — язык и культурные особенности (второе кольцо). По мере прибытия в страну представителей иных этнических и религиозных групп рисовались новые кольца, и этот процесс непрерывен. Однако это разнообразие вовсе не свидетельствует о кардинальном размывании «англоконформистского ядра». Напротив, оно хорошо охраняется, оставаясь главным элементом в ДНК американской нации. В этом можно убедиться, проследив за политическим и экономическим успехом основных этнических групп.

Первый крупный капитал в Америке был заработан представителями немецкой общины. Согласно данным влиятельного издания American Heritage Magazine, в список 40 богатейших людей за всю историю страны вошли четыре американца немецкого происхождения: Джон Рокфеллер (нефтяной сектор), Джон Астор (торговля мехами), Фредерик Вейерхаузер (лесная промышленность) и Коллис Хантингтон (железные дороги).

Общее состояние «большой немецкой четверки» к концу Первой мировой войны разными исследователями оценивалось в $500 млрд (в пересчете на сегодняшний день). Став членами американской экономической элиты, они продолжали оставаться немцами, поддерживая свои общины. Помощь выражалась по-разному: Вейерхаузер при найме на работу отдавал предпочтение своим соотечественникам, Асторы финансировали немецкие фермерские хозяйства, Хантингтон поддерживал издание газет и журналов, Рокфеллеры финансировали церковные учреждения и создавали фонды в поддержку политиков немецкого происхождения.

Первый крупный капитал в Америке был заработан представителями немецкой общины. Согласно данным влиятельного издания American Heritage Magazine, в список 40 богатейших людей за всю историю страны вошли четыре американца немецкого происхождения: Джон Рокфеллер (нефтяной сектор), Джон Астор (торговля мехами), Фредерик Вейерхаузер (лесная промышленность) и Коллис Хантингтон (железные дороги).

Бурейко Н.Н. Влияние иммиграции на процесс становления американской национальной идентичности

УДК 323(73)

ВЛИЯНИЕ ИММИГРАЦИИ НА ПРОЦЕСС СТАНОВЛЕНИЯ

АМЕРИКАНСКОЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ

Бурейко Н.Н.

В статье автор анализирует влияние иммиграции на процесс становления американской идентичности, определяя роль и место иммигрантов в американской нации. Определено, что иммигрантам в США отводилась ведущая роль независимо от доминирующей концепции, применяемой для объяснения сущности американского национального характера – плавильный котел или культурный плюрализм.

Ключевые слова: иммиграция, иммигрант, национальная идентичность, нация, США.

THE IMPACT OF IMMIGRATION ON THE PROCESS

OF AMERICAN NATIONAL IDENTITY FORMATION

Bureiko N.M.

In the article the impact of immigration on the process of American national identity formation is analyzed, distinguishing immigrants’ place and role within American nation. A significant role of immigrants in the USA is determined, regardless the domination concept used for explanation of the nature of American national character – melting pot or cultural pluralism.

Keywords: immigration, immigrant, national identity, nation, the USA.

В первом номере журнала «Studia Humanitatis» в своем исследовании [1] мы проанализировали основные политико-идеологические факторы становления американской национальной идентичности и основные черты, определяющие характер американской наци謬¬. Но важно понимать, что Соединенные Штаты Америки уникальны тем, что как государство они были созданы преимущественно иммигрантами, и во всем мире США представлены в общественном сознании как «нация наций», «нация иммигрантов». Ведь в США национальная идентичность формировалась под влиянием культур и традиций представителей разных этнических групп, а иммиграция служила важным фактором различных аспектов общественно-политического развития. Именно поэтому целью предложенного исследования стало определение степени влияния иммиграции на процесс становления американской нации.

Актуальность темы обусловлена тем, что начиная со второй половины ХХ века, иммиграционная политика Соединенных Штатов Америки была существенно либерализирована, что в свою очередь, повлекло за собой изменение характера иммиграции, прежде всего, ее этнического состава. В целом такая тенденция привела к этнорасовой рекомпозиции облика американской нации и переосмыслению сущности американской национальной идентичности. Для того чтобы определить место и роль иммиграции в процессе становления и развития американской нации, а также изменения ее этнорасовой композиции на современном этапе, важно обратиться к истокам формирования национальной идентичности американцев, что и стало основной задачей нашей работы.

Влияние иммиграции на национальную идентичность в целом можно объяснить несколькими факторами, среди которых можно выделить количество иммигрантов и их этническую идентичность, продолжительность иммиграции, готовность иммигрантов интегрироваться в культурное и языковое пространство принимающего государства, перенимать его ценностные ориентиры. В значительной степени влияние иммиграции на национальную идентичность может определяться и отношением собственно государства к иммигрантам и его иммиграционной политикой [2, с. 87].

Говоря о Соединенных Штатах Америки, важно понимать, что с самого начала формирования американской нации образ американца ассоциировался, в первую очередь, с иммигрантом, который прибывал к «золотым вратам», о чем красноречиво свидетельствуют строки Э. Лазарус (которая, кстати, тоже была иммигранткой), увековеченные на пьедестале статуи Свободы [19]. В первых же попытках найти ответы на вопрос, какова сущность американской нации и роль в ней выходцев из разных стран (разумеется, на первых порах исключительно европейских), находим следующие ассоциации: американец – тот, кто был европейцем либо потомком европейца, в котором протекала смешанная кровь «англичанина, шотландца, ирландца, француза, голландца, немца, шведа» [4]. Таким образом, «вся Европа, а не Англия стала праматерью Америки» [22, с. 20], когда «индивиды всех наций сплавились в новую расу людей» [8]. Истинным считался американец, в жилах которого протекла смешанная кровь, при этом Соединенные Штаты Америки провозглашались страной открытой и существующей для всего мира, готовой принять выходцев со всех его уголков к уже упомянутым нами «золотым вратам». Ведь принято считать, что эти врата ведут к «мировой цивилизации в миниатюре» [6, с. 258].

Прибывая в США и оставляя позади свою родину, иммигрант, принимая новые идеи и ценности, руководясь принципами демократии, свободы и равенства, получая возможность усовершенствовать себя и свое материальное положение, становился американцем. Прибывающие в Соединенные Штаты «переплавлялись» в новую человеческую расу, чей труд и чьи будущие поколения должны были стать творцами великих изменений в мире. Характерно, что все, причастные к поиску сущности американского национального характера, пребывали в этом процессе осознанно [8].

Таким образом, выкристаллизуется однозначная констатация того, что иммиграция выступила фактором становления и процесса формирования американцев как нации при условии, что иммигранты, не имея общности этнического происхождения, перенимали американскую идею и американский характер, американские ценности [12, с. 52]. Именно таким способом многочисленные разнородные этнические элементы «сплавлялись» в новое историческое образование – американскую нацию [5, с. 87], «включающую всех…» [16, с. 21]. Именно в способности принять в США людей разного этнического происхождения, которыми общими усилиями будут развивать американскую нацию и единую американскую культуру заключается концепция «плавильного котла». Одновременно с этим подчеркивалась определяющая роль фактора иммиграции для формирования американской нации. Однако, необходимо также отметить, что упомянутые «все» исключали тех, кто не принимал предложенные ценности [10, с. 34], а также на протяжении очень продолжительного периода – представителей неевропейских народов. Более того, на начальных этапах формирования американской нации такое «европейское происхождение» для иммигрантов, творивших образ американца, сужалось до западноевропейского; иные достаточно долго не учитывались. То есть, несмотря на неэтнический характер национальной идентичности в США элемент «исключения» из национальной палитры представителей отдельных этнических групп, безусловно, присутствовал. Небелым американцам, а именно индианцам и африканцам, довело немало выстрадать, прежде их уравняли в гражданских правах – аж до принятия «Закона о гражданских правах» 1964 года, запрещающего расовую дискриминацию, дискриминацию на основе национального происхождения, пола, религии и т.д., и гарантирующего свободу и равенство трудоустройства, образования и проч.

Читайте также:  Политическая роль иммигрантов в США, включая выборы

Все это, разумеется, в свою очередь нашло и отображение в иммиграционном процессе Соединенных Штатов Америки – в 1965 году был принят «Закон про иммиграцию», который открыл дорогу в США представителям их тех регионов и стран, откуда прежде иммиграционные потоки были существенно ограничены. Немало исследователей считают упомянутые два закона результатом антидискриминационного движения в США и часто приравнивают их по степени значения. «Закон про иммиграцию» 1965 года остановил проведение национально ориентированной иммиграционной политики в Соединенных Штатах, которая основывалась на предыдущих законах (последний – «Закон про иммиграцию» Маккарена – Уолтера 1952 года, который предусматривал квотное ограничение доступа иммигрантов в страну по национальному признаку). Последствия иммиграционной реформы не замедлили проявится, немало дискуссий на современном этапе посвящены интенсификации иммиграции как вызову и угрозу национальной идентичности и единения. Об этом читаем, например, в работах С. Хантингтона [4], А. Шлезингера [21; 2, с. 163-164], П. Браймлоу [7].

Возвращаясь к роли иммигрантов (разного этнического происхождения), обратимся к идеям культурного плюрализма, о котором впервые заговорили в 1915 году. Примечательно, что идеологом культурного плюрализма был также иммигрант – Г. Каллен, который в своей работе «Демократия против плавильного котла: изучение американской нации» отмечал важность роли иммигрантов разного этнического происхождения в американской нации. Приверженцы идей культурного плюрализма однозначно утверждали, что Соединенные Штаты Америки никогда не были нацией с определенной национальностью, ведь США – это политическая нация, которая объединяет представителей разных национальностей. При этому они сохраняют свою культуру, а разговаривая на государственном языке – английском, не отказываются от своих «особенных диалектов или говоров», проживая в «демократии национальностей» [18]. Именно поэтому предложенный Калленом плюрализм является культурным, а не политическим, ведь он предусматривает сохранение особенностей праотцовской культуры, в первую очередь, для иммигрантов. Культурный плюрализм стал своеобразным следующим логическим этапом американизма, истинного по своей сути, а не того, который в форме принудительных ассимиляционных программ для иммигрантов, известных как «американизация», противоречил американским принципам равенства и демократии. На современном этапе культурный плюрализм, с присущими ему некоторыми видоизменениями, распространен и в других полиэтнических странах, предусматривая «создание условий для развития культур этнических обществ, который составляют этнонациональную структуру того или иного общества» [3, с. 91].

Примечательным является то, что последователи культурного плюрализма, которые, правда, не ссылались на взгляды Каллена, но все же продолжали развивать предложенную им концепцию, почти полностью отбрасывали расовые ограничения в процессе формирования американской национальной идентичности. При этом признавали ценность культурных элементов, предложенных и афроамериканским населением, и исконно коренными населением – индианцами. Идеи культурного плюрализма стали альтернативными концепции «плавильного котла» и особую популярность получили, начиная с 60х годов ХХ века, в связи с реформой иммиграционной политики в Соединенных Штатах Америки после принятия упомянутого выше закона 1965 года.

Своеобразным перерождением культурного плюрализма стал плюрализм этнический, поддержку которого принято считать значительным достижением демократии. Именно вследствие того, что понятие культурного плюрализма начали использовать для отображения и трактовки этнонациональных процессов, обусловленных ростом количества иммигрантов, его начали заменять на «этнический плюрализм», «этническое разнообразие / ethnic diversity», позже добавляя такие детерминанты, как «этнокультурный», «мультикультурный», а потом – «мультикультурализм». Практической поддержкой, а вернее воплощением данных идей в Соединенных Штатах стала реализация программы «позитивных действий», а также программы исследования этнического исследования и введение двуязычного обучения в школах с большим количеством детей иммигрантов.

Отметим, что позитивное отношение к иммигрантам и их вкладу в процесс формирования американской нации находим в исследованиях К. Витка «Мы, кто строит Америку: сага про иммигранта» [24], М. Хенсена «Атлантическая миграция» [14] и «Иммигрант в американской истории» [15], О. Хендлина «Бостонские иммигранты» [13] и многих других. На ценности вклада иммигрантов в развитие и утверждение самобытной американской культуры делал акцент философ Дж. Дьюи, утверждая, что крайне неправильно обращаться к представителю американской нации «… американский ирландец, американский еврей, американский немец, … поскольку истинный американец – иностранного происхождения. Это не означает, что он неполноценный американец с примесями чужеродной крови… Его сущность – межрасовая, интернациональная. Он не американец плюс поляк или немец. Американец уже, по сути, поляк – немец – англичанин – француз – испанец – итальянец – грек – ирландец – скандинав – чех – еврей» [9]. Отсюда читаем – этническое происхождение не разъединяет, а наоборот способно выступить консолидирующим фактором. При этом важно учитывать ценность наследия прошлого иммигрантов, к чему призывает Дьюи, путем изучения его в системе американского образования, введения в курс школьной программы изучение роли «…миграционных волн, с которых на протяжении более, чем трех веков, формировалась эта (американская. – Н.Б.) земля» [9]. В целом, согласно идеям культурного плюрализма культурного многообразие, принесенное иммигрантами, содействует прогрессу и благу страны [17, с. 148]. Ведь американская нация была создана людьми разного этнического и национального происхождения, иммигрантами – на основе их приверженности единым ценностям [12, с. 52].

Американское общество не только не исключает, но и предусматривает разнообразие культурных элементов, принесенных иммигрантами, что закономерно повлекло за собой развитие концепции культурного плюрализма (pluribus) в виду политико-идеологического консенсуса, заложенного в единении американской нации (unum) [11, с. 802]. Учитывая то, что в течение ХХ века иммигранты и их потомки составляли значительную часть населения Соединенных Штатов Америки, сложно отрицать, что они так или иначе внесли существенный вклад в ее формирование [11, с. 805]. Примечательно, что на вопрос «Какое Ваше этническое происхождение?» только 6% респондентов ответили, что они американцы. Остальные же отнесли себя к одной из предложенных переписью 215 этнических групп [23, с. 16]. Исходя из такой многообразной этнической палитры, безусловно, возникает вопрос о том, каким образом страна с таким этническим многообразием удерживает и сохраняет целостность и единство нации, ее идентичности. Возвращаясь к тому, что США – это политическая нация, верная общим идеям и ценностям, важно помнить о том, что «нация, построенная иммигрантами… может задать вопрос тем, кто сегодня ищет возможности к ней присоединиться: «Что Вы можете сделать для нашей страны?», но мы (нация, американцы. – Н.Б.) не должны спрашивать: «В каком государстве Вы родились?» [20, с. 132]. Пусть иммигранты, которые перманентно прибывали в Соединенные Штаты Америки, и были выходцами из разных стран, а их предки не были американцами, они сами, перенимая американскую идею, не просто становили частью американского общества, но и влияли на формирование и развитие американской нации и национальной идентичности. Ведь последняя основана на общей принадлежности к универсальным принципам демократичности и равенства, – это идентичность, которая объединяет американцев независимо от их происхождения. Это подтверждает определяющую роль политико-идеологического фактора формирования национальной идентичности США.

Список литературы:

1. Бурейко Н.Н. К вопросу об американской национальной идентичности (политико-идеологический факторы ее становления) [Электронный ресурс] / Н.Н. Бурейко // Studia Humanitatis. – № 1. – 2013. – URL: http://st-hum.ru/node/56 (дата обращения: 25.01.2014).

2. Ґібернау М. Ідентичність націй / Монтсеррат Ґібернау. – Київ: Темпора, 2012. – 304 с.

3. Євтух В. Етнічність: глосарій / Володимир Євтух. – К.: Вид-во НПУ імені М. П. Драгоманова, 2009. – 170 с.

4. Хантингтон С. Кто мы? Вызовы американской национальной идентичности / Сэмюэл Хантингтон. – М., 2004. – 636 c.

5. Червонная С. Обеспечение прав меньшинств в США / Светлана Червонная // США – Канада: экономика, политика, идеология. – 1995. – № 7. – С. 86-96.

6. Bourne R. The Radical Will. Selected Writings 1911-1918 / Randolph Bourne. – Berkeley and Los Angeles, 1992. – 548 p.

7. Brimelow P. Alien Nation: Sense about America’s Immigration Disaster / Peter Brimelow. – New York: Random House, 1995. – 384 p.

8. Crevecoeur H. Letters from an American Farmer [Электронный ресурс] / Hector St. John de Crevecoeur // FullBooks.com. Thousands of Full-Text Free Books [сайт]. 2014 – URL: http://www.fullbooks.com/Letters-from-an-American-Farmer.html (дата обращения: 25.01.2014).

9. Dewey J. Nationalizing Education [Электронный ресурс] /

John Dewey // Высшая школа менеджмента Санкт-Петербургского государственного университета [сайт]. 2014. – URL: http://www.jstor.org.ezproxy.gsom.spbu.ru:2048/stable/367821?&Search=yes. (дата обращения: 25.01.2014).

10. D’Sauza D. What’s So Great About America / Dinesh D’Sauza. – Washington, D.C.: Regnery Publishing Inc., 2002. – 218 p.

11. Fuchs L. Culture Pluralism and the Future of American Unity: The Impact of Illegal Aliens / Lawrence Fuchs // International Migration Review. – Staten Island, N.Y., 1984. – Vol. 18. – № 3. – Р. 800-813.

12. Gleason P. American Identity and Americanization / Philip Gleason // Harvard Encyclopedia of American Ethnic Groups [Ed. By S. Thernstrom, A. Orlov, O. Handlin]. – Belknap Press, 1980. – P. 31-58.

13. Handlin O. Boston’s Immigrants / Oscar Handlin. – Belknap Press of Harvard University Press, 1991. – 400 р.

14. Hansen M. The Atlantic Migration / Marcus Hansen. – Simon Publications, 2001. – 428 p.

15. Hansen M. The Immigrant in American History / Marcus Hansen. – The Academy Library, 1964. – 230 p.

16. Higham J. Strangers in the Land. Patterns of America Nativism

1860 – 1925 / John Higham. – N.Y. : Rutgers University Press, 2002. –

17. Joppke C. Immigration and the Nation-State. The United States, Germany and Great Britain / Christian Joppke. – Oxford, NY : Oxford Univ. Press, 1999. – 359 p.

18. Kallen H. Democracy versus the Melting Pot: A Study of American Nationality [Электронный ресурс] / Horace Kallen // Pluralism and Unity. 2014. – URL: http://www.expo98.msu.edu/people/kallen.htm (дата обращения: 25.01.2014).

19. Lazarus E. The New Colossus [Электронный ресурс] / Emma Lazarus // Liberty State Park, Liberty Science Center, The Statue of Liberty and Ellis Island Website. 2014. – URL: http://www.libertystatepark.com/emma.htm (дата обращения: 25.01.2014).

20. Lind M. The Next American Nation. The New Nationalism and the Fourth American Revolution / Michael Lind. – N.Y., L., Toronto, Sydney, Tokyo, Singapore, 1995. – 448 p.

21. Schlesinger A. The Disuniting of America. Reflections on a Multicultural Society / Arthur Schlesinger. – NY, L. : W.W.Norton&Co., 1998. – 208 p.

22. The Selected Work of Tom Paine and Citizen Tom Paine / Ed.

H. Fast. – N. Y.: The Modern Library, 1943. – 640 p.

23. Vecoli R. Return to the Melting Pot: Ethnicity in the United States

in the Eighties / Rudolph Vecoli // Journal of American Ethnic History. – 1985. – P. 7-20.

24. Wittke C. We Who Built America: the Saga of the Immigrant / Carl Wittke. – Prentice-Hall, 1939. – 547 p.

Сведения об авторе:

Бурейко Надежда Николаевна – кандидат политических наук, кафедра международных отношений факультета истории, политологии и международных отношений Черновицкого национального университета имени Юрия Федьковича (Черновцы, Украина).

Data about the author:

Bureiko Nadiya Mykolaivna – Candidate of Political Sciences, Chair of International Relations, Department of History, Political Science and International Relations, Yurii Fedkovych Chernivtsi National University (Chernivtsi, Ukraine).

19. Lazarus E. The New Colossus [Электронный ресурс] / Emma Lazarus // Liberty State Park, Liberty Science Center, The Statue of Liberty and Ellis Island Website. 2014. – URL: http://www.libertystatepark.com/emma.htm (дата обращения: 25.01.2014).

Англоязычные иммигранты в США, особенности разных групп

Проблема иммиграции с давних пор составляет неотъемлемую часть политических дебатов в Соединенных Штатах. Иммиграционная реформа – один из самых спорных вопросов в современной Америке. Однако, нужно отметить, что данная проблема не остается лишь внутри политической сферы, поскольку в ее обсуждении активнейшее участие принимают и обычные американцы.

По мнению исследовательского центра Pew Research Center, отношение общественности к иммигрантам стало более позитивным с середины 1990-х годов. В результате опроса, проведенного среди взрослых американцев в 2018 году, выяснилось, что по мнению половины из них (51%) иммигранты способствуют укреплению США благодаря своему таланту и выполнению тяжелой работы, в то время как остальная часть (41%) заявили, что иммигранты приносят больше проблем, чем выгоды, поскольку, как утверждают коренные жители: “они (иммигранты) занимают наши рабочие места, жилье и создают дополнительную нагрузку на систему здравоохранения”. Конечно, для того, чтобы понять отношение американцев к вновь прибывшим иностранцам, необходимо рассмотреть различные аспекты, влияющие на их мнение, а именно: возраст, этническую и партийную принадлежность.

Во-первых, мнения в отношении иммигрантов ярко отличаются среди разных поколений. Так, 68% молодых людей (в возрасте от 18 до 29 лет) считают, что иммигранты, приезжающие в США, укрепляют страну, в то время как 19% говорят, что они угрожают традиционным американским обычаям и ценностям. Напротив, только 36% пожилых людей (в возрасте 65 лет и старше), имеющих более консервативные взгляды, признают пользу от новичков, в то время как почти половина (44%) видят в них угрозу. Примечательно, что 12% пожилых людей не имеют мнения по этому вопросу.

Во-вторых, американское отношение к иммигрантам также сильно различается по признаку расы и этнической принадлежности. По меньшей мере 70% латиноамериканцев считают, что иммигранты являются преимуществом для американского общества. Большинство (56%) чернокожих американцев также подтверждают их позитивное влияние на развитие США. Что касается белых американцев, то их мнения разделились поровну – на тех, кто одобряет и критикует поток иммигрантов.

Наконец, основные разногласия по поводу иммиграционной политики возникают, как правило, между представителями двух главных политических партий: Республиканской и Демократической. На противостояние партий по иммиграционному вопросу наглядно указывают следующие данные: большинство (53%) республиканцев полагают, что иммигранты представляют угрозу традиционным американским обычаям и ценностям. Напротив, большинство демократов (63%) утверждают, что переселенцы из других стран укрепляют американское общество.

Конечно, одни лишь статистические данные не способны показать четкой картины. Тем не менее, они дают ясное понимание того, что прийти к консенсусу в данной проблеме будет сложно. Известный американский психолог Тодд Джонсон, занимающийся всесторонним исследованием отношений между коренными жителями США и новоприбывшими иностранцами, сделал вывод, согласно которому между этими категориями людей никогда не будет по-настоящему добрых отношений. Он утверждает: “Наше государство постоянно борется с дискриминацией, ратуя за свободу и равноправие, но ненависть к иммигрантам растёт всё сильнее. К сожалению, об отношении к иммигрантам в США мы привыкли судить по примеру Калифорнии и Нью-Йорка. Но эти два штата не являются всей Америкой”. Психолог также описывает множество случаев когда американцы, хоть и не нарушая закон, постепенно вынуждали иммигрантов покидать их города и дома. В качестве примера он приводит случай, произошедший с иммигрантом из Филиппин Мигелем Бардером, вынужденным поменять место жительства из-за недоброжелательного отношения соседей. Обращаясь к властям комьюнити, Бардер рассказывал: “Я устал от этого немого спектакля. Местные жители делают всё возможное, чтобы человек с азиатской внешностью уехал от них подальше. Это напоминает глупый заговор, суть которого понятна только мне. Прощайте”.

Еще одним подтверждением того, что жители США не готовы радушно принимать иммигрантов, является одобрение достаточно большим количеством людей статьи, выпущенной одним известным американским блогером, который пишет о бедах, приносимых иммигрантами населению Соединенных Штатов: “Реальность такова, что иммиграция серьезно вредит среднему классу и экономике США. Из-за нелегальной иммиграции каждый день заработная плата теряется, налоги не собираются, больницы предоставляют “бесплатную медицинскую помощь”, за которую иммигранты никогда не расплачиваются, огромные преступные группировки иностранцев перемещаются по нашим улицам и обременяют государственные и местные органы власти”.

Таким образом, несмотря на значительное количество американских граждан, которые яростно отстаивают позицию изгнания из страны иммигрантов, почти три четверти (74%) населения уверены, что эта категория людей не наносит урон американскому обществу, и готовы признать в них равных себе граждан, если те в свою очередь будут отвечать определенным требованиям. Примечательно, что даже среди американцев, которые считают, что иммигранты представляют угрозу американской культуре, большинство все же склоняются к предоставлению им постоянного правового статуса, нежели к депортации.

Наконец, основные разногласия по поводу иммиграционной политики возникают, как правило, между представителями двух главных политических партий: Республиканской и Демократической. На противостояние партий по иммиграционному вопросу наглядно указывают следующие данные: большинство (53%) республиканцев полагают, что иммигранты представляют угрозу традиционным американским обычаям и ценностям. Напротив, большинство демократов (63%) утверждают, что переселенцы из других стран укрепляют американское общество.

Австралия

Английский язык в Австралии ориентируется на британские нормы грамматики. Отличается он в основном на разговорном уровне – в произношении отдельных слов и выражений, в интонации фраз. Здесь можно наблюдать редукцию окончаний, отдельных слогов. Не каждый иностранец поймет сжатую английскую речь австралийца.

На лексическом уровне тоже есть характерные региональные отличия, связанные с особенностями самобытного австралийского сленга, своеобразной национальной культурой, в основном отличаются названия животных и растений-эндемиков. Некоторые общеупотребительные слова в австралийском английском тоже получили новые значения.

Английский язык в Австралии ориентируется на британские нормы грамматики. Отличается он в основном на разговорном уровне – в произношении отдельных слов и выражений, в интонации фраз. Здесь можно наблюдать редукцию окончаний, отдельных слогов. Не каждый иностранец поймет сжатую английскую речь австралийца.

Ссылка на основную публикацию